Тень полония

Филатов Никита Александрович

Собеседница кивнула – скорее всего, из вежливости.

– Ладно, попробую без подробностей… Подобные устройства достаточно эффективно работают и на земле. Кроме них, важны полоний-бериллиевые и полоний-борные источники нейтронов – это герметичные металлические ампулы, в которые заключена покрытая полонием-210 керамическая таблетка из карбида бора или карбида бериллия. Поток нейтронов из ядер атома бора или бериллия порождают альфа-частицы, испускаемые полонием. Такие нейтронные источники легки и портативны, совершенно безопасны в работе, очень надежны и мощны.

К примеру, латунная ампула диаметром два и высотой четыре сантиметра ежесекундно дает до 90 миллионов нейтронов.

– Понятно… – Черноволосая красавица покосилась на часы, висящие на стене кабинета. – Если бы мне понадобился полоний-210 – где я могла бы его раздобыть?

– Официально? – уточнил мужчина. – Ну, вообще этот изотоп вполне свободно продается по Интернету. Любой житель США, имеющий семьдесят долларов, может зайти на сайт компании United Nuclear Scientific Supplies и приобрести источник полония радиоактивностью 3700 беккерелей. При этом от покупателя не требуется никаких документов. Американцы, продающие полоний-210 через сеть Интернет, утверждают, что эта торговля полностью легальна, поскольку радиоактивность находящихся в свободной продаже источников ниже уровня опасности, установленного официальными властями…

– Это действительно так?

– В общем-то, они по-своему правы. Для того чтобы получить представляющее потенциальную опасность количество изотопа полония, необходимо приобрести пятнадцать тысяч доз этого вещества на сумму около миллиона долларов.

– А если мне надо много полония?

Мужчина в очках пожал плечами:

– Ну, например, еще совсем недавно этот изотоп вполне можно было похитить на российских ядерных объектах.

– Вы шутите? – Кажется, теперь слушательница заинтересовалась по-настоящему.

– К сожалению, нет. Еще несколько лет назад воровство с предприятий на территории бывшего Советского Союза являлось едва ли не самой серьезной проблемой для мировой ядерной безопасности. Разумеется, полными данными по этому вопросу не располагает даже МАГАТЭ, однако, по некоторым источникам, в период с девяносто первого по две тысячи второй год оттуда было украдено примерно сорок килограммов урана и плутония, пригодных для военного использования.

– Впечатляет… А полоний?

– У нас нет достоверных данных о контрабандной торговле полонием-210…

– Вообще нет?

– Было несколько неподтвержденных сообщений о том, что имели место кражи этого вещества. Например, больше десяти лет назад, если не ошибаюсь, «Бюллетень ученых-ядерщиков» сообщил, что несколько килограммов полония исчезло куда-то из русского города Сарова, где производятся редкие радиоактивные материалы.

– Как называется город?

– С-а-р-о-в… – по буквам продиктовал мужчина в очках.

– Постараюсь запомнить.

– Раньше, при Советском Союзе, этот город считался секретным и назывался Арзамас-16… Его описывают как российскую версию Лос-Аламоса – американской базы ядерных исследований в штате Нью-Мехико. Если хотите, я потом поищу для вас номер журнала.

– Спасибо…

– Не стоит благодарности! В этом

Сарове полоний-210 производят с пятидесятых годов прошлого века в специальном отделе под названием «Авангард»… Сейчас производство изотопов полония осуществляет некая фирма «Росатом», а продажами занимается другая структура – «Техснабэкспорт». Разумеется, под контролем русской контрразведки ФСБ.

– Значит, полоний поступает на нелегальный рынок ядерных материалов из России?

– Стоп! – Мужчина вытянул перед собой руку в протестующем жесте: – Я этого не говорил. Во-первых, радиоактивные изотопы воруют не только в России… А во-вторых, нельзя сказать, что сейчас у русских все благополучно, но контроль наших инспекторов указывает на значительное повышение уровня безопасности на их ядерных объектах.

– И тем не менее этот рынок существует?

– Конечно. Всего, по данным нашего отдела безопасности, за последние четыре года по всему миру зафиксировано более трехсот случаев, когда отдельные лица и группы лиц были пойманы на попытках вынести радиоактивные материалы. Только в прошлом году произошло сто три подтвержденных случая нелегальной торговли и другой незаконной деятельности, связанной с радиоактивными материалами…

– Цифры, которые приводит немецкая разведка БНД, еще выше.

– Да, я знаком с их статистикой…

– Недавно они арестовали трех русских бандитов, которые везли в Мюнхен семнадцать унций полония. Вам что-то известно об этом?

Мужчина поморщился, как от ответа студента, явившегося на экзамен неподготовленным:

– Не полония, а плутония. Плутония! Это две совсем разные вещи… Такого количества плутония действительно вполне достаточно для подготовки ядерного заряда, способного разнести в куски какой-нибудь немецкий город… Слушайте, если вас интересует не что-то конкретное, а любые ядерные отходы и радиоактивные материалы, я могу рассказывать до бесконечности!

– Все это имеет отношение к России?

– Почему же только к России? Вовсе нет. К примеру, до сих пор так и не обнаружены два килограмма урана, украденного из исследовательского центра Сухуми в Грузии. А совсем недавно в отдаленном западном районе той же самой Грузии, группа местных лесников нашла две капсулы с материалом, от которых исходило тепло… Лесники использовали капсулы, чтобы обогреваться ночью в лесу, но вскоре у них у всех возникли симптомы острого радиационного поражения – капсулы оказались активным элементом генератора с давно заброшенного аэронавигационного маяка, содержащим высокорадиоактивный изотоп стронция.

Вообще, милая Джина, на мой взгляд, самая большая проблема – это вовсе не русские военные объекты, вроде атомных подводных лодок или ядерного оружия. Как раз за ними, как и за современными научно-исследовательскими центрами, налажен и национальный, и международный контроль. А вот гражданские предприятия… Совсем недавно, в сентябре, в российском порту Мурманск сотрудниками русской службы безопасности был арестован некий Александр Тюляков. Не слышали?

– Кажется, нет, – попыталась припомнить собеседница.