Тень Исаака
Шрифт:
С северо-западного коридора осуществлялся проход на лестницу, ведущую вниз, при этом другая лестничная площадка, ведущая уже вверх, была чуть ли не на другом конце здания, и так с каждыми лестницами на каждом этаже, поэтому Исааку пришлось спуститься сначала на второй этаж, пройти там несколько коридоров и пролетов, найти другую лестничную клетку, уже с нее спуститься на первый этаж, и наконец, пройдя еще половину коридора, добраться до парадного входа, представляющего собой две обычные деревянные двери без всяких опознавательных знаков, с простыми продолговатыми латунными ручками.
Оказавшись на воздухе, Исаак вздохнул полной грудью: до заветной лавочки оставалось только перейти дорогу, да пройти пару шагов по серой насыпи. Дорога была покрыта необычным,
Перейдя дорогу и на всякий случай осмотревшись по сторонам, Исаак наконец достиг своей незамысловатой цели: пройдя несколько метров, распихав несколько крупных камней синими, повидавшими виды кроссовками, он приземлился на старенькую лавочку, разместил на ней свой потрепанный рюкзак и закрыл на несколько мгновений глаза, предоставив ветру окутать себя прозрачной пеленою.
Когда все пошло не так? Он не знал. Наверное, когда прошел конкурс Фортуны и понял, что отказаться нельзя: ведь его ждут вполне осязаемые перспективы выбиться в люди, что не удалось ни его матери, ни так рано покинувшему их отцу. Нет. Наверное, когда настал первый семестр, и эти осязаемые перспективы быстро превратились в далеко не осязаемые, как только у Исаака обнаружились посредственные способности к изучению М-энергии, и начались нападки со стороны других студентов. Нет, навряд ли. Сам факт обучения в институте – уже престиж, а к агрессивной среде и неприязни Исаак был приучен с детства, и к началу второго курса он уже был облачен в толстую непроницаемую броню равнодушия к окружающим, словно они были для него просто бледными бликами на воде. Все пошло не так после размолвки с Петром. Да, верно.
***
Петр был, пожалуй, единственным другом и близким Исааку человеком во всем институте. Не потому, что Петр точно так же прошел конкурс Фортуны и слыл абсолютно посредственным студентом, нет. Он – тот человек, кем Исаак всегда хотел быть, но быть боялся. Он был любознательным бунтарем и провоцировал всех вокруг на гнев и раздражение своими саркастическими замечаниями. Петр вечно задавал неудобные вопросы профессорам. Он постоянно выводил из себя элитных студентов и вот-вот состоявшихся специалистов своей несуразностью и поистине ученой невежественностью, за что постоянно расплачивался расправами в коридорах после занятий. Самое удивительное было в том, с какой легкостью Петр переносил удары и произвол остальных. Казалось, в этом и состоялась его задача – раззадорить общество и раскрыть истинные лица окружающих его учащихся, дав выплеснуть на себя накопившуюся в них злобу, накипевшее напряжение, наросшую агрессию, и чувство удовлетворения от эффекта брошенных масок пересиливало в нем любые нанесенные побои и полученную физическую боль от расправ местных задир. Петр часто шутил, но в его шутках сквозила едва уловимая скрытая тоска и печаль, которую Исаак мог прочувствовать и на себе. Возможно, поэтому они так сдружились.
Познакомился Исаак с Петром в одной из случившихся стычек после занятия по М-расщеплению. Шел третий месяц первого семестра обучения в ИИМЭиТ. Исаак уже полностью освоился в роли изгоя фортуны и понял, что у него нет никаких способностей и расположенности ни к одному предмету. Его уже бесчисленное количество раз толкали, пару раз выпускали на нем пар в коридоре и один раз даже заперли в кладовой с микроизлучателями на несколько часов, пока лаборант с удивлением и негодованием не обнаружил там дремлющего
На практическом занятии следовало показать расщепление М-ядра первого уровня на более мелкие, второго и третьего, посредством использования альфа-М-излучателя, красным мелом на белоснежной доске нарисовать этот процесс, затем тут же с помощью старого проектора, установленного в аудитории, вывести код расщепления, рассчитать, сколько М-энергии выделится, и на каком расстоянии и в каких условиях надо совершать расщепление, чтобы не превратиться в труху от возникшего в процессе энергетического коллапса.
В этот раз вызвали Исаака: отвечающего выбирали случайным образом посредством программы на приборном столе у профессора, и здесь не было важно, горел ли ты желанием ответить и показать свои знания, либо же готов был сквозь землю провалиться, лишь бы не выходить – программе Совета было все равно. Очевидно, что Исаак склонялся ко второму варианту. Это было полное фиаско. Мало того, что он никак не успел подготовиться к этому занятию, потому что был заперт в кладовке, так еще и сами термины, определения, формулы постоянно плавали перед глазами, никак не выдавая своего сакрального смысла, норовили убежать, ускользнуть, показать полнейшую неприязнь и равнодушие к пытающемуся их понять и постичь Исааку.
– Да нет же, это никуда не годится! – вспылил в конце концов профессор Окам, снимая и потирая свои запотевшие круглые очки-совы после того, как Исаак перепутал все мыслимые и немыслимые виды М-расщепления. – Поймите, господа и дамы, вы изучаете М-энергию не просто так. Это священный долг каждого добропорядочного члена нашего общества будущего! М-энергия дает нам практически все: тепло, электричество, крышу над головой, одежду. Вот-вот мы найдем новые методы ее синтеза для использования во всех регионах, новые применения, новые возможности! Будущее! А ты! – он резко повернулся к Исааку. – Ты не можешь даже понять, что деление М-ядра на ядра второго уровня возможно лишь с М-энергией, превышающей пороговое значение, равное 4.2МЭЭЭ, где МЭЭЭ вычисляется по следующей формуле! – профессор выхватил у Исаака такой бесполезный для него красный мел и начал лихорадочно выводить истину. Возникшие формулы на доске вконец начали издеваться над Исааком, и у того заболела голова.
– А дальше, – продолжал вспотевший от возбуждения профессор, – ядра второго уровня становятся четными быстро делящимися, и для расщепления достаточно сколь угодно малой М-энергии. Как можно не знать таких фундаментальных вещей?!? Это же просто неуважение, это дерзость и невежество! – в этот момент у Исаака перед глазами начали плыть корабликами по волнам разные мелкие М-ядра десятых, двадцатых, сотых уровней с различными степенями МЭЭЭ, которые еще и отдавали жалобным блеянием в ушах так, что Исаак с некоторым сожалением вспомнил о его тихих часах в кладовке с приборами, у которых, скорее всего, не было никаких проблем с этими значениями.
– Уйди с глаз моих долой! – рявкнул Исааку вконец раздосадованный профессор Окам. – Я хочу, чтобы вы все уяснили одну простую вещь. Без М-энергии нашу цивилизацию постигнет крах. Она для нас как вода, как воздух, и чем скорее мы все поймем ее, изучим ее, познаем все ее тайны, тем быстрее мы достигнем наивысшего пика развития человечества! Преодолеем грани времени, пространства и выйдем на новый предел! Но если вы будете такими же безответственными, как этот…студент, – он махнул рукой на Исаака, готового буквально испариться сквозь грани пространства, – то вы никогда не сможете нормально взаимодействовать с М-энергией, и это будет полнейшей катастрофой для всех. Наш мир погрузится в пепел, во тьму. Без ее синтеза мы не сможем существовать как вид. Помните об этом! Совет это видел и пережил, и ему лучше всех об этом знать. А в качестве напоминания и предостережения к следующему занятию я дам вам дополнительные задания по расщеплению. Так, а пока – кого мне дальше выберут решать эту задачу?…Прекрасно! Алиса, выходи к доске, уж в тебе я не буду сомневаться…