Теперь или никогда
Шрифт:
– Не рискну советовать… – с равнодушной ленцой протянула эрна, прищурившись и задумчиво насупив брови, – но… Дорогой племянник, сделай ставку на Лисицу.
«Не только нервничает, но еще и сомневается! Плохо, смесок, плохо… Верно, в следующий раз все-таки придется продемонстрировать тебе ролфийские манеры полностью. – Грэйн мысленно фыркнула, больше с досадой, чем с раздражением. Смешно, право! Что может быть смешнее, чем ролфийская волчица, доказывающая свою кровожадность полудиллайнскому смеску? – Видать, все-таки надо было снять скальпы с имперских агентов, а то ведь сомневается, с-собака!»
– Ты
– У рыжей меньше грудь и волосы острижены, – привлекла ролфи его внимание к очевидному, а для верности добавила назидательно: – И это патриотичней, дорогой племянник. Лисы все-таки ближе к волкам, чем вороны.
– А разве… м-м-м… выдающийся бюст мешает в схватке? – изобразил недоумение хитрый синтафец, вновь ввернув замаскированную под любезность подначку.
– В настоящей – нет, – мило улыбнулась Грэйн.
Коса вороньей королевы действительно не внушала доверия. Тут эрна была права. И если учесть, что наверняка на брюнетку многие возлагали большие надежды, в том числе и господин Синебилл, то у почитателей Лисицы имелся шанс сорвать куш. Риск – дело благородное.
– Ты, как всегда, зришь в корень, обожаемая моя тетушка. Поставим на Лисицу по обеим причинам сразу.
Удаз тут же подозвал букмекера и сделал небольшую ставку на рыженькую, чем несказанно порадовал проигравшегося чиновника, мнящего себя знатоком кулачных боев.
– Вот и станут ваши денежки скоро моей начальной ставкой, – хихикнул он, довольно потирая руки.
Бывший тив ответствовал не менее игриво:
– Кому сегодня не везет в картах, тому вообще не везет, а не только в любви.
Бой начался предсказуемо. Девицы, поначалу придерживавшиеся неких правил, быстро вошли в раж и сцепились уже всерьез. Удары посыпались градом, причем лупили девки друг друга как попало. В ход пошли не только кулаки, но и ноги, в особенности подкованные каблуки сапог. Визг, вопли, разлетающиеся брызги крови, клочья волос и осколки зубов. «Почти как дома», – с некоторой ностальгией подумала Грэйн, припомнив портовое отрочество и безжалостные схватки ролэнтских рыбачек при дележе территории. Впрочем, обеих поединщиц суровые и закаленные в ежедневном многолетнем труде бабы забили бы очень быстро. Лисице с Вороной очень повезло бы, если бы им дали уползти…
Тем временем рыжая намотала косы соперницы на руку, сумела пригнуть Ворону и несколькими ударами лишила противницу пары зубов, а потом принялась бить в живот.
– Ну вот, – довольно ухмыльнулась Грэйн. – Как я и думала.
«И сиськи Вороне действительно мешают, – добавила она уже мысленно, когда Лисица, повалив Ворону, умудрилась порвать на сопернице корсет и пустила в ход когти и зубы. Эрна Кэдвен поморщилась и подавила зевок: – Ну, вот это уже пошел цирк».
Да уж, в женской казарме все было далеко не столь эффектно, зато – гораздо более эффективно. До «кошачьей» драки ролфийки не доходили – зачем? Все делается намного быстрее и проще. Но местные девушки были скорее актрисами, чем бойцами, так что речь шла прежде всего о зрелище, а не о настоящей рукопашной. С другой стороны, схватку волчиц из вспомогательных войск местное общество не оценило бы… не испробовав на себе.
Зрители прямо-таки выли. Особо экзальтированные дамы визжали почище поединщиц, а некоторые
Гости «Черного Лебедя» только и ждали, когда противницы озвереют и забудут про правила, когда звериное начало возьмет верх на человечьим и прольется кровь. Так всегда случалось. И самая потеха начиналась, когда разозленные до умопомешательства девки принимались выдирать друг на дружке волосы, царапаться и кусаться. Это ж самое интересное. Еще забавнее наблюдать, как прислуга растаскивает буйных барышень по разным углам, а те снова лезут в драку. Тоже очень весело. В подпольный клуб за этим и едут со всей Индары. За острыми ощущениями и непривычными зрелищами.
В то время, пока счастливые поклонники Лисицы ликовали и праздновали победу игристым вином, а поставившие на Прекрасную Королеву-Ворониху оплакивали потерю своих денежек, Грэйн и Удаз искали господина Синебилла. Он как-то быстро потерялся из виду.
– Сбежал! Точно сбежал! Прохлопали! – злилась эрна.
– Нет, он где-то здесь. Не мог он сбежать, – уверял ее Апэйн. – Не уплатившего карточный долг игрока больше сюда не пустят. Таковы правила.
– В этом гнезде порока еще существуют какие-то правила?
– Гораздо более строгие, чем где-либо еще, – заверил крайне удивленную ролфийку Удаз. – Надо еще раз обойти заведение. Методично.
Так они и сделали. Методично, внимательно, с ролфийским тщанием. И нашли.
С горя окружной инспектор Учетной палаты увлеченно наблюдал за очень активной оргией.
К слову, по части оргий в «Черном Лебеде» тщательно блюли традиции, категорически отвергая современные непристойные нововведения. Ну где это видано, чтобы в столь деликатное мероприятие едва ли не насильно втягивались все окружающие? Это все имперская развращенность! Тьфу, какая гадость! Взор гостей надобно ублажать, а чувства их будоражить, но руками и другими частями тела не трогать ни в коем разе. И для этого дела есть профессионалы – красивые женщины и мужчины. Иначе это будет не оргия, а грязный подзаборный разврат, который сам по себе зрелище совсем неэстетичное.
Тетушка и племянник чинно устроились на диванчике, взяли по бокалу вина и стали медленно его попивать маленькими глоточками, поджидая, когда господин Синебилл утешится и успокоится. Под звучание арфы и довольно едкие комментарии эрны Кэдвен относительно увиденного время летело незаметно. Удаз, так тот вообще бы с огромным удовольствием вздремнул, все-таки вчерашние побои еще давали о себе знать. Но дело есть дело, а задание – превыше всего.
– О! Наш общий друг, кажется, выдохся, – обрадованно сообщила Грэйн, толкнув локтем в бок своего так называемого племянника. – Пора уносить.
Удаз подозвал слуг, которые деловито взяли полуголого господина Синебилла за руки и за ноги, завернули в одеяло и утащили в экипаж. Теперь можно было возвращаться в Индару.
– Знаешь, дорогой племянник, больше я в этот «Черный Лебедь» ни ногой. Если моральное разложение – такая тяжелая работа, то я буду разлагаться каким-нибудь более простым способом. Если понадобится, – рассуждала Грэйн. – Утомительно и скучно. Кто бы мог подумать! Майору Фрэнгену нечего было бы и рассказать. А эти девчачьи бои… Глупость какая! Согласен?