Тени Севера
Шрифт:
— Определили, — подтвердил я. — Да, начиная от сотни саженей влияние на неодарённых уже будет минимальным. Так значит, вы считаете, что Морена не позволит нам удалить мар?
— Откуда мне знать? — пожала она плечами. — Я думаю, что это экзамен для вас, и всё зависит от того, как вы его сдадите. Хотя на самом деле я думаю, что Морена заберёт своих слуг, даже если Драгана зальёт их бетоном. Просто ваш экзамен будет провален, так что в ваших интересах что-нибудь придумать.
Мне вот только непонятно, почему я должен сдавать какие-то экзамены, и почему на меня вообще это повесили.
— Я вот ещё что хотел у вас спросить, —
— Ах, это, — она недовольно поморщилась. — Не очень мне хочется говорить на эту тему, но если не сказать, то вы наверняка сами нафантазируете какие-нибудь глупости. В общем, вы ведь знаете, что я вижу души и всё такое? Так вот, я могу вырвать душу из существа. Не съесть, разумеется, просто освободить. А существо, конечно, при этом умрёт.
— Звучит жутковато, — честно признался я.
— Можете не пугаться, — фыркнула она. — С вами я такого проделать не сумею. Если воля достаточно сильна, этому легко сопротивляться.
— Всё равно, как-то… — я поёжился.
— Какая разница, как убить? — она посмотрела на меня с недоумением. — Ваша мать может остановить сердце — думаете, это чем-то лучше? Даже просто проткнуть человека какой-нибудь железкой будет не менее эффективно, но гораздо более болезненно.
В общем-то, она права — какая разница, как убить, если результат будет абсолютно тем же самым? Но у меня всё же оставалось ощущение, что ответ немного неполон.
— И всё-таки, Милана — почему они считают, что вы едите души?
Она тяжело вздохнула, но поколебавшись, всё же ответила:
— Я при этом получаю немного энергии. Она всегда высвобождается при смерти, но в этом случае она рассеивается не вся, а частью приходит ко мне. Когда-то давно я повздорила с карлами, правда, не рифейскими. Разговора у нас не получилось, и в результате я прикончила десяток карл. К сожалению, среди оставшихся в живых был какой-то шаман, вот он это заметил и ославил меня впоследствии таким образом. Хорошо хоть, только между своими.
— Получается, что вы от такого убийства получаете какие-то плюсы?
— Да никаких плюсов я не получаю, — раздражённо ответила она. — Лёгкое опьянение, которое практически сразу проходит, вот и всё. Как-то развиваться подобным образом я не могу, если вы об этом. Надеюсь, я ответила на ваш вопрос, потому что продолжать эту тему я не хочу.
— Ответили, — согласно кивнул я. — Обещаю, что от нас с женой никто эту историю не узнает.
— Благодарю, — с облегчением сказала она. — Мне действительно не хотелось бы, чтобы кто-то это узнал. Люди обязательно ещё что-нибудь присочинят, в общем, не нужно мне такой славы.
Полёт от врат был недолгим, и возвращение в Рифейск я воспринял как возвращение в родную гавань. Всё-таки лазить по пещерам — это не моё, и чем дальше, тем более ясно я это понимаю.
Прилетели мы уже во второй половине дня. Экипаж сразу же занялся загрузкой топлива и припасов, а мы, бесполезные пассажиры, двинулись в знакомую гостиницу. Подготовка к дальнему рейсу займёт время до вечера, так что мы решили не вылетать в ночь, а заночевать в Рифейске, чтобы дать экипажу возможность нормально отдохнуть.
Впрочем, у меня здесь были и свои дела. Едва бросив вещи в гостинице, я поспешил на почту. К счастью, посылку для меня уже доставили — Кира, как всегда, не подвела
— Здравствуйте, госпожа Анна, — поздоровался я, когда она взяла трубку.
— Здравствуйте, господин Кеннер, — приветливо откликнулась она. — Надеюсь, у вас всё хорошо?
— Всё в порядке, спасибо. Мы заглянули в Рифейск, чтобы взять топливо и воду. Будем здесь до утра, и раз уж у меня выдался свободный вечер, я хотел бы пригласить вас поужинать со мной.
— Вот как? — она слегка удивилась неожиданному приглашению. — Ну что же, отказываться не буду.
Я и не ожидал отказа. Пусть я сам и не Ренский, но внук Матери рода, который на короткой ноге с Высшими рода — это не то знакомство, которым стоит пренебрегать обычному родовичу.
— В таком случае жду вас в восемь часов в ресторане нашей гостиницы.
— Спасибо, господин Кеннер. Буду в восемь.
Ресторан нашей гостиницы — как мне сказали, единственный приличный ресторан в Рифейске, — оказался и в самом деле весьма неплох. Не «Ушкуйник», конечно, и стерлядей здесь не подавали, но с другой стороны, в «Ушкуйнике» не попробуешь только что выловленных хариусов. Персонал перед высокими столичными гостями буквально трепетал. Впрочем, о нас с Ленкой в этих краях не слышали, и трепетали в основном перед Драганой, но некоторая доля трепета досталась и нам.
Ренская появилась без пяти восемь. Это и понятно — у нас всё-таки деловая встреча, а на деловые встречи опаздывать не стоит даже женщинам. Вот на свидание женщина обязательно опоздает минут хотя бы на пятнадцать, чтобы кавалер осознал, что она пока ещё в нём не уверена, и что за неё надо побороться.
Как и принято, до десерта серьёзных разговоров мы не вели. Я припомнил пару великосветских сплетен из тех, что мне периодически поставляет Ленка, а Ренская рассказала несколько забавных случаев из старательской жизни. Я пытался как бы невзначай подтолкнуть её к рассказу о маме, но она довольно умело этой темы избегала. Не могу её винить — на её месте я бы тоже ничего рассказывать не стал. Чужие семейные дела — тема слишком опасная, очень легко создать себе врага всего лишь одним неосторожным словом.
— Собственно, я пригласил вас, госпожа Анна, чтобы поблагодарить за вашу помощь, — сказал я, когда нам подали кофе.
— Она мне ничего не стоила, — пожала она плечами.
— Неважно, чего она стоила вам, — отмёл я её возражения. — Важно, что вы действительно нам очень помогли, потому что без вашей рекомендации Норит не стал бы со мной даже разговаривать. Позвольте в знак моей признательности вручить вам этот маленький сувенир.
Я не хотел дарить Анне какие-нибудь побрякушки вроде серёг — в сравнении с изделиями карл подобный подарок выглядел бы жалко, — поэтому я просто попросил Киру подобрать что-нибудь оригинальное и, желательно, подходящее для Владеющей со склонностью к земле. Кира выполнила мою просьбу просто блестяще. Небольшая статуэтка стихиаля земли из коричневого золота [20] злобно сверкала на нас рубиновыми глазками.
20
Коричневый цвет золота получается химической обработкой сплава золота с медью.