Тень Исаака

Окин Олег

Подойдя поближе к главному фасаду особняка, П. увидел чуть позади строения массивные узорчатые ворота, за которыми виднелась идущая вдаль грунтовая дорога, с двух сторон зажатая сплошными, едва проходимыми рядами деревьев. Неподалеку от входа в здание был сооружен странного вида фонтан. Он представлял собой три близко стоящих друг к другу столба, покрытых нефритовым мозаичным орнаментом, с верхушек которых слабо струилась слегка зеленоватая вода. Все столбы были разной высоты, толщины и, если присмотреться, мозаики на них тоже отличались друг от друга своими формами.

П. постучал в солидного вида железную дверь, покрытую разрастающимся из центра узором. Вместо привычного

звука стука раздался распространяющийся во все стороны гул; стены задрожали от невидимого вихря; земля начала трястись так, что П. чуть не упал навзничь, но он смог вовремя сконцентрироваться и устоял на ногах. Как неожиданно начались эти волнения, так же неожиданно они и закончились, не дав П. толком обдумать причину этих явлений, к тому же за дверью раздались легкие шажки, сопровождаемые незатейливой насвистываемой мелодией. Дверь открыли.

На пороге стояла невысокая девушка в фетровой карнавальной маске лисы. Одета она была просто, но со вкусом: желтое платье, хорошо подходившее под солнечный летний день; белые и чистые туфли, ножки в которых ловко перескакивали с места на место; длинная лента лесного зеленого цвета, связавшая ярко-рыжие волосы в своеобразную косичку. Все в ней говорило о природной красоте и непосредственности ее натуры. Все, кроме одной вещи – этой странной маски лисы.

Увидев неловкое замешательство П., девушка засмеялась звонким искренним смехом.

– Привет! Давненько у нас не было гостей. Мы уже заждались! – она взяла за руку П., нисколько не стесняясь. – Как тебя зовут?

– П. Меня так зовут, насколько я помню.

– Какое интересное имя! Меня зовут А.

– Почему на тебе маска в форме лисы?

– Ахахаха! Странный ты. Так как же людям без масок? – воскликнула А., дотрагиваясь легкой рукой до лица П., который с изумлением осознал, что он все это время и сам был в маске, которая, судя по всему, настолько срослась с его лицом, что почувствовать ее самому на себе было никак нельзя.

– Но тогда какая маска у меня? Может, где-нибудь здесь есть зеркало?..

– Все-таки ты странный, – на секунду меланхолично улыбнулась А., но потом, как будто тут же пришла в себя. – Пошли к приемной стойке! Думаю, тебя уже там ждут.

– Это что-то вроде гостиницы? – спросил П., озираясь по сторонам. – Но я не видел никакой вывески на входе. И, кстати, что за фонтан странной формы во дворе?

– А, да давай после все расскажу. Сейчас, главное, оформить тебя, а все остальное придет само собой.

И они пошли по длинному, тускло освещенному керосиновыми лампами, каменному коридору, стены которого были периодически завешаны картинами, изображающими разных людей, без сомнения знатных кровей, в стильных костюмах и элегантных нарядах, позирующих в масках различных животных, будь то медведи, волки, птицы, либо же более экзотические животные, такие, как альпаки, панды и даже лемуры. По пути попадались красиво расписные деревянные двери с позолоченными табличками «Не беспокоить Ал.», «Прибуду к А.Д.», «С. 23» и прочими непонятными надписями.

П. все хотел задать А. массу вопросов, но она только спокойно покачивала головой и показывала всем своим видом, что сейчас не время для вопросов, и, держа его за руку, уверенно вела вперед. Не сказать, что П. был сильно против: ее нежная и легкая рука успокаивала, оказывала умиротворяющий эффект, как будто все так и должно плыть по своему течению, нестись на своей волне – где ни время, ни пространство тебя не волнует, и есть лишь прикосновения А., да вечный коридор в неизвестность.

– У этого места есть Хозяин, – неожиданно полушепотом, слегка озираясь, заговорила

А. – Впрочем, как и у всего во Вселенной. Если ты будешь следовать его указаниям, понимать намеки и улавливать подаваемые знаки, то сможешь пойти дальше. Однако, если ты окажешься слишком нерасторопным и сомневающимся, то тебя ждет суровое наказание. Поверь мне, я все это видела, но давай оставим это в тайне. У Хозяина есть священное животное, которое приходит из ниоткуда и забирает тебя с собой, когда настает твое время. Только так и только тогда ты осознаешь свою настоящую природу, высвобождая себя, показывая, чего ты стоишь, а чего не стоишь. Видела ли я Хозяина? Можешь даже не спрашивать – это пустое. Не известно, насколько ты здесь задержишься до наступления конца твоего пребывания в этом месте. Я достаточно долго тут и успела многое понять и многое услышать. Но многое здесь и для меня остается загадкой.

П. был в полном замешательстве. К вороху его прошлых вопросов добавилась целая горсть новых. Он совсем перестал что-либо понимать, и к тому же накатывала усталость: ноги отяжелели, в глазах начала пропадать четкость зрения, и вместо того, чтобы потребовать хоть часть ответов на свое недопонимание, П. задал только один вопрос:

– Тебе не кажется, что мы уже очень долго идем по этому коридору, а он все никак не заканчивается?

– Есть еще третий путь, – пропустив вопрос мимо ушей, сказала А., – путь Тени, однако никто ничего не знает про него: лишь слухи и легенды. Но не упомянуть его нельзя, иначе теряется весь смысл.

– Да я тут и так не вижу никакого смысла! – вспылил П., освободив руку А. и раздраженно посмотрев на нее. Он всем своим видом требовал объяснений.

– Отлично, мы дошли до стойки регистрации! – воскликнула А., довольно хлопая в ладоши. – Тут я тебя покину, мне нужно еще встретить И., а ты пока что побеседуй с управляющим.

Не успел П., хоть как-то среагировать на такое пренебрежительное к нему отношение и резкую смену темы, как А. быстрыми шажками скрылась за непонятно откуда появившемся углом, и ему ничего не оставалось, как с обреченным видом подойти к стойке управляющего в слабой надежде на прояснение своей ситуации…

**

– Достаточно, – раздался глухой голос позади Исаака. – Я услышал достаточно. А теперь повернись.

На несколько секунд Исаак задумался о бегстве, однако очередная резкая боль начала прожигать его изнутри – «ПОВЕРНИСЬ!». Вздохнув и смирившись с неизбежным, он медленно обернулся, стараясь не делать лишних движений, чтобы встретиться со своей судьбой.

На расстоянии нескольких широких шагов во мгле стояло смотрящее на Исаака Существо. Сначала не было понятно, видел ли Исаак человека, или перед ним предстали очертания демона из неизвестных ему легенд, либо же его собственное зрение стало обманывать и подсовывать образ непонятной химеры. Лица Существа не было видно в тумане, как и весь его переменный облик. На Исаака нахлынул очередной панический ужас при виде одних лишь очертаний этой сущности. Как будто одно создание слепили из нескольких поменьше, которые еще отчаянно сопротивляются и пытаются выбраться из этой ужасной оболочки. Но даже если туман спасал Исаака от полного лицезрения Существа, ведь иначе он, по-видимому, точно сошел бы с ума от настигнувшего его кошмара, исходящего из облика демона, то было то, чего мгла не могла скрыть. Это глаза. Огромные, кроваво-красные, не мигающие глаза, наполненные гневом, зрачки которых непрестанно сверлили Исаака, пронзали плотный туман, словно отравленные стрелы, которые вот-вот достигнут его сердца и наконец положат конец всем мучениям.