Тень колдуна
Шрифт:
Глава 19
Шедоуспан предпочел выскользнуть из «Скучающего Грифона» и подождать в последних лучах вечернего солнца появления маленького человечка с поредевшими волосами и в тунике, которая выглядела настолько ветхой, что ее вполне можно было выбросить. Когда коротышка проходил мимо проулка, из-за угла высунулась рука, затянутая в черную кожу, и обвила его сзади за горло.
Таким образом Дарнарисласу не суждено было миновать проулок, его затащили туда, как он ни упирался.
— Расслабься, Дэрри, — прошептал чей-то голос над самым ухом дрожащего
Дэрри промычал:
— Гл-гл-гл-л-л.
— О, — Шедоуспан смилостивился и слегка ослабил захват. Он почувствовал, как адамово яблоко жидковолосого человечка дернулось в судорожном глотке.
— Может, я ошибался, — прошептал Дэрри. — Я уже принял кружку-другую…
— Или десятую! — рявкнул Ганс и вытянул другую руку, просто чтобы продемонстрировать коротышке маленький, угрожающе блестевший кинжал.
Память мгновенно вернулась к Дэрри.
— О, да, ох-хо, конечно, правильно, да, господин, я как раз собирался вам сказать. Я точно помню, как они говорили, даже шутили, о том, что находятся на стороне закона... у них было много монет, хороших монет, потому что их нанял маг, нанял как телохранителей, или сопровождающих, или что-то в этом роде.
Ганс слушал, размышлял, кивал. Много монет, хмм?
— — Что там они говорили о законе? О, ты имеешь в виду, что им предложили стать чем-то вроде частной охраны на содержании у кого-то?
Дэрри попытался кивнуть, но обнаружил, что рука, обвившаяся вокруг шеи, не так уж и ослабила захват.
— Да, так, но еще и потому, что их нанял прикормленный маг Красных, этот, как его… Малисандис.
Ганс уставился в пространство поверх плешивой головы, переваривая слова Дэрри.
«И он заплатил им кучу денег авансом? За что? За то, чтобы они кого-то убили? Зачем им нападать на Катамарку и грабить его, если у них была куча денег... разве что эта куча денег у них появилась именно потому, что они должны были напасть на Катамарку, но не грабить, а убить его?»
— Спасибо, Дэрри. Прости, что так грубо с тобой обошелся, но за это я поставлю тебе кружку.
— Звучит неплохо, — сказал Дарнарислас, счастливый уже оттого, что остался жив, при этом так и не увидев в лицо своего неожиданного благодетеля. — Без обид, — добавил он, уже наслаждаясь видом бесплатной кружки пива, замаячившей перед его внутренним взором.
Ганс только выбрался с ним вместе из проулка и тут же наткнулся на поджидавших его Красных. Они пристально смотрели на него.
На этот раз, по крайней мере, никто из стражей порядка не целился в него из арбалета. Ими командовал крестьянского вида сержант с белыми морщинками на загорелом молодом лице. Бледные глаза смотрели прямо в черные глаза Ганса, но взгляд их был скорее усталым, нежели полным ненависти или страха.
— Здравствуй, Гайсе, — сказал Ганс, обращаясь к своему первому и, возможно, лучшему из фиракийских друзей. Сержант без предисловий
— Черт тебя дери, Ганс, тебя и твое нетерпение! Все, что от тебя требовалось, это немного потерпеть, и мы бы не лишились двух прекрасных, надежных прутьев... ну, не слишком надежных, но они были надежными, а теперь…
Видя, что его не собираются заново арестовывать, Ганс усмехнулся.
Когда он расслабил руку, все еще державшую шею Дэрри, тот сразу же обернулся, чтобы посмотреть на своего похитителя.
— О, так это же Ганс! — Он обращался к стражникамм. — Мы с Гансом пришли сюда просто, чтобы пропустить кружечку-другую…
Никто не обратил на него внимания.
— Прости, Гайсе, — сказал Ганс. — Я не хотел убегать. Я хочу сказать, что не намеревался делать это. На меня просто что-то нашло, когда я подумал кое о чем, что требовало моего немедленного внимания и… — Ганс развел руками, изо всех пытаясь выглядеть невинным и простодушным. Он прибегал к этой уловке уже много лет.
— На этот раз мы не будем брать тебя под стражу, — сказал Гайсе без улыбки. — Но, черт возьми, Малисандис уже вернулся из той комнаты, где Тив с ребятами тебя арестовали. Нашему дознавателю стало совершенно ясно, что бедная девушка подверглась нападению двух мужчин, которые оставались там достаточно долго, чтобы напитать комнату своими аурами. Ни один из них не является фиракийцем, так же как и ты вне подозрений.
Ганс по-мальчишески широко раскрыл глаза.
— Я-то это знал.
— Ух! Так что с тобой все ясно. Ну-ка, Нэт, верни Гансу его оружие.
Ганс посмотрел в глаза Нэту, и Красный протянул ему изрядных размеров мешок, издававший знакомый лязг. Нэт опустил глаза. Гане взял мешок, оказавшийся довольно увесистым.
Сержант Гайсе приподнял брови.
— Здесь, э-э-э, изрядное количество боевой стали, — заметил он.
Ганс счел за лучшее воздержаться от комментариев. Рассовывая ножи по своим местам, он сказал:
— Гм-м, полагаю, здесь попахивает чародейством... иногда…
— Чародейством?
— Я имею в виду свидетельство Малисандиса. Гайсе кивнул.
— Ах, это. Ну да. Иногда я просто об этом забываю. То есть принимаю это как должное. Это же часть нашей работы.
— Только здесь, в Фираке, поверь мне, Гайсе! Ганс одернул свой шагреневый ремень, пристраивая поудобнее меч и ибарский нож. Он заметил, что прохожие далеко обходили отряд стражников, но не обращал внимания на неприязненные взгляды, которые они бросали на него. Покончив со своим арсеналом, Ганс отвел Гайсе в сторону.
Сержант сохранял простодушно-открытое выражение, когда они отошли к выщербленной стене невысокого здания, которое, как ни странно, не было выкрашено в розовый цвет.
— Не хочешь ли сказать мне, кого вы подозреваете в этом убийстве?
— В этом нет нужды, — сказал сержант. — Два сумезца по имени Катамарка и Йоль. В конце концов, это был их номер. Двое моих людей уже разыскивают их с того самого момента, как я услышал о найденном теле, но они надежно спрятались. Их нигде нет. И привратники у городских ворот не помнят, чтобы подобные люди выезжали из города. Мои ребята с ног сбились, разыскивая их.