Тайна

Рой Олег Юрьевич

– Ну ладно, посмотрим, что ты там умеешь, – недоверчиво пробормотал он. – Но если честно – все это звучит как дурной анекдот.

– Давай попытаемся, – умоляюще сложив руки, попросила Валентина, – у нас нет других способов. Ты можешь нам помочь? – обратилась она к Оле, с надеждой глядя на свою спасительницу.

– Я не знаю, – неуверенно ответила девушка, – надо попробовать. Пропажу я обычно нахожу легко. Расскажите подробно, как вы их потеряли?

Анатолий впервые внимательно посмотрел на Олю, помолчал, потом махнул рукой и заговорил:

– Деньги я взял

из кассы две недели назад. При других обстоятельствах я, конечно, и не подумал бы их выносить, но в этот раз выбора у меня не было. Дело в том, что в нашем ведомстве все не так просто. Его глава находится в некотором соперничестве со смежным ведомством, наверху идет серьезная борьба, все решается там. – Он опять многозначительно поднял глаза вверх, и Оля в который раз удивилась, что это за таинственное «там», о котором столько говорят.

– Деньги вроде бы выделили, но осваивать их надо было тут же, чтобы вдруг не отменили операцию. Под угрозой был сам факт ее осуществления. Приказ взять деньги и спрятать их у себя дома я получил от своего непосредственного начальника.

Мы решили, что безопасней будет ехать на общественном транспорте, поэтому своего водителя я в тот день отпустил. Несмотря на кажущуюся абсурдность такого поведения, это было действительно так – машину могли похитить, на меня могли напасть, и сделать это было бы удобнее, находись я в своем служебном автомобиле. Абсолютно доверять никому было нельзя – об этой сумме случайно могли узнать и те, кому это не положено. В общем, тут многое было строго засекречено… Я взял портфель и пошел домой пешком. Я никуда не заходил, не оставлял портфель без внимания ни на секунду. Дома я планировал положить деньги в тайник, где они лежали бы до того момента, когда их необходимо было передать.

Я несколько раз пересаживался на разные трамваи, плутал, но слежки вроде не было. Наконец я добрался домой. Все, казалось, прошло благополучно. Но когда я открыл портфель в столовой – я обмер. Портфель был абсолютно целым и неповрежденным – но внутри ничего не было. Мне сложно вам объяснить, что я испытал в тот момент: вся жизнь пробежала у меня перед глазами. Поймите, в одно мгновение под угрозу попала моя карьера, моя семья, счастье, да что там говорить – сама моя жизнь. Что мне было делать?

Он немного помолчал, вздохнул и потом продолжил:

– Мне бы никто не поверил, да даже если бы и поверили, это бы ничего не изменило – факт оставался фактом: я потерял казенные деньги, подставил своего начальника и все ведомство, сорвал важную операцию. Причем поплатиться головой могли самые высокие чины – сумма была немаленькой. Это могло пахнуть какой-нибудь контрреволюционной деятельностью… Если честно, я поддался панике и поступил, наверное, не самым умным образом – просто сбежал. Уже позже я понял, что даже семью я не смог бы спасти, но менять что-то было поздно… Вообще-то я размышлял, что делать дальше, и уже серьезно подумывал о самоубийстве… Хотел дать себе несколько спокойных дней – просто пожить спокойно.

При этих словах Валентина приглушенно вскрикнула, но Анатолий жестом дал понять, что еще не закончил.

– Самое

жуткое, что теперь все будут считать меня вором. Ведь это я оформлял документы, там стоит моя подпись. Это невыносимо! – Он закрыл лицо руками и, казалось, был близок к тому, чтобы расплакаться.

– Но почему ты не сообщил мне? – возмутилась Валентина. – Хоть бы намек, записочка! Мы чуть с ума не сошли!

– Ты бы выдала себя. Я не хотел навлечь беду на свою семью. Хотя все равно они бы все узнали и привлекли бы тебя как соучастницу. Нельзя было допустить, чтобы вы пострадали… Так я тогда подумал…

Оля задумчиво кивнула.

– А когда вы приехали домой, там никого не было?

– Вроде нет, – растерянно пробормотал Николаев. – У домработницы был отгул… Дети на каникулах, на море. Больше никого. Я ведь специально так подгадал.

– Дайте, пожалуйста, руку.

– А это еще зачем? – удивился Анатолий. – Прямо какое-то мракобесие…

– Дай, – рявкнула Валентина так строго, что он не посмел спорить.

Незадачливому бухгалтеру оставалось только подчиниться.

Первое время образы не приходили. Закрыв глаза и сосредоточившись, Оля ощутила знакомое покалывание в кончиках пальцев – так всегда было, когда пропавшая вещь как-то указывала на себя, перед глазами замелькали неясные образы… И среди них отчетливо проявилось лицо человека, которого она тут же узнала.

Девушка вскрикнула и с трудом разомкнула веки.

– Ну, что там? – сгорая от нетерпения, выпалила Валентина.

– Кажется, я знаю, кто украл деньги, – выдохнула девушка, – но вам это может не понравиться.

Обратно ехали молча, Валентина что-то судорожно просчитывала в уме, наморщив лоб. Было видно, что у Ивана на языке вертится миллион вопросов, но он ни о чем не смел спрашивать, только каждые несколько минут нервно оборачивался на заднее сиденье, где сидели Николаева с Олей.

– За дорогой смотри, – наконец осадила его женщина, – шею свернешь.

Иван обиженно отвернулся, даже по его спине было заметно, что он в негодовании.

Анатолия решили на всякий случай оставить пока в Детково, ведь то, что сказала Оля, надо было еще проверить, а за домом в Москве могли следить. Попетляв по городу и сделав почти круг по Садовому кольцу, автомобиль, наконец, въехал во двор дома Николаевых.

Глобус

Валентина одним махом взбежала на третий этаж и, отчаянно пытаясь унять дрожь в пальцах, вставила ключ в замочную скважину.

В квартире по первому впечатлению было тихо, но, прислушавшись, можно было различить неясное движение. Валентина немного постояла, опершись рукой о вешалку и успокаивая дыхание, потом решительно бросила Оле:

– Вперед. – И они вошли в столовую.

Валерий сидел, развалившись в кресле, в руках у него была рюмка. Увидев сестру, он широко улыбнулся. На Олю же, которая жалась к дверному косяку, не решаясь войти, он едва взглянул.

– Ну, здравствуй. – Валентина, как будто успокоившись, обрела свое обычное уверенное выражение лица.