Талисман
Шрифт:
Волк затанцевал вокруг Джека, пытаясь его образумить.
— Мы будем здесь, мистер, спасибо вам большое…
Он обернулся к Волку и что-то прошептал ему на ухо. Молодой человек в это время входил в стеклянные двери кафе.
Итак, когда человек по имени Билл Бак Томпсон вернулся к пикапу, он обнаружил Волка, степенно разлегшегося в открытом кузове; его рот был приоткрыт, нос подергивался. Джек восседал на пассажирском месте, окруженный кучей пластиковых кульков, плотно набитых и крепко перевязанных. Сквозь прозрачный пластик были
— Я заметил, что ты выглядишь голодным, — сказал Билл и протянул Волку еще один гамбургер. Затем забрался на сиденье водителя, закрытое от Джека грудой мешков.
— Боится, что сломает зубы. Он неотразим, твой кузен. Возьми этот. Свой он уже проглотил.
Так они проехали сотню миль. Волк просто обезумел от радостного ощущения, когда ветер дует в лицо и треплет волосы, от быстрой смены запахов, которые ловил его нос во время этого чарующего полета. Глаза горели, отмечая малейшее изменение ветра, когда он поднимал голову и подставлял нос стремительно несущемуся навстречу воздуху.
Бак Томпсон рассказал, что он фермер. Он говорил не останавливаясь все семьдесят пять минут их совместного пути и за это время не задал Джеку ни одного вопроса. Он притормозил на узкой пыльной дороге, прямо перед въездом в Кайюгу, на краю пшеничного поля, которое, казалось, тянулось на несколько миль, покопался в кармане своей рубашки и извлек на редкость помятую сигарету, свернутую из обычной папиросной бумаги.
— Твой кузен такой смешной, — сказал он и уронил сигарету в руку Джека. — Когда в следующий раз он будет чувствовать себя настолько подавленным, пусть попробует немного вот этого. Советую.
Джек с отсутствующим лицом опустил сигарету с марихуаной в карман и выбрался из кабины.
— Спасибо, Бак, — сказал он водителю.
— Слушай, мне кажется, я кое-что заметил, когда он ел. Как ты ходишь с ним по улицам? Он не говорит «гав-гав»?
Как только до Волка дошло, что поездка окончена, он неохотно выбрался из кузова машины.
Красный пикап тронулся с места, оставляя за собой облако пыли.
— Давай еще так ездить! — почти пропел Волк. — Джеки, хочу так еще!
— Конечно, еще поездим, — сказал Джек. — А сейчас давай немного пройдем пешком. Нас обязательно кто-нибудь догонит.
Джек шел и думал, что удача вновь вернулась к нему, что еще совсем немного — и они с Волком доберутся до Иллинойса. А как только они попадут в Спрингфилд, к Ричарду Слоуту, дела окончательно пойдут на лад — в этом он ни капельки не сомневался. Но мысли Джека вновь и вновь возвращались к тому времени, когда он был заперт в сарае и воочию наблюдал самые нереальные события. Всяческие неприятности случались так часто, что Джек не успевал за ними следить. Прошло немало времени, прежде чем Джек увидел Иллинойс, и до той поры он ощущал себя запертым в сарае.
События, сменявшие друг друга с головокружительной быстротой и в конце концов приведшие к «Дому Солнечного Света», начались спустя десять минут после того, как
— Давай остановим ее, — крикнул Волк, радостно размахивая руками над головой. — Волк остановит ее! Прямо здесь и прямо сейчас!
— Она едет в обратном направлении, — сказал Джек. — Успокойся, пускай она проедет мимо. И опусти руки, а то он подумает, что ты голосуешь.
Волк неохотно выполнил его требование. Машина уже подъехала к повороту дороги и почти поравнялась с Волком и Джеком.
— А мы разве не поедем назад? — почти по-детски спросил Волк.
Джек покачал головой. Он смотрел на овал герба, нарисованного на пыльной белой дверце машины. Он мог обозначать Государственный совет охраны природы или местную службу чистоты окружающей среды. Он мог обозначать, что там находится кто угодно — от представителя сельскохозяйственной промышленности до директора строительной компании. Но когда машина пошла на поворот, Джек увидел, что это полиция.
— Это фараон, Волк. Полицейский. Улыбаемся и делаем вид, что мы гуляем. Нам совсем не нужно, чтобы он остановился.
— Что за фарицейский? — Голос Волка дрогнул и провалился куда-то в желудок: ему показалось, что машина на полной скорости мчится прямо на него. — Фарицейские убивают Волков?
— Нет, — сказал Джек, — они никогда не убивают Волков.
Это не помогло. Волк вцепился в Джека дрожащей рукой.
— Отцепись от меня, Волк! — взмолился Джек. — Он будет смеяться над тобой.
Рука Волка немедленно упала.
Когда полицейская машина приблизилась, Джек взглянул на фигуру за рулем и сделал несколько шагов назад, чтобы видеть Волка. То, что он увидел, не радовало. Лицо полицейского, ведущего машину, было широким, массивным и властным, со слоями подкожного жира на тех местах, где раньше были скулы. А на лице Волка отразился ужас — глаза горели, ноздри трепетали. Волк оскалил зубы.
— Тебе действительно понравилось ехать в кузове грузовика? — спросил Джек.
Часть ужаса улетучилась, и Волк изобразил что-то похожее на улыбку. Полицейская машина проревела мимо — Джек заметил, как водитель повернул голову и изучил их.
— Все в порядке, — сказал Джек, — он едет по своим делам, Волк.
Тут он услышал, что гул двигателя полицейской машины снова приближается, и оглянулся.
— Фарицейский возвращается!
— Наверное, едет обратно в Кайюгу, — сказал Джек. — Повернись и делай все, как я. Не смотри на него!
Волк и Джек пошли дальше, изо всех сил стараясь не замечать полицейскую машину, которая, похоже, села им на хвост. Волк издал что-то среднее между плачем и воем.