Тень и Лёд
Шрифт:
— Ты сказал, что сделаешь все, чтобы это исправить. Ну, я прошу дать мне время подумать, хорошо?
Это очень болезненно. Плохо.
— Я дам тебе немного пространства. — Нокс выпрямился. Он подошел к изножью кровати, где снял мечи и кинжалы, привязанные к его телу. Даже Кровожадную. Он положил все оружие на матрас. Затем прошествовал к нише и шкафу, чтобы собрать оружие, хранящееся там.
Снова оказавшись у кровати, он выгрузил свою добычу. Вейл смущённо и настороженно наблюдала за происходящим.
Расправив
— Мой бункер и мой арсенал принадлежат тебе, и ты можешь делать с ними все, что заблагорассудится. И это… это тоже твое. — Он порылся в кармане и вытащил ожерелье, которое купил для нее. — Я увидел его и подумал о тебе.
Ее рот судорожно открывался и закрывался.
— Могу я? — спросил он. Когда она кивнула, Нокс скользнул за ее спину, чтобы закрепить драгоценности на шее. Разноцветные камни выглядели на ней великолепно, даже лучше, чем он себе представлял.
— Я хочу… Я хочу… ах! — Слеза скатилась по ее щеке, когда она провела пальцем по сапфиру, и от этого зрелища он чуть не лишился чувств. — Прямо сейчас я хочу принять ванну и смыть с себя боевую грязь. Ты можешь остаться, но не вправе присоединиться ко мне. Понял? — Она поспешила прочь.
Прежде чем искушение спрятаться в тенях и наблюдать за ней захлестнуло его, Нокс сел и обхватил руками колени. Его любовь к ней была неудержимой и всепоглощающей. Теплом в его сердце. Нет, это и было его сердцем. Орган стучал только для Вейл. У него не было никакой другой жизни без нее.
Его уши дернулись. Зашуршала одежда, раздался плеск воды. В его голове теснились фантазии. Он представил себе, как капли воды стекают по обнаженным изгибам тела Вейл, а ее кожа розовеет от жары. Прохладный воздух целовал ее сморщенные соски. Ее живот дрожал, а внутренние стенки были скользкими и жаждущими наполнения.
Он бы уложил ее на кровать, и она приветственно раздвигала ноги.
Он быстро затвердел, пульсируя для нее.
— Я почти слышу твои мысли, — сказала она. — Остановись.
— Невозможно. Позволь мне поклониться алтарю твоей красоты.
— Ты можешь смотреть, но не можешь трогать. — Когда она вышла, то прошла мимо него, ничуть не смущаясь, с высоко поднятой головой. На ней были лишь капельки воды и ожерелье, и его пристальный взгляд был прикован к ней, пока она не исчезла в гардеробной.
К тому времени, как она вышла, он уже дрожал, как похотливый школьник. Вейл надела его рубашку и штаны, которые плотно облегали тело.
— Я пойду, вздремну, — объявила она, не глядя в его сторону. — Это был долгий, тяжелый день. Я имею в виду жестокий! Это был жестокий день. Я собираюсь спать на кровати. Попробуешь присоединиться ко мне, и я отрежу тебе яйца.
Долгий. Тяжелый. Может быть, она все-таки посмотрит в его сторону?
— Потеря стоит приза, но я буду уважать твои желания. Всегда. Я люблю тебя, Вейл, и если ты дашь мне шанс,
Она быстро заморгала, качая головой, открывая и снова закрывая рот.
— Ты меня не любишь. Ты не можешь.
— Я могу, и я это делаю. Ты для меня весь мир. — Предоставив ей необходимое пространство, он направился к бассейну.
Понизив температуру воды, он прыгнул в бассейн. И это было очень странно. Впервые за много веков у него не было поблизости никакого оружия. Он не прятался в тенях и не следил за каждым движением своего спутника.
Если Вейл хочет заполучить его голову, она ее получит. «Я принадлежу ей».
Он отмокал больше часа, твердо решив взять свое тело под строгий контроль… не получилось. Сдавшись, он выбрался из бассейна, обернул полотенце вокруг талии и направился к шкафу. Он оденется и…
Умрет от счастья. Вейл не дремала. Она стояла у изножья кровати, а оружие, которое он дал ей, было разбросано по полу. Тяжело дыша, она пожирала его жадным взглядом.
Он затвердел, его член торчал из-под полотенца. Она все еще желала его?
— Вейл?
— Сделай мне одолжение, — сказала она, и эти слова прозвучали как заклинание.
Он был мгновенно околдован.
— Что угодно. Для меня твое желание закон. Так будет всегда.
Вейл жаждала Нокса со страстью тысячи солнц. Медовое виски во рту, потребность в ее крови. Она пыталась оставаться отстраненной, но на войне всегда случались несчастные случаи. Ее здравый смысл умер первым.
В ее сопротивление только что попала термоядерная бомба.
Нокс завел ее до предела.
Вселенная, казалось, помогала ему в этом деле. Пока Нокс принимал ванну, Вейл получила сообщение от Нолы, в котором говорилось, что все в порядке. Облегчение быстро разрушило ее защиту, и она подумала, что никому не гарантировано выживание завтра, даже бессмертному.
Затем она разрыдалась и подумала: «Все совершают ошибки. Нокс не доверял мне, а я не доверяла ему. Тоже подумывала уйти от него, просто у меня не хватило мужества пойти до конца. Теперь мы квиты. Почему бы не вернуться к нашей первоначальной сделке? Наслаждаться друг другом, пока сражаемся вместе, чтобы добраться до финала».
Кроме того, ошеломляющее заявление Нокса постоянно крутилось в ее голове. «Я люблю тебя». Три коротких слова, и все же они выжгли остатки ее гнева.
И действительно, этот мужчина предоставил ей свой дом и свое оружие. А что получил от нее? Кроме смеси горя и удовольствия. Он склонился перед ней, словно она была его суверенной королевой, и доверил свое будущее. Может ли она сделать то же самое для него?
Ее сердце все еще болело, но прощение стало скорее неизбежностью, чем невозможностью.