Тень
Шрифт:
— Она на занятиях, не волнуйся. Отключила мобильник, чтобы не отвлекаться. У тебя что-то срочное?
— Вот ты мне и расскажи. Ей сейчас нужна помощь — я это чувствую, это как эмоциональное эхо. Хильда напугана, её что-то гложет.
— Ну, не без этого.
— Знаю, что ты стараешься её поддержать, и хочу присоединиться. Вообще-то собиралась к вам в гости осенью, когда у нас ляжет снег, но теперь рассудила, что лучше не откладывать. Встретишь меня в Москве?
— Да, конечно. Бери межосевое такси, езжай через мост,
Она приехала быстро, прямо к нам на стоянку. Выбралась из машины чуть неуклюже, а я достал из багажника её чемодан.
Мы с Вилмой обнялись, и я залюбовался ею. На ней было ультракороткое платье из лёгкой ткани, а волосы она собрала в косу — или, точнее, в толстенный хвост, перехваченный несколькими резинками.
— Да, Тимофей, — сказала она с усмешкой, — я в твоём вкусе, помню. Но у тебя уже есть не менее впечатляющая блондинка, которая жаждет твоих ухаживаний.
— Откуда дровишки? В смысле, откуда знаешь? Она тебе рассказала или ты сама просекла?
— Ой, ладно тебе. Тоже мне, секрет. Готова поспорить — вы уже целовались.
— Притормози, магиня-психологиня.
Оказавшись в номере, где жили мы с Хильдой, Вилма заметила:
— Тесновато, но мило. Я вам мешать не буду — хочу в гостинице поселиться. Тем более что вы скоро опять отправитесь в рейс, как я понимаю, а у меня тут намечается встреча через два дня.
— И с кем же? Я думал, у тебя в Москве нет знакомых, кроме нас двоих.
— Да, ты прав. Но эта ось крайне интересует Арриго. Он профессионал, очень увлечённый, и хочет посмотреть здешний транспорт. Послезавтра у него выходной, и будет удобно встретиться здесь.
— А вы, как я погляжу, время не теряете. Когда свадьба?
— Думаю, в ближайшее время, — буднично ответила Вилма.
Поняв, что она говорит серьёзно, я с ходу даже не смог придумать остроумное замечание, только махнул рукой.
— Ладно, Тимофей, — сказала она, присев на кровать, — рассказывай теперь, что у вас тут с Хильдой стряслось.
— Слушай, а всё-таки — как ты смогла почувствовать? Не, я понимаю — маг разума, все дела. Но неужели ты вот так запросто ловишь эхо с другой оси?
— Не совсем. У нас есть вспомогательный инструмент.
Она продемонстрировала колечко на пальце — простенькое и совершенно невзрачное. Оловянное, кажется.
— У Хильды такое же, — пояснила она. — Это что-то вроде игрушки, лучшие подруги обмениваются в детстве. Но кольца не простые, а обработанные через флюид. Чем дольше их носишь, тем сильнее чувствительность. Это не означает, естественно, что я ощущаю любой скачок её настроения. Но если эмоции очень сильные, нестандартные, продолжительные, то да, могу уловить. Сейчас как раз такой случай. И я уверена, что её нынешняя подавленность — не из-за ссоры с тобой, к примеру. Тут всё гораздо серьёзнее. Связано с теми «змеями»?
— Да, накопились новости.
И я рассказал ей всё
Вилма слушала молча, лишь иногда кивала. Когда я смолк, поднялась, шагнула к окну и некоторое время задумчиво смотрела наружу.
— В общем, — сказал я, — мы вроде бы не психи, если верить магичкам, которые нас смотрели. А ты от меня не чувствуешь никаких отравленных волн или что-то типа того? Не знаю, как правильно сформулировать.
— С тобой всё в порядке, — сказала Вилма, — можешь не сомневаться. Но беспокоит ситуация в целом.
— Думаешь, змееглазые и правда могли закинуть на хаб шпиона?
— Не представляю, как это можно сделать, поэтому судить не берусь. Это всё-таки не мой профиль. Но вот история с минералом, который дурманит голову… Если змееглазые лепят его себе на затылок, как в твоём сегодняшнем сне, то это отвратительно…
Вилма передёрнулась зябко, и я спросил:
— Может, посоветуешь что-нибудь в связи с этим?
— Думаю, надо поговорить с вашим Джино. Если его нервное поведение не связано со «змеиным» миром, то лучше выяснить это сразу.
— Он не идёт на контакт. Мои сокурсники пробовали, он их послал.
— Как раз-таки в этом я могу быть полезна. Речь не о том, конечно, чтобы насильно влезть ему в голову, но если он убедится, что я искренне готова ему помочь…
— Как это сделать на практике? Вот представь, мы с тобой приходим, и я ему заявляю — слушай, чувак, я подозреваю, что ты шпион, поэтому привёл мага разума, и сейчас мы тебя допросим…
— Ну, не прямо так в лоб. Надо поразмыслить, как всё устроить поделикатнее. Говоришь, Хильда завтра будет советоваться с преподавательницей? Пожалуй, мне надо поучаствовать.
— Не хотелось бы тебя впутывать, но я понимаю — отговаривать бесполезно, ты ведь специально приехала.
— Совершенно верно. Значит, этот вопрос отложим до завтра. А пока давай немного пройдёмся. Хочу почувствовать город.
Мы с ней вышли на улицу. Здесь были многоэтажки сравнительно недавней постройки, кафешки и супермаркеты, банк. Машины двигались к повороту на Ленинградку. Прохожие обгоняли нас, болтая на ходу по мобильникам.
— Суматошно, — сказала Вилма, взяв меня под руку, — и общий флюидный фон очень слабый. Неудивительно, что у вас тут ставка на технику.
— А ты могла бы, к примеру, работать здесь? Способности не угаснут?
— Было бы непривычно, пожалуй. Но дар останется, он завязан на разум. И ты ведь тоже способен ловить здесь ямщицкий ветер. Другое дело — стационарные артефакты. Такие, как ты видел у нас на севере. Арка перемещения, например, или переговорная трубка — их на вашей оси использовать не получится.
— Гм, обидно. Телепортатор у нас тут вызвал бы дикий ажиотаж. Народ просто офигел бы. Кстати, уже буквально на днях собираются объявить, что мы присоединились к хабу. Весело будет, чувствую.