Танец меча
Шрифт:
Отброшенный на грязную платформу, Меф успел перекатиться и призвать меч.
– Ну же! Иди сюда!
Буслаев задыхался, перед глазами все плыло, и только чудом он не рубанул подбежавшего Антигона. За ним по платформе, как на буксире, волокся милиционер, попытавшийся удержать «дитятку» за ногу. Когда Антигон остановился, бедняга разжал руки и остался лежать.
Булава вращалась как пропеллер. Задыхающийся от бега, красный, кикимор был свиреп, как сорок тысяч кабанов. Прежде, чем кикимор метнул булаву, черная фигура исчезла. Меф увидел, как она спрыгнула на пути прямо под подваливающий
– Бежать можешь?
– Антигон дернул Мефа за запястье.
Подбегая туда, где лежала Ирка, Меф увидел, как страж мрака - высокий, костистый, с покрытым рытвинами лицом - зачем-то наклонился и, захватив что-то левой рукой, мазнул мечом, как человек, режущий хлеб. Потом выпряхмился и с явной издевкой показал Мефу белое, с подтеком крови, крыло.
Меф на бегу выставил клинок, но достать врага не успел. Страж исчез, не приняв боя. Меф сгоряча едва не прыгнул в зияющую дыру его телепортации и остановился на самом краю. Нет, туда ему не надо. Такой глубокой дыра может быть в единственном случае - при перемещении в Тартар.
Круг телепортации облизал его меч и со звуком лопнувшей лампочки закрылся.
Антигон стоял на коленях и, наклонившись, выл. Буслаев никогда не слышал таких звуков. На платформе, покрытой мелкими лужицами, лежал лебедь с отрезанным крылом. На втором белоснежном крыле отпечатался след сапога.
На глазах у Мефа лебедь затуманился, исчез, и он опять увидел Ирку. Она лежала на спине очень спокойная. Лицо у нее было чуть укоризненное, даже, пожалуй, вежливо-укоризненное. Казалось, она хотела спросить у своего убийцы: ну и зачем вы затеяли всю эту нелепость?
Ран у нее было две - одна на шее, другая прямо по центру груди с небольшим закосом к сердцу. Убийца отработал как на тренировке - жестко и четко.
Меф не стал ее трясти. Он был боец и видел много ран. Он стал искать Багрова и нашел его в десяти метрах. Матвей лежал лицом вниз. Хотел добежать до Ирки и не добежал.
Белая майка Багрова, которую они купили утром, чтобы вид у Матвея был не такой бомжеватый, пропиталась кровью. В этой новой майке было что-то от кокетливой салфеточки, которую в супермаркетах вкладывают в лотки с мясом. Меф почувствовал тошноту - не от крови даже, а от сходства.
Антигон все выл. Вокруг собиралась толпа. Десятка два пограничников, милиция, выбежавшие из вокзала любопытные. Чем позже появлялся человек и чем меньше видел до того, тем решительнее он пробивался вперед. Стражи мрака давно исчезли. Осознав, что все еще держит меч, причем даже не скрытый мороком, Меф убрал его и торопливо отодвинулся за рекламный стенд.
Достал мобильник и позвонил Фулоне. Ее номер сохранился в последних звонках. Фулона сняла почти сразу, но подносить трубку к уху не спешила. В динамике звучали голоса. Валькирия золотого копья с кем-то разговаривала. Смеялась. Меф ждал, пока она уделит ему время.
– Да, Меф, привет!
– Нападение стражей мрака! Ирку убили! Отрезали крылья!
– произнес Меф, глядя прямо в раскрашенное лицо на рекламном стенде.
Было слышно,
– Погоди, выключу кран!… Кого отрезали?
– весело повторила Фулона.
– Крылья!!!
Девушка на стенде все улыбалась, и улыбка длилась бесконечно. Потом рекламная полоса вдруг поползла и сменилась надписью: «Боитесь потерять близких? Застрахуйте их сегодня, и мы будем бояться вместо вас!» Мир издевался над Мефом.
– Чьи крылья?
– Проклятая вода наконец перестала бежать.
– Иркины!
– не помня себя, заорал Меф.
– Ирку убили! Вы что, спите там? Повторяю по буквам: Ульяна - Борис - Илья…
– Поняла! Ты мужчина, возьми себя в руки! Не надо визжать!
– приказала Фулона и внезапно задала вопрос, который показался Мефодию безмерно жестоким: - Копье, шлем, щит - уцелели?
– Не знаю. Кажется, стражи мрака ничего с собой не унесли. Только крыло… - сказал Буслаев мрачно.
– Очень хорошо. Копье, щит и копье материализованы? Если да - обеспечь их охрану до прибытия группы!
– распорядилась Фулона.
Мефу больно было двигать разбитыми губами.
– А когда она прибудет?
– В ближайшее время. Джинн цел?
– Какой джинн?
– недоумевающе переспросил Меф. Про джинна Ирка ничего ему не говорила.
– Ясно. А некромаг?
Меф обернулся. К телу Багрова было не пробиться. Его окружала толпа. Каждому хотелось постоять рядом со смертью и поужасаться.
– Сзади в шею. Видимо, живым клинком-удавкой, - сказал Меф.
– В область сердца есть ранения?
– Нет. Ну если клинок через шею не добрался до сердца…
– Значит, цел. Регенерация произойдет через короткое время. Проследи: тело не должно быть увезено с вокзала!… Соберись! Твоя задача: джинн, копье и охрана тел! До прибытия группы ты мобилизован на службу валькирий!
Голос у Фулоны был жесткий и четкий. Мефу казалось, где-то в голове у нее находится переключатель. Щелк-щелк! Есть же, наверное, такой переключатель, который переключает мирную женщину и мать, допустим, в судью, или сонного рыбака на берегу озера - в следователя?
– А если я не хочу?
– с вызовом ответил Меф.
Он почти ненавидел валькирий - таких самоуверенных и холодных в своем остекленевшем героизме. Плевать им, что Ирки больше нет - только бы уцелело копье и прочие цацки.
– Чего не хочешь?
– ледяным голосом повторила Фулона.
Меф нажал «отбой». Фулона перезвонила еще два раза через паузу, а потом перезванивала уже непрерывно. Поручение валькирий Меф все же выполнил. Не для Фулоны - для Ирки. Щита и шлема он, правда, не нашел. Видимо, Ирка не успела их призвать.
С копьем управился Антигон, заставив его исчезнуть за минуту до того, как милиция заметила контур тела мертвого стража. Два или три милиционера покрутились рядом, но так и не пришли к выводу, является ли почти рассыпавшаяся тряпка еще одним убитым или просто кто-то бросил вымокшую куртку. Пока они соображали, исчезла и куртка. Остались осколки дарха и едва заметная горка золотых крупинок, которую спешил раздуть ветер. Едва дождавшись, пока появится возможность, Меф собрал эйдосы, зная, что иначе это сделают вездесущие пластилиновые гадики.