Тень Хранителя
Шрифт:
— Это может быть опасно. Вот уже на протяжении многих лет время от времени мы получаем донесения о том, что бунтовщики, которые, как мы считали, давно уничтожены Хранителем, выжили. Говорят, что их потомки стали свирепыми женщинами-воительницами. У нас есть основания полагать, что пойманная шпионка — одна из них. — Половина физиономии Кордана расплылась в самодовольной улыбке. Он явно горел нетерпением в предвкушении удовольствия.
«Это, должно быть, Кира сумела проникнуть в Город, но была схвачена…»
— Ну что ж, ради такого
— Можешь в этом не сомневаться, Наша Стоув, — ответил Кордан, резко повернувшись на каблуках.
Стоув подождала, пока он не скроется из вида, потом побежала к себе. Если они не найдут способ ее спасти, сестра Виллума обречена на медленную смерть в жестоких мучениях.
КОНЕЦ ОАЗИСА
ТОМ XXXVI, СТАТЬЯ 22.0
РОУН ИЗ НЕГАСИМОГО СВЕТА ПОПРОСИЛ НАС ДАТЬ ОЦЕНКУ ОАЗИСА КАК ВОЗМОЖНОГО ОТКРЫТОГО ЦЕНТРА ОБРАЗОВАНИЯ И НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКОЙ РАБОТЫ. МЫ СОГЛАСИЛИСЬ ПРОВЕСТИ ИНВЕНТАРИЗАЦИЮ БИБЛИОТЕКИ, ОЦЕНИТЬ СИСТЕМУ ГИДРОПОНИКИ И ОПРЕДЕЛИТЬ, СМОЖЕТ ЛИ СУЩЕСТВУЮЩАЯ ТАМ ЭНЕРГЕТИЧЕСКАЯ СЕТЬ ОБЕСПЕЧИТЬ ПРОИЗВОДСТВО ЛЕТАТЕЛЬНЫХ АППАРАТОВ ИЗ ЗАЩИТНОЙ ТКАНИ. НАШЕ ПЕРЕМЕЩЕНИЕ ОБЕСПЕЧИЛИ ХРОШИ.
Здесь, на дальнем склоне холма под нависавшей скалой, Роун с особым удовольствием вдыхал морозный воздух. Ночь была на удивление спокойной. Даже легкого ветерка не чувствовалось.
Со времени взрыва прошло всего три дня. Главное сейчас то, что он знал, где живут ловцы видений. Межан помогла Лампи составить схему, на которой были отмечены три тайных входа в Оазис. Камьяр объяснил апсара и братьям, как открыть каменные двери и пройти по лабиринту до того места, где располагалась подземная община. А Талия рассказала Роуну, как там работает вентиляционная система.
На разработку плана ушел день. Еще две ночи и один день были потрачены на то, чтобы добраться до места. И теперь они ждали здесь, в замерзших садах Оазиса, восхода солнца.
Лампи стоял рядом с Роуном и ногой сбивал с земли лед. Занимался бледный рассвет. Роун вынул стрелу и положил ее на тетиву лука.
— Ты уверен, что мы поступаем правильно? — нервно спросил Лампи друга.
— Спроси об этом Семьдесят Девятую.
И Доббса, — печально проговорил Камьяр. В его поведении не было и намека на вальяжные манеры сказителя.
— Для нас Он поднимает солнце, для нас зажигает рассвет, — произнес Роун, когда один из братьев поджег наконечник его стрелы.
Натянув тетиву, он пустил стрелу в небо. По сигналу Роуна братья развели костры. Скоро к востоку и к югу от них потянулся дым. Воины зажгли факелы от пламени всех трех костров и побежали поджигать влажные травы, наваленные у люков вентиляционной системы Оазиса, чтобы выкурить из-под земли его обитателей.
Ответ на
Волк с мечом-секачом в руке стоял на крутом склоне скалы и смотрел в сторону поля. Он указал рукой вниз, в сторону основания скалы, откуда пошел дым, потом быстро отступил назад и схоронился за камнями.
Скала содрогнулась, потом мягко открылся выход из подземелья. Из пещеры с блеянием стали выбегать десятки коз. В поисках источника удушливого дыма несколько лучников с зажженными наконечниками стрел с тревогой оглядывали окрестности, еще частично скрытые туманом. Роун заметил, что они не столько всматривались, сколько вслушивались в предрассветную тишину, пытаясь понять, откуда исходила опасность. Лучники были вынуждены выпускать из подземелья обитателей Оазиса, высыпавших на скальные уступы, по которым над краем пропасти спускалась вниз тропинка. Особняком от других пещерных жителей стояли четверо ловцов видений: Харон — старейшина общины, библиотекарь Орин, их предводительница — Сари, и иссохшая оболочка, оставшаяся от человека, которого она поддерживала, — то был Феррел.
Медленно спускаясь на поле, люди тревожно перешептывались, а лучники пытались занять такую позицию, которая позволила бы им защитить остальных.
Как только все они собрались в центре первого сада, Роун прокричал:
— Сложите оружие! Мы не примем от вас ничего, кроме полной и безоговорочной капитуляции! Если вы нам сдадитесь, мы не причиним вам вреда!
Роун услышал свист стрелы еще до того, как увидел ее. Он чуть отклонился, и стрела пролетела так близко от лица, что его обдало взвихренным воздухом. Не успел лучник приложить следующую стрелу к тетиве, как вскрикнул и выронил лук, потому что в плечо ему впилась пущенная Камьяром вязальная спица.
— Друзья мои закадычные, — крикнул им Камьяр. — Я настоятельно вам рекомендую принять предложение Роуна!
И в этот момент шесть десятков готовых к сражению братьев и апсара вышли из-за деревьев с нацеленными на противника стрелами арбалетов.
Харон раздраженно взмахнул рукой, и лучники положили луки на землю. Роун вышел из тени нависавшей скалы, и взгляд его не сулил ловцам видений ничего хорошего.
Пристально глядя в лицо старика, в воцарившейся напряженной тишине он спокойно произнес:
— Вас отведут в отдаленное селение, где вы не сможете больше никому угрожать. Там вас будут содержать под арестом до окончания войны с Дарием.
— Роун, ты фактически выносишь нам смертный приговор. Если мы не останемся в этих пещерах, то очень скоро состаримся и умрем. Это геноцид.
Голос Сари прозвучал громко и отчетливо, в нем слышался праведный гнев. Роун вспомнил, что она ему ответила, когда он обвинил ее в смерти своих друзей. «Это прискорбное недоразумение», — так она ему тогда сказала, стряхивая с себя капли воды. Эти слова эхом отдавались у него в голове. На него накатила такая ярость, что он лишился дара речи.