Таггарт

Ламур Луис

Дальше они ехали молча, радуясь обществу друг друга. Совместное тревожное путешествие сквозь ночь сближало их. Спору нет, общество Мириам радовало Таггарта. И конечно, мешало сосредоточиться, волновало. А как раз сейчас для подобных переживаний время было самое неподходящее. Он все время прислушивался, и как-то ему померещился какой-то слабый звук в ночи, но он больше не повторялся.

Неожиданно мулы остановились. Простояв в полной неизвестности несколько минут, Таггарт уже решил проехать вперед и посмотреть в чем дело,

как появился Шойер.

— Старк отправился на разведку. Ему показалось, что мы пропустили нужный поворот, — сообщил он.

— Да, лучше проверить, — согласился ковбой и замолчал.

«Интересно, о чем думает мой недавний преследователь? — размышлял Сванти. — Сейчас мы нужны друг другу и больше остерегаемся внезапного выстрела из тьмы. Или мне только так кажется?»

И тут он услышал торопливый шепот Шойера:

— Если нам придется разделиться — езжай своей дорогой. Ты меня не трогай, и я тебя не трону — запомни.

С этими словами охотник за людьми быстро ускакал.

Таггарт так и остолбенел в седле, уставившись ему вслед.

— Что он хотел сказать? — выпалил он.

— Может, он смягчился и решил отпустить вас?

— Нет. — В этом Таггарт был уверен. — Такой подарок не в его стиле. Меня он так просто не отпустит. Если только не отыщет что-нибудь подороже.

Мулы тронулись с места. Мириам и Сванти последовали за ними. Несколько раз они ненадолго останавливались и дважды меняли направление. Таггарт поглядывал на звезды и тихонько ругался себе под нос. Неожиданно справа от них выросла темная громада утеса;

То, что внезапно пришло ему в голову, заставило его вздрогнуть. Мысль казалась настолько страшной, что в первый момент Сванти сам себе не поверил.

— Жди здесь! — бросив Мириам, он поспешно помчался в голову каравана.

Вереница мулов довольно сильно растянулась. Когда он, наконец, добрался до переднего, то обнаружил, что тот преспокойно пощипывает пучок какой-то зелени, а рядом с ним никого нет.

— Старк? — тихо позвал Таггарт в ночи, но ночь не дала ответа. Попробовал еще раз, чуть громче, но так и не дождался отклика.

Звал Шойера и Консуэло… Ответа не было. Охваченный страхом за Мириам он круто развернулся и поскакал назад.

Девушка ожидала его, сидя в седле.

— Что случилось, Сванти? — спросила она. — Что-то не так?

Первый раз за все время Мириам назвала его по имени. Он отметил это на каком-то глубинном уровне подсознания. Голова его была забита неожиданно вставшими перёд ними проблемами.

— Мы одни, — произнес он, — они исчезли.

— Исчезли?

Слово «исчезли» показалось ей совершенно бессмысленным. Как трое взрослых людей могли бесшумно исчезнуть. Такое невозможно.

— Не понимаю. Кто исчез?

— Все. Мы остались одни. С мулами.

Девушка на мгновение замолчала.

— Я слышала, как ты звал… Но куда они могли деться? Зачем?

Таггарт не

слушал, он думал. Ночь была звездной и тихой. Ни звука, кроме чавканья и похрустывания мулов, с аппетитом жующих ветви росших вдоль тропы кустов.

Тропу не знал никто, кроме Адама. На то, что вокруг прячутся индейцы, не похоже. И все же три всадника как сквозь землю провалились.

Искать следы в темноте было пустым занятием, а зажигать огонь стало бы величайшим безрассудством.

— Мириам, — тихо сказал Таггарт, — мы попали в беду.

Глава 11

Даже в самом лучшем случае беглецы успели отъехать от стоянки апачей у Грязных источников не более восьми-девяти миль. Маршрут оказался сложным, дорогу они толком не знали, продвигались с частыми остановками. Блуждать теперь в темноте, пытаясь отыскать следы, значило бы неминуемо уничтожить все отпечатки, оставшиеся на тропе. Но, с другой стороны, вполне могло быть и так: трое всадников по какой-то причине ускакали вперед и вот-вот вернутся… А что, если они считают, что мулы все еще следуют за ними по пятам?

Но следуют куда? Вокруг кромешная мгла, тропинку различить невозможно.

— Что нам делать? — спросила Мириам. — Адам не ушел бы просто так, не бросил бы нас.

— Подождем немного, — отозвался Таггарт.

Каждая минута пути означала минуту, прибавленную к их жизням. Но в темноте легко забрести в какой-нибудь тупик, откуда и не выбраться потом.

Таггарт в два счета согнал мулов в стадо. И сразу догадался, что дело нечисто. Пересчитав животных обнаружил, что один мул, груженный золотом, пропал.

— Мне. это не нравится, — сказал Таггарт, понизив голос. — Тут не до шуток… Мул вез примерно двадцать тысяч долларов.

Мириам соскочила с коня и стала рядом с ним. Они долго прислушивались, пытаясь различить хоть крик или слово, найти хоть какие-то доказательства того, что остальные где-то неподалеку.

Заметно холодало. Наконец взошла поздняя луна, и обнаженные скалы, залитые ее бледным сиянием, приобрели нереальный, потусторонний вид. Горы здесь поросли соснами. При порывах ветра они слабо гудели. Звук этот напоминал отдаленно звучащую музыку.

Оставив Мириам сторожить мулов, Таггарт прошел по тропе в том направлении, в котором они двигались до остановки, но ничего не обнаружил. Так что же делать?

Идти дальше или оставаться на месте? Задержаться до утра — значило нарваться на смерть. Значит — нужно идти. Потом подыскать укромный уголок, где можно спрятать мулов. Ведь у них вдоволь еды, и, если повезет, они смогут несколько дней отсиживаться в укрытии.

Он вернулся к Мириам.

— Садись в седло, уходим отсюда.

Она повиновалась без слов, не требуя объяснений, не тратя время на бесполезные споры. Раз он решил — так и будет, она вполне доверяет ему.