Танго втроем
Шрифт:
– И знаете, почему вы не встретили человека в джинсовом костюме, – Анна Николаевна Громова пошла ва-банк, – потому что его и не было, Сайфутдинова видела вас.
– Я точно помню, что не заходил внутрь!
– Если у вас такая хорошая память, – прищурилась следователь, то почему же вы не помните, где вы провели этот час, по каким улицам гуляли и в какие заходили магазины? Если все так, как вы говорите, вас могли запомнить!
– Хорошо, я вам скажу. Это время с часу до двух я провел со своей бывшей женой Ольгой Сергеевной
– Интересно! – Громова оживилась. – И ваша жена может это подтвердить?
– Естественно.
– А почему же вы раньше этого не сказали?
– Не хотел ее впутывать.
– Ну что ж, я вызову вашу жену, бывшую жену на завтра. А вас попрошу никуда не уезжать из города. Вот, подпишите.
Громова записала все данные Ольги и отпустила Алика, вручив ему повестку на послезавтра. Выйдя из здания, Алик направился к ближайшей телефонной будке. Он набрал номер и сказал всего три слова:
– Ольга, я согласен.
В середине дня я потащилась по магазинам, чтобы потом уйти пораньше и приготовить обед на два дня. В самом деле, что я, Золушка, что ли, всю неделю занимаюсь домашним хозяйством! Проболтавшись почти час, я накупила продуктов и у самого метро, конечно, налетела прямо на Алика.
– Здравствуй, Марина!
– Привет! – Я была не очень любезна. – Я занимаюсь хозяйством и тороплюсь на работу, ты, я думаю, тоже.
– Да нет, я как раз собирался домой.
– Ну, счастливо!
– Подожди! – Он поймал меня за рукав, потом взял за руку. – Пойдем хоть кофе выпьем.
Он просительно заглянул мне в глаза, я вспомнила, что Алик ничего мне плохого не сделал, и что нехорошо срывать свое плохое настроение на людях, и согласилась.
– По-быстрому, тут в «Грильмастере».
– Каппучино и пирожок с черникой? – спросил он у стойки.
Надо же, запомнил!
– А ты опять ничего не ешь? Ведь все равно твоя диета нисколько не помогает! – завелась я.
– Да я привык уже на овощах.
– Тебя бы с моей сестрицей свести. Она вечно пробует на себе всякие диеты. Кстати, – мстительно добавила я. – она тебя не помнит, и ее подруга Катя тоже. Говорят, не было у них в школе никакого Алика.
– Катя Скворцова? – улыбнулся он. – Славная такая, как она живет?
– Хорошо живет, – ошеломленно ответила я, – за американца замуж выходит.
– Не может быть, чтобы они меня не помнили, меня вся школа Альбертиком называла.
– Альбертиком? Ты что, и правда Альберт?
– Конечно, я же тебе говорил.
– Господи!
– Что такое? Имя как имя, ты сама говорила, что у тебя даже Еремей какой-то был.
– Слушай,
– Это меня в честь деда так назвали. Стоп! Опять его заносит. Я же точно помню, что Иркина мама назвала его тетку Марией Владимировной. Значит, мать его была тоже Владимировна. Мне это уже стало надоедать, сегодня я была в агрессивном настроении, поэтому брякнула:
– Алик, твоего деда звали Владимиром, причем здесь Альберт!
– Правильно, – совершенно спокойно ответил он, – это маминого отца звали Владимиром, а Альберт – это дедушка со стороны отца.
Видя мои недоверчивые глаза, он добавил:
– Правда, я его не знал, он рано умер. Я хотела задать ему хамский вопрос, знал ли он своего отца, но вовремя удержалась, а вместо этого спросила:
– А как твое отчество?
– Александрович.
– А отец, значит, Александр Альбертыч?
– Ну да, так получается довольно забавно, Александр Альбертыч Румянцев.
Это потому, что прабабка, мать этого деда, была немка, вышла за русского, Румянцева, и назвала сына Альбертом. Он был тоже Альберт Александрович Румянцев, как и я. На этот раз я ничего не сказала, только вытаращила на него глаза.
– Я паспорт могу показать! – улыбнулся Алик.
Я развернула паспорт – действительно, все как он говорит. Посмотрев на фотографию, я удивилась еще больше: даже на этой паспортной фотографии было видно, что Алик совсем не толстый. Понятно, почему я не узнала его на школьных снимках. Но какова Иркина мамаша! «Я все про них знаю, двадцать лет с его теткой проработала!» Так меня подставить!
– Алик, прости меня, пожалуйста, я ужасная дура.
– Ну что ты, в моих семейных отношениях трудно разобраться, я понимаю. Мои родители люди не совсем обычные, вернее, отец. Но это очень долгая история, сейчас ты торопишься, я потом как-нибудь расскажу.
Я заметила вложенную в паспорт бумажку. Это оказалась повестка к следователю.
– Алик, тебя все еще таскают в милицию насчет убийства Ларисы?
– Да, вот привязались. Хотят, чтобы я представил алиби на это время, с часу до двух.
Я решилась:
– Алик, а где же ты был в это время? Он посмотрел очень неуверенно и промямлил:
– Тебя не шокирует, если я скажу, что был все это время со своей бывшей женой?
– Господи, да мне-то какое дело!
Но, честно говоря, я удивилась. Иркина мамаша говорила, что жена его бросила, там какая-то жуткая история. Хотя, как верить Иркиной мамаше, я уже убедилась.
– Понимаешь, – бормотал Алик, – мы время от времени видимся, редко, раз в полгода. Так, пообедаем где-нибудь и все. Вообще-то мы уже три года в разводе.