Терминатор
Шрифт:
— Я хочу убить всех людей, — монотонно пробубнил Гарри.
— О! Тебе ведь уже доводилось смотреть смерти в лицо? Как думаешь, как это отразилось на твоем характере?
— Я захотел убить всех людей, — повторил Поттер, потом наклонился к Рите поближе и заговорщически шепнул:
— Ты первая.
Скитер отодвинулась от него подальше.
— Гарри, у тебя странное чувство юмора. Возможно, это твоя психологическая травма вызывает у тебя стремление к гиперкомпенсации?
— Что вы подразумеваете под гиперкомпенсацией? — Поттер почесал свой знаменитый шрам. — То, что в десять лет я сунул
— Думаю, нам лучше закончить интервью, — Скитер вскочила со своего импровизированного стула и вознамерилась покинуть чулан, но Гарри удержал ее за локоть.
— Кстати, лучше вычеркните про глаза цвета авады — это дикая безвкусица.
4.7
— Драконы, напалм им в глотку, — мрачно сказал Поттер. — Здоровенные такие драконы. А знаешь, что хуже всего?
— И что же?
— Что у меня не будет другого оружия, кроме волшебной палочки, хотя я бы с удовольствием обменял эту бессмысленную фитюльку на хороший пулемет. Конечно, не факт, что из пулемета можно завалить динозавра, но с помощью куска дерева тем более ничего не выйдет…
— Гарри, не волнуйся, — успокоила его Гермиона. — Я уверена, на Турнире будут предприняты все меры безопасности…
— Да мне насрать на их меры! Я хоть и участвую в этом балагане недобровольно, но проигрывать не намерен! Я хочу, чтобы они рыдали кровавыми слезами!
— Кто рыдал?
— Не знаю… все.
— Какой-то ты очень злой в последнее время.
— Будешь тут злым, — проворчал Гарри. — Когда ты — самый многообещающий молодой маньяк в этой школе, а про тебя в газете пишут, что ты спишь в обнимку с плюшевым мишкой.
Дракон оказался немного больше, чем это представлялось Гарри ранее, и выглядел он — точнее, она, потому что это была самка — крайне недовольной. Динозавриха сидела на противоположной стороне загона, согнувшись над кладкой яиц, но нападать пока не собиралась.
— Проклятый Турнир, — бубнил Гарри, от волнения ругаясь больше обычного. — Проклятые драконы. Проклятые яйца. И почему я не пошел учиться на автослесаря?
Остановившись поодаль, он взмахнул волшебной палочкой и воскликнул:
— Акцио, мыши!
Дракониха следила за его манипуляциями с явным недоброжелательством. Гарри стоял, не сводя с нее глаз, и ковырял волшебной палочкой в ухе. Через несколько секунд перед ним приземлилась клетка с четырьмя цветными мышами.
— А теперь, — ухмыльнулся Поттер. — Принцесса превращается в тыкву, а мыши становятся лошадями. Энгоргио!
Трибуны ахнули, когда четыре мыши — сиреневая, зеленая, желтая и красная — выросли до размеров крупных носорогов.
— Хотели,
Он направил палочку на мышей в последний раз и закричал:
— Империо! А теперь принесите мне золотое яичко!
От топота мышей содрогнулась земля.
— Баал, Азатот, налево! — командовал Гарри. — Аббадон, обходишь сзади! Люцифер, отвлеки ее!
Раздалось громкое шипение рассерженной хвостороги, и из ее пасти вырвалась струя пламени, подпалившая хвост сиреневому Люциферу. Тот заверещал так, что трибуны вздрогнули.
— Аббадон, яйцо хватай, яйцо! — орал Поттер, подпрыгивая на месте. — Давайте, мальчики, давайте! Тренер верит в вас!
Огромная голова на длинной гибкой шее вдруг подалась вперед, и с устрашающей легкостью перекусила хребет мышу красного цвета.
— О, неет! Итак, бедняге Баалу досталась красная карточка, Азатот выходит на замену, яйцо у Аббадона, Люцифер на защите… быстрей, быстрей! Пас Азатоту… удар, гоооол!
Зеленая мышь остановилась перед Поттером, держа в пасти вожделенное яйцо, тот вынул его из щели меж мышиных зубов (каждый зуб был длиной с локоть) и продемонстрировал публике. К разъяренной хвостороге уже спешили колдуны-смотрители. Гарри аккуратно уменьшил мышей, нежно подул Люциферу на обожженный хвостик, затем загнал их в клетку и, сунув яйцо в карман, вернулся в палатку, где мадам Помфри как раз лечила пострадавшего Диггори.
— Дилетант, — сказал ему Поттер презрительно. — У меня вот даже прическа не растрепалась.
4.8
— Приближается Рождественский Бал, — сказала профессор МакГонагалл в конце урока. — На него допускаются ученики, начиная с четвертого курса. Форма одежды — парадная.
Парвати и Лаванда захихикали.
— И учтите, — добавила профессор, — что я не потерплю, если кто-нибудь с Гриффиндора опорочит свой факультет.
При этих словах она в упор посмотрела на Гарри Поттера. Тот скосил глаза и скорчил дебильную рожу.
Прозвучал удар колокола, оповещающий о конце урока, и все ребята принялись собирать вещи.
— Поттер, на пару слов, — зловеще сказала МакГонагалл. — Чемпионы и их партнеры по традиции открывают бал…
— Какие такие партнеры?
— Партнеры по танцам.
— Я не умею танцевать.
— Умеешь, умеешь. Поэтому ты обязан найти партнершу.
— Я только хоровод умею водить, — закапризничал Гарри. — Все убегают, а я за ними… с бензопилой.
— Я все сказала, Поттер, — отрезала МакГонагалл непререкаемым тоном.
— Я не понимаю, — говорил Гарри за неделю до бала. — Я же чемпион! Я же обаяшка! Я же, как говорил наш любимый препод, наша новая знаменитость! Почему никто не хочет идти со мной на бал?