Темный мастер
Шрифт:
— Свои мысли лучше при себе держи! — проследив ее взгляд, с прохладцей бросил юноша. — И, пожалуйста, относись к нашей гостье со всем должным уважением. Я не потерплю грязной болтовни по углам!
— Ладно, ладно, — немедленно заворчала Тана. — Никто тут ее не обидит, не такой мы народ…
— Зная твой острый язычок, я что-то сомневаюсь! — проговорил он уже спокойнее и даже с легкой насмешкой.
На миг женщина словно задохнулась от возмущения, а нос ее, возвышающийся над бельевой грудой, начал приобретать подозрительный багровый оттенок. Воспользовавшись паузой, юноша преспокойно зашагал дальше по коридору.
— Это
Огнезор не стал дослушивать, что такого успела порассказать Лая за вчерашний вечер. Мысль, с которой он вышел из комнаты, засела в голове и требовала срочных действий. Очень уж потянуло его заглянуть в один старинный фолиант…
Проснулась Лая от неуютного ощущения: будто что-то невидимое, шерстистое и скользкое заполняло собою комнату. Ворочалось, щекотало, покалывало — да все норовило поглубже залезть под кожу. Содрогнувшись, она открыла глаза, вскочила и решительно распахнула полог кровати.
— Не хотел… тебя будить… так рано, — не поворачиваясь от окна, сказал Эдан. Выглядел он довольно напряженным и говорил как-то через силу, будто с трудом заставляя себя оторваться от чего-то важного, поглощающего все его внимание без остатка.
— И что ты делаешь? — сотрясаясь от очередного наплыва движуще-щекочущей мерзости, потребовала ответа девушка.
Со стороны, конечно, Эдан вообще ничего не делал. Просто стоял, уставившись неподвижно во что-то на узорчатом стекле. Высматривал. Изучал. Заклинал ЭТО взглядом, лишь иногда отрываясь от напряженного созерцания, чтобы заглянуть в одну из толстенных, потрепанных временем книг, сгрудившихся на полу и подоконнике. И странно — Лая точно могла поклясться, что неприятное ее пробуждение напрямую связано с этим высматриванием.
— Пытаюсь… спрятать… твое присутствие, — все же соизволил ответить юноша. — Давно не делал… такого. Отвлекать… не… стоит.
— Как прикажешь, господин лорд, — насмешливо пропела девушка, окончательно выпуталась из одеяла и тут же поежилась.
Затем решительно занялась переодеванием. Огромная ночная сорочка, одолженная у Таны и, будучи сильно велика, нескромно обнажающая плечи вместе с половиной груди при каждом движении, небрежно полетела на пол — Лая даже не озаботилась задернуть полог или повернуться спиной к окну, в темных витражах которого плясали, отражаясь, комната, кровать и ее собственная — в чем мать родила — особа.
Эдан, кажется, вздрогнул. Его плечи напряглись сильнее, что девушка немедленно отметила с довольнейшей улыбкой.
Очередной приступ колюче-скользкой дрожи был ей единственным ответом. Сжавшись, Лая рывком подхватила свою одежду и попыталась влезть в нее как можно быстрее.
Ей показалось или Эдан ухмыльнулся?
— Это надолго? — простучала зубами она.
— Уже все, — с видимым облегчением выдохнул юноша, захлопнул свою книгу и мельком, нерешительно оглянулся: словно проверяя, действительно ли Лая одета.
Девушка в ответ состроила ехидную рожицу и демонстративно завязала шнуровку на рубашке в красивый бантик. Затем втиснулась в узкую оконную нишу рядом с Эданом, заставляя юношу позорно отступить, и с любопытством уставилась на объект его недавнего внимания.
На
— Амулетики заряжал? — поинтересовалась она, мгновенно учуяв такие же пятнышки на двух стенах и двери. Даже всматриваться сильно не пришлось.
— Психические конденсаторы, — поправил ее Эдан.
— Что?
— Психические конденсаторы. Так это называется. Вещь, в которой опредмечено психическое воздействие, — непонятно пояснил юноша. — Амулеты — это как-то… суеверием попахивает, — добавил он, будто извиняясь. — Хотя так их тоже называют…
Все это время он старательно избегал смотреть своей собеседнице в лицо — изучал башмаки, скользил глазами по стенам за ее спиной, раз даже неосторожно задержался взглядом в вырезе ее рубашки, но тут же одернул себя, уставившись в потолок, и в конце концов просто сбился и замолчал. Охотница наблюдала за ним с немым любопытством и осуждением, вовсе не собираясь облегчать ему жизнь. Наоборот, даже придвинулась поближе, отчего он сделал плавный шаг в сторону — легко так, словно в танце. Могло быть даже смешно — если б Лая не начинала уже тихо кипеть от ярости.
— И что именно ты здесь наворотил? — сердито поинтересовалась она. — Не то чтобы очень любопытно, просто не хотелось бы, открывая окно, схватить слепоту или забыть собственное имя.
— А ты можешь слепоту опредметить? — мгновенно заинтересовался Эдан. Об ее умениях он каждый раз выспрашивал с достойной восхищения дотошностью.
— Ага, еще заикание, бородавки и мужскую несостоятельность. Ты на вопрос не ответил!
Он наконец посмотрел ей в лицо — видимо, пытаясь понять, говорит ли она серьезно. Лая сложила на груди руки и выжидающе нахмурилась.
— Это просто усиленная маскировка, как та, с которой мы из столицы выезжали, — пояснил юноша со вздохом. — Ее вообще редко используют — только если нужно от людей с высоким врожденным даром спрятаться. Но сейчас почти нет таких. Ты, я, еще человека три-четыре в Гильдии…
— Подружка твоя на воротах, — ехидно подсказала охотница.
Он холодно пожал плечами — не твое, мол, дело. Лая внутренне так и вскипела. И, чтоб спрятать как-то свое раздражение, сделала вид, что очень ее интересуют Эдановы книги: потеребила задумчиво обложки, взвесила толстенный том на руке, полистала глубокомысленно. Странные это были книги! Что старинные и дорогие — это девушка наметанным на ценное глазом еще издали приметила, но не в этом была их странность. Та, например, по которой Эдан свои фокусы творил, вообще на незнакомом языке написана. Формулы какие-то, рисунки и схемы запутанные покрывали ее страницы. Как из этого вообще можно что-то вычитать?
Буквы в других вроде свои были, и слова знакомые попадались. Но текст от этого не становился понятнее.
— «Психический феномен возврата: особенности подавления второй личности», — вслух прочитала Лая длинное название и возмущенно фыркнула.
Эдан, уже успевший удобно расположиться подальше от девушки, прямо на полу — на мягкой звериной шкуре, вопросительно поднял голову от одной из своих книжек.
— Твои книги издеваются надо мной, заставляя чувствовать себя полной дурой, — саркастически пояснила охотница. — Что-то ищешь, или просто еще один способ на меня не смотреть?