Сыщик Галилей
Шрифт:
Кусанаги бросился к ней и помог подняться. Из коленки текла кровь.
– Ах, извините, – подбежала какая-то женщина, должно быть мать. – Сказала же, иди рядом! И зачем только я взяла тебя с собой!
«Чем ругать ребенка, лучше бы сидела дома, а не бежала посреди ночи глазеть на пожар», – подумал Кусанаги, но смолчал и передал девочку матери.
– Но я видела красную нитку! Честное слово! – плача, сказала девочка.
– Все выдумки! Только посмотри, как ты вся испачкалась!
– Видела!
«Что еще за красная нитка?» – подумал Кусанаги, отходя.
На месте происшествия вокруг черного пятна стояло несколько человек. Среди прочих и непосредственный начальник Кусанаги – инспектор Мамия.
– Извините за опоздание, – поспешил к нему Кусанаги.
– Добро пожаловать. – Мамия слегка кивнул. Коренастый, плотный, с короткой шеей. Лицо добродушное, но в глазах – жесткость. По характеру не столько полицейский, сколько чиновник, старательно выполняющий порученную работу.
– Возгорание?
– Пока еще не совсем ясно.
– Бензином пахнет. – Кусанаги повел носом.
– Вероятно, загорелось что-то в пластмассовом баке.
– Пластмассовый бак? Откуда он здесь?
– Понятия не имею. Сам посмотри! – Мамия ткнул пальцем в сторону края мостовой.
Там действительно валялся бак для хранения керосина.
Он прогорел сбоку и сильно расплавился, почти совсем потеряв форму.
– Судя по тому, что мне рассказали о потерпевших, все не так просто. Кажется, здесь произошло что-то из ряда вон. Ничего не понятно. – Мамия покачал головой.
– Кто потерпевшие?
– Молодые люди, под двадцать, пятеро, – сказал Мамия и быстро добавил: – Один погиб.
Делавший записи Кусанаги поднял глаза.
– Сгорел?
– Ну, в общем, да. Он оказался ближе других к баку.
Подавив в себе неприятное чувство, Кусанаги продолжил делать записи. Уж пора бы, казалось, привыкнуть, но каждый раз, когда приходилось сталкиваться со смертью, ему становилось не по себе.
– Давай-ка походи по округе, расспроси. Со всем этим шумом наверняка многие еще не спят. Вон, посмотри, кое-где горят окна, туда и иди.
– Слушаюсь. – Кусанаги огляделся по сторонам.
Его внимание сразу же привлек жилой дом, стоящий на углу улицы. В нескольких окнах еще горел свет.
Дом – ветхий, двухэтажный, несколько дверей выходят прямо на улицу. Балконы, видимо, расположены на противоположной стороне. С этой стороны окна были только у угловых квартир. Место происшествия можно увидеть лишь из квартир, расположенных в северо-восточном углу.
Подходя к дому, Кусанаги заметил молодого человека, собирающегося войти в квартиру на первом этаже, как раз в северо-восточном углу. Он уже достал из кармана ключ и вставил в отверстие замка.
– Извините! – окликнул его Кусанаги.
Юноша
– Вам известно, что совсем недавно рядом с вашим домом произошел пожар? – спросил Кусанаги, представившись, и показал в сторону автобусной остановки.
– Конечно, знаю. Такое трудно не заметить.
– Вы находились в квартире? – Кусанаги взглянул на дверную табличку с номером 105.
– Ну да, – сказал юноша.
– Было что-нибудь необычное, когда это случилось? Например, сильный шум? Может, вы что-то видели?
– Даже и не знаю, что сказать. – Юноша покачал головой. – Я смотрел телевизор. Помню только, что эти кретины там здорово горланили.
– Вы имеете в виду парней на мотоциклах?
– Да, – сказал юноша, слегка поморщившись. – Откуда они только взялись? Постоянно орут, и в два часа ночи, и в три. А ведь у нас такой хороший, тихий район…
По его сжатым губам было видно, что он с трудом сдерживает накопившуюся за многие дни ярость.
«Вот их Господь и покарал», – чуть не сказал Кусанаги, но удержался. В его устах эти слова прозвучали бы слишком жестоко.
– Им никто не делал замечания?
– Замечания? Ну, вы скажете! – Юноша пожал плечами и усмехнулся. – В наше-то время? Никто и носа из дома не покажет.
Кусанаги кивнул, соглашаясь.
– Из вашей квартиры видно место, где это произошло?
– В принципе видно, должно быть видно, но… – Юноша замялся.
– В чем дело?
Вместо ответа он открыл дверь.
– Входите, сами увидите.
Воспользовавшись приглашением, Кусанаги заглянул в квартиру. Не считая кухни, она состояла всего лишь из одной комнаты. Мебель, имевшаяся в распоряжении жильца, ограничивалась кроватью, стеклянным столиком и книжными полками. На столике стоял беспроводной телефон, и Кусанаги подумал, что в такой халупе стационарные телефоны, скорее всего, не предусмотрены. Книжные полки были набиты не столько книгами, сколько видеокассетами и всяким барахлом.
– И где же окно?
– Там, за ними, – юноша махнул рукой в сторону громоздящихся полок. – Ставить некуда. Пришлось пожертвовать окном.
– Сочувствую.
– Зато благодаря этому шум с улицы не так слышен.
– Кажется, это ваше больное место.
– Как у всех, кто здесь живет.
– Да уж, наверно. – Кусанаги задержал взгляд на наушниках, подключенных к телевизору. Вероятно, пользуется ими, чтобы не мешал шум с улицы. В таком случае, вряд ли он мог услышать что-либо необычное.
– Спасибо за сотрудничество, – сказал Кусанаги. Обычная форма вежливости, даже когда никакого урожая.