Тень полония
Шрифт:
От дверей потянуло дымком сигарет…
– Господа, тише! – призвал к порядку заместитель министра. – Господа…
– Кстати, весьма любопытная формулировка, – неожиданно поддержал пунцовую от смущения журналистку мистер Ремингтон. Он вообще был хорошо воспитан и всегда вставал на сторону тех, кого обижают. – Если бы здесь давали приз за самый интересный вопрос, он был бы присужден именно вам.
– Ответите? – уточнил ведущий. – Или, может быть, вы?
– Нет, благодарю… В другой раз! – отрицательно помотала великолепной гривой черных волос госпожа Марта Ратцель.
– Мистер Ремингтон?
– Да, конечно, с удовольствием… –
Публика постепенно притихла, вслушиваясь в слова переводчика.
– Однако наивно было бы предполагать, что современная мафия – это бритоголовый боксер-вышибала или зловещий толстяк с еврейским носом и сицилийским акцентом. Нет, господа! Тот, кто работает на международные криминальные структуры, тот, кто способствует терроризму и незаконному обороту радиоактивных веществ, обязательно должен иметь безупречную внешность и блестящую репутацию – бизнесмена, полицейского… журналиста! Или журналистки… Иначе нам было бы очень легко бороться с преступностью. Вы удовлетворены?
– Ответом? Вполне, – кивнула уже немного оправившаяся от смущения «джинсовая» девушка.
– Вот и ладно! – Пора было заканчивать.
Ведущий опять взял инициативу в свои руки:
– Прежде чем поблагодарить участников пресс-конференции…
Не прошло и пяти минут, как последнее официальное мероприятие семинара успешно завершилось. Толпа журналистов повалила на улицу, весело переругиваясь и толкаясь в проходах: за неделю разноязычные представители прессы успели привыкнуть друг к другу, но еще не настолько, чтобы надоесть.
– Пора и нам! – поднялся заместитель министра.
Мистер Ремингтон щелкнул замочками своего портфеля.
– Хорошо!
Снаружи, за стенами душного кинозала, было действительно великолепно…
– Вы сегодня куда-то торопитесь? У вас есть какие-то планы на вечер?
Вопрос представительницы Интерпола застал Ремингтона врасплох – и он непроизвольно огляделся по сторонам, чтобы убедиться в отсутствии посторонних ушей.
– Программа семинара предусматривает еще посещение…
– Нам надо встретиться. Сегодня же. Без свидетелей.
– Простите?
Искреннее непонимание и удивление в глазах англичанина заставило его очаровательную собеседницу рассмеяться и покачать головой:
– Нет, милый мистер Ремингтон, к сожалению – вовсе не для того, о чем вы сейчас подумали! Нам всего лишь необходимо поговорить.
– Я к вашим услугам.
– Речь пойдет об активности русских, обосновавшихся в Великобритании. Наш источник, имеющий некоторое отношение к нелегальной торговле радиоактивными изотопами, сообщил, что…
Глава 2
Несколько лет назад Стивен Ремингтон стал вторым помощником комиссара полиции Большого Лондона – и в этом качестве руководил специальным отделом Скотленд-Ярда.
– Ты не сердишься, дорогая?
Юная миссис Ремингтон выходила за него замуж, когда Стивен еще только начинал служить в полиции, и за долгие, долгие годы совместной супружеской жизни привыкла жертвовать маленькими семейными радостями во имя больших государственных интересов.
– Ничего страшного, дорогой! Я
– Еще раз извини, дорогая…
Мистер Ремингтон нажал на кнопку отбоя и убрал в карман мобильный телефон.
– Едем на работу, Джордж.
Времени, как обычно, катастрофически не хватало.
Возможно, его вообще больше не осталось – и поэтому, несмотря на солнечное воскресное утро, служебная автомашина везла мистера Ремингтона из международного аэропорта не домой, а в самый центр Вестминстера, к массивному бетонному зданию Скотленд-Ярда.
В наши дни, когда в Лондоне, из-за повсеместной террористической угрозы, со стен большинства государственных учреждений убраны таблички с названиями, у полицейского ведомства достает силы воли и мужества ни от кого не таиться: на некотором расстоянии от главного входа днем и ночью неторопливо вращается трехгранная призма с надписью: NEW SCOTLAND YARD…
Центральное ведомство лондонской полиции создал в тысяча восемьсот двадцать девятом году тогдашний министр внутренних дел Роберт Пил. Именно благодаря ему лондонские полицейские и сегодня зовутся «бобби» – по уменьшительной форме от имени Роберт…
Надо сказать, что работа у «бобби» и в былые времена была не из легких. И требования предъявлялись к ним, пожалуй, более строгие, чем сейчас. Так, на работу в Скотленд-Ярд не принимали мужчин ростом меньше ста семидесяти восьми сантиметров, полицейский был обязан носить униформу вне дома все время – даже если он находится не на дежурстве, а, скажем, идет с семьей в магазин, в церковь или на летний пикник. Вместо сегодняшнего обтянутого сукном пробкового шлема с большой металлической эмблемой, раньше лондонские полицейские носили цилиндры, не слишком удобные при преследовании и задержании злоумышленников. Полицейских, замеченных на службе в нетрезвом состоянии, пороли розгами прямо в участке в присутствии коллег… Шагать по улице при исполнении служебных обязанностей «бобби» полагалось размеренно, солидно, неторопливо – со скоростью не более двух миль в час.
Сегодня большинства из этих ограничений нет, хотя за пьянство на работе со службы выгоняют, как правило, безоговорочно.
Новый Скотленд-Ярд… Собственно, предшественник этого монумента казенной архитектуры тоже назывался «новым» – это красное, с белыми полосами кирпичное здание до сих пор находится неподалеку от Биг-Бена. А вот старого Скотленд-Ярда больше не существует – «Шотландский двор», или «Шотландское подворье», еще в далеком тысяча восемьсот восемьдесят четвертом году пало жертвой взрыва, устроенного ирландскими сепаратистами.
Кстати, именно после этого громкого во всех смыслах террористического акта и был образован Специальный отдел – для выполнения функций контрразведки и политического сыска…
Согласно занимаемой должности, Стивен Ремингтон отвечал за безопасность королевской семьи и членов английского правительства, а также иностранных государственных деятелей. Полторы тысячи его подчиненных осуществляли контроль за въездом и выездом лиц, на которых имеются компрометирующие материалы, охраняли иностранные представительства, занимались расследованием фактов разглашения государственных секретов, наружным наблюдением, обысками и арестами подозреваемых. Помимо всего этого, отдел Ремингтона контролировал чистоту проведения валютно-финансовых операций, обеспечивал экономическую безопасность крупных национальных корпораций – и почти никогда не гнушался промышленным шпионажем.