Тарантул
Шрифт:
Братушки мои, что делать? Все ждут от нас подвига — а он уже совершен, и проблема в том, чтобы никто не узнал о нем, пока я сам не определяю тайну диска.
Кто способен мне в этом помочь? После некоторых размышлений я вспомнил, что Алоиз приводил сюда в кабинет молодого хакера — взломщика компьютерных систем. А почему бы ему не появиться ещё раз. Для профилактического осмотра «писюка», как верно выражаются специалисты.
На мою просьбу служивый человечек Гуськов отреагировал с равнодушием табурета к заднице. Хакера — так хакера, хозяин, дело правильное:
— Чего не тянет? — не понял я.
— Да, стрелялка такая, хозяин, — стеснительно улыбнулся мелкотравчатым личиком. — Крутая… кровища там… ууу!..
— Кровожадный ты, братец, — по-панибратски похлопал прислужника по детскому плечику. — Действуй, Алоиз!.. В своих же интересах…
— Есть, хозяин! — и отправился искать хакера. По телефону.
Два моих телохранителя-тюремщика поначалу прислушались к нашему разговору, а потом заскучали: разве это дело пускать искусственную кровушку? Общим выражением лица были похожи на братьев, которых в детстве уронили с крыльца, после чего у мальчиков Кеши и Ромы интеллект приказал долго жить. Если они были сотрудниками ФСБ, то я тогда мать Тереза, как однажды выразилась Вирджиния.
— Скучаем? — спросил я их, естественно, тюремщиков.
— Ну? — сказал Кеша.
— Пушки заряжены?
— Ну? — сказал Рома.
— Может стрельнем на спор?
— Чего? — выдохнули разом.
Я объяснил, что был лучшим стрелком в 104-ой дивизии ВДВ и могу выставить ящик водки против их двух шляп. Меня не сразу поняли: как это? Привязываем бутылки (пустые) к сосне и пуляем метров с тридцати, кто больше набьет посуды тот и выиграл. Или ящик водки, или шляпы.
— Ну, ты, паря, блин, даешь, — сказали Кеша и Рома. — Они ж казенные. Шляпы-то?
— Как хотите, — пожал плечами. — Слаб`о, значит? Ну-ну…
Через четверть часа вековая тишина медвежьего уголка лопнула, как стеклянная крыша теплицы от метеоритного дождя. Алоиз похлопотал со столиком и каким-то чудным образом организовался легкий фуршет на природе: водочка, балычок, икорка и… девочки… Точнее, их роль выполняли бутылки, подвешенные к дальней сосне. Каждая емкость имела свое имя: Танюха, Ируха, Регина, Пелагея, Нунехия, Матильда Абрамовна, Екатеришка-матушка… и так далее.
— А ну-ка дай-ка я… обласкаю… Нунехию, мать её так! А я щас Ируху… в горлышко!.. — примерно так орали стрелки Кеша и Рома. — Ур-р-ра!
Проблем с водкой и боевыми патронами не возникало, и поэтому мы веселились от всей души. Перед началом стрелковых упражнений Алоиз успел сообщить мне, что хакер-с уже выехал и скоро будет, и я со спокойной душой предался национальному развлечению: палить в белый свет, как в копеечку. Водочку не пил, чтобы победить в соревновании. Хотя, спрашивается, на хрена мне две чекистские шляпы? Может быть, поэтому вел стрельбу крайне неудачно?
— Окосел, Чеченец! — хохотали телохранители-тюремщики и предлагали Алоизу Гуськову присоседиться к забаве.
Тот смущался, топал ножкой и с халдейским усердием наполнял хрустальные стаканчики водочкой до кромок.
Словом, водка текла рекой,
Не знаю, чем бы дело закончилось, да прибыл хакер Слава. На своем стареньком «Москвиче». К стрельбе отнесся с пониманием: каждый развлекается в силу своих материальных возможностей и интеллектуальных способностей.
— Алоиз, ящик водки! — приказал я лакею под торжествующий гогот моих новых друзей. — Проигрался в пух и прах! — И, откланявшись, покинул благородную компанию.
Вот что значит хорошие организаторские способности. Теперь можно спокойно решать следующие проблемы.
Я и Слава поднялись по лестнице в кабинет. Со двора доносился треск пистолетных выстрелов, точно там ломали кости строптивцу-демократу, не понимающему, что родину надо любить не только пищеварительным трактом.
— Чего будем делать, хозяин? — спросил хакер Слава, открывая свой чемоданчик. — Если по полной программе, то баксов пятьсот… А по мне так поменять на «пентюху», [12] значит…
12
pentium
— Тысяча твоя, — сказал я, — и проверить только это…
Слава взял с моих рук золотистый компакт-диск, повертел его, как блинчик, потом пожал плечами: пожалуйста…
Мы сели за экран дисплея, высветившимся синим полем с бесконечными столбиками каких-то знаков и надписей. Диск был тиснут в специальное устройство, жадно заглотившее его. Пальцы хакера замелькали над клавиатурой, как пальчики пианиста Кисина над клавишами концертного рояля в зале П.И. Чайковского.
На экране замаршировали стройные ряды каких-то обозначений. Все это для меня было китайско-малазийской грамотой.
— Что за черт?! — удивился хакер. — Программа не запускается с диска. Минуточку… — и снова легкий полет рук над клавиатурой.
— А что такое? — занервничал я.
— Пока не знаю, — целеустремленно и с нескрываемым интересом следил за маршем полков обозначений. — Ах, вот так, да?.. Ну-ну…
Я был так увлечен действом, что не обратил внимания: выстрелы на улице прекратились, вернее, отметил, что наступила тишина, да не придал этому никакого зловещего значения.
— Ааа, вот оно что?! — с заметным облегчением проговорил Слава. — Я уж думал… того…
— Что?
— Этот компакт-диск хитрый, — принялся популярно объяснять. — Чтобы его запустить нужна дополнительная дискета.
— Дополнительная? — взревел я дурным голосом.
— Да? — удивился мой собеседник. — А что такое? Обычное дело, когда много информации, её архивируют?
— Что делают? — чуть не плакал я.
— Ну сжимают… ну, как газ в баллончик…
— Так, и что?
— А чтобы выпустить этот газ из баллончика, — улыбнулся сравнению, необходимо маленькое усилие… то есть дискетка, чтобы с её помощью произошла разархивация базового пакета…