Теоретик
Шрифт:
Перезарядил он настолько быстро, что даже мне, которому немалое время пришлось иметь дело с двуствольными ружьями, оставалось лишь изумленно ахнуть. Если бы на это было время.
– Теоретик!
– Гришин голос раздался уже в дверном проеме, под аккомпанемент частых выстрелов.
Он палил сразу с обеих рук. Из своего угрожающего вида Кольта, и еще чего-то другого, определить которое мне не удалось. И тогда я вновь метнулся к нему. Чтобы тут же взвыть в полный голос: Гриша исчез в проеме после чьего-то мощного рывка изнутри, а входная дверь с грохотом захлопнулась перед самым моим носом. Особенно долго выть было некогда, поскольку бартр, до этого остервенело рвавший тело какого-то мертвого бедолаги,
После чего в полном отчаянии завертелся по сторонам: что делать?! Таких же, как и я не счастливчиков, не успевших укрыться в кафе, оказалось не так уж и мало. Но все они находилась от меня далеко, и теперь отчаянно палили во что-то отсюда невидимое. Хуже всего было то, что и в самом "Шантане" стрельба стояла еще та, вперемешку с мужскими воплями и женским истеричным визгом. Получалось, что, если даже удастся проникнуть внутрь, ничего хорошего меня там не ждет. И тогда я решил взобраться на крышу, в надежде на то, что бартров там не окажется ни одного. Мне требовалась передышка, чтобы перезарядить револьвер. Который был пуст, а эти существа продолжали метаться по двору, жалобно взвизгивая каждый раз, когда в них попадала очередная пуля. И счастье, что ни одна из них до сих пор меня не заметила. Но надолго ли?
Слухового окна, на наличие которого я так надеялся, на крыше не оказалось. Сама крыша была стилизована под крышу японской пагоды, где края скатов загибаются вверх. Наверное, это красиво, но слуховых окон не предусмотрено. Хотя бы потому, что в пагодах нет чердаков, а только лишь потолочные балки. Архаичная система револьвера Наган предполагает экстрагирование стреляных гильз по одной, с таким же поочередным заполнением патронами камор. Бормоча проклятия этой архаике, я умудрился извлечь их все, и даже попытался вставить патрон, когда где-то в стороне, но, ни каких сомнений не оставалось, тоже на крыше, послышался частый топот явно не человеческих ног. У людей нет когтей на пальцах, и потому им нечем царапать металл черепицы. Мгновение, и я несся подальше от этого звука, надеясь при необходимости перепрыгнуть на крышу курилки.Заодно молясь всем богам, чтобы бартры, которых толком мне до сих пор так и не удалось рассмотреть, не повторили прыжок вслед за мной.
Судя по тому, что отовсюду были слышны крики, выстрелы, где-то расчетливые, а кое-где длинными очередями, и мельканию лучей фонариков, нападению подвергся не только злосчастный "Кафе-Шантан".
Спустя несколько шагов, я вообще пожалел, что сюда залез. Стрельбы повсюду стояла еще та, и, такое впечатление, часть стрелков сосредоточила свой огонь именно на крыше. Неприятно, когда вокруг свистят пули, а иной раз вонзаются в кровлю в опасной близости. Затем крыша внезапно закончилась. Причем так внезапно, что мне, чтобы не сверзнуться вниз, пришлось завалиться на бок.
Это меня и спасло. Бросившийся за мною бартр прыгнул в тот самый миг, когда я уже распластался на крыше. И темное, почти черное, судорожно дергавшееся в полете тело хищника, пролетев надо мной, исчезло из виду. На какие-то мгновения я уже было подумал, все, наконец-то от нее избавился, ожидания услышать звук от падения бартра на землю, когда на самом краю показалась сначала одна его лапа, затем другая, и после этого морда. В нее-то я ударил. Сразу двумя ногами. И снова повезло. Повезло с тем, что ему не удалось вцепиться мне в ногу.
Удар тела бартра о землю получился знатным. Вероятно, ему не хватило времени перегруппироваться в полете, и потому он приземлился боком. Еще он издал какой-то утробный звук, что обрадовало меня не меньше.
Вот только радоваться было рано. Если это существо смогли оказаться на крыше, то почему бы не оказаться
– Не стреляй!
– отпрыгивая куда-то в сторону, прокричал я, причем голос предательски сорвался тоже почти на визг.
– Не стреляй.
Щелкнула зажигалка, и практически перед самым моим носом зажегся огонек. Зажегся, чтобы тут же погаснуть. Но даже такого короткого времени мне хватило понять: передо мной никто иная, как та самая Элеонора. Или ее сестра-близнец, у которой точно такое же платье.
Глава 5
– Ты-то как здесь оказалась?
– нетрудно себе представить степень моего удивления.
Сам видел, как два телохранителя еще в самом начале атаки бартров буквально на руках потащили ее к входу в "Кафе-Шантан". И не смог не удержаться от улыбки, услышав в ответ.
– Приличные мужчины вначале представляются, и только затем уже начинают лапать за грудь.
Не слишком-то я ее и лапал. Так, нечаянно ткнул. Хотя и не прочь.
– И все-таки?
Пользуясь наконец-то полученной передышкой, я торопливо снаряжал барабан револьвера. Чертыхаясь каждый раз, когда ронял на пол очередной патрон - руки почему-то тряслись мелкой дрожью.
– Тихо!
– испуганным шепотом сказал она, хотя я и не думал шуметь.
– Слышишь?!
Еще бы нет! Если выживу, мне это цоканье когтей по металлу в ночных кошмарах будет сниться.
– Не стреляй!
– снова попросил я девушку, лихорадочно вставляя в барабан последний, седьмой патрон. Сейчас как начнет палить на звук, и точно нас обнаружат. А так есть шанс остаться незамеченными.
– А еще лучше, отдай мне свой пистолет, - подумав при этом, что вряд ли она на это пойдет.
– Возьми, - легко согласилась Элеонора.
– Все равно толку от моей стрельбы будет мало: стрелок из меня еще тот, - и не совсем к месту поинтересовалась.
– Ты ведь тоже в "Кафе-Шантане" был, когда все началось?
– Был.
– Значит, не ошиблась. Еще подумала тогда: с виду такой милый мальчик, он-то как в этот мир угодил? За какие грехи?
"Внимание на меня обратила! И даже запомнила!", - непонятно чему обрадовался я, чувствуя, как мне в руку вкладывают пистолет. Судя по ощущениям, Вальтер.
– Сколько в нем патронов?
– Не знаю. Все, наверное.
– Патрон в патронник дослан?
– мы разговаривали едва слышным шепотом, и не хотелось издавать лишний шум, лязгая затвором.
– Что-нибудь попроще спроси!