Термит
Шрифт:
Во мраке медленно разгорелись россыпи светящихся точек.
А потом тьма вздрогнула, огни перевернулись и полыхнули багровым. Термит рухнул на холодный пол, да так, что удар отдался в каждом внезапно материализовавшимся мускуле.
Он лежал среди звезд. Гроздь красных гигантов обдавала жаром, солнца плавились и истекали кровавым светом.
Термит вытянул руку. Она наткнулась на жесткую стену. Видения мгновенно потеряли глубину, став нелепыми двухмерными изоражениями. Созвездия потускнели
Дрожа, Термит встал и пошел вперед. Сначала шагам, потом легкой рысью, потом побежал изо всех сил. Тускло светящиеся звезды освещали его бесконечный и бессмысленный путь.
"Не может быть! Чертов Пейнтбол! Не может быть!"
Отрывчатые мысли бились в голове, словно леденцы в жестянке.
На перекрестке, ждал минотавр, озаряемый белой и плоской, как тарелка, луной. Его тело было телом могучего мужчины: руки и ноги перевиты жгутами мышц, квадратикам на животе позавидует любой бодибилдер, а размеру члена - любой порноактер. Голова белого быка со стеклянными глазами была пришита к шее толстыми черными нитками.
Термит почти физически ощутил, как его подсознание разорвало на две части. Одна точно знала, что сейчас начнется ад, и он будет абсолютно беспомощен, когда это чудовище начнет действовать. Может быть, оно будет пожирать его живьем, или трахнет его, или станет медленно вытягивать его жилы и плести из них макраме. Другая часть дрожала от ярости. Он был Охотником в своем лабиринте, и любая тварь, посмевшая оспаривать его права, должна умереть. Как Мордред.
Воздух сгустился и насытился затхлым запахом Пейнтбола203, фальшивые звезды погасли.
Охотник рванулся вперед и с рыком вцепился в чужую плоть. Горячее било в него, что-то трепыхалось и сокращалось под его пальцами, а он все никак не мог остановиться.
31. Звонок
Резкий белый свет ударил по глазам. Термит перевесился через стенку гроба и его вырвало. Полупереваренный сыр из холодильника Никотина отправился на плиточный пол скриптория.
– Угу, - сказал Нинген.
Он обошел "гроб" и встал напротив тестера, с интересом наблюдая, как того выворачивает.
"Сволочь".
Термит отер рот ладонью и сел. Провел рукой по лицу и взглянул на пальцы, почти ожидая увидеть на них кровь Минотавра. Он еще чувствовал запах железа и плоти, фантомный аромат смерти из лабиринта.
– Ну как?
– спросил Нинген, вглядываясь в его лицо.
– Отвратительно.
"Черт! Я не должен был убивать это чудовище. Гребанное подсознание наложило на него образ Мордреда, и из-за этого скриптовый сценарий сорвался. Но признаться в этом я не могу".
– Подействовало сильнее, чем в прошлый раз?
Термит позволил проявиться панике. Он спрятал лицо в
– Я не могу об этом говорить...
Нинген не удивился. Удовлетворенно хмыкнул:
– Хм, ясно. Ладно, приходи в себя и заполняй анкету.
Он ушел, оставив Термита одного.
"Проклятье. Я понятия не имею, что там было дальше. Придется разыграть блок".
Термит посидел, попил минеральной воды из бутылочки, потом подошел к терминалу и ввел данные в таблицу. Он очень подробно описал свои чувства в начале эксперимента, лабиринт и лихорадочный бег. Оставил пару расплывчатых фраз о Минотавре и сел в крутящееся кресло.
Ждать пришлось долго, почти час. Термит пару раз едва не заснул. Он добавил деталей в отчет и тщательно проверил каждую запятую. Изучил безукоризненный рисунок линий на потолке. Прочитал все доступные данные в компьютере и мысленно наметил возможные структуры для будущих импульсов Охотника.
Он забавлялся, вспоминая в уме старые детсткие считалки, когда объявился Нинген.
– Ты что, спишь тут?
Термит нервно вздрогнул:
– Нет, я писал отчет.
– Целую вечность уже. Роман там у тебя, что ли?
Скриптор подошел и начал читать с экрана терминала. Когда он дошел до последних строчек, Термит увидел, как его отражение в мониторе ухмыльнулось.
– Я... еще не закончил.
– Вижу.
– У тебя такой... странный лабиринт.
– О, я частью скопировал интерьер Пейнтбола двести-три.
– Там же устраивал хаос этот ублюдок Охотник, - сказал Термит.
– Может быть, он и ублюдок, но он - гений. Хотел бы я познакомиться с ним.
"Еще чего не хватало!"
– Ты работаешь на систему, а он - против. Ты ломаешь людей, делаешь из них винтики для корпорации. А он их раскручивает... Если б вы встретились, он убил бы тебя.
– Полагаешь? А я думаю, мы бы с ним поладили. У нас много общего.
– Ты псих.
– Спасибо за диагноз, тестер. Но что там дальше-то было? В моем импульсе.
– Там...
Термит схватился за виски и стал раскачиваться. Он надеялся, что выглядит достаточно безумно.
– Тихо-тихо, - Нинген почти ласково потрепал его по спине.
– Я не могу. Не могу... я...
– Да успокойся.
Но Термит уже вошел в раж. Он испустил длинный полувой-полуплач и уткнулся скриптору в грудь. Его плечи вздрагивали. Нинген машинально погладил истерикующего тестера, но Термит уже вскинулся, ощерился и вцепился ему в шею. Они неуклюже качнулись и упали на пол, уронив и стул. Нинген отбивался, Термит душил его.
– Что тут?..
В комнатку ворвались другие скрипторы. Они оттащили тестера, который обмяк в их руках, и помогли скриптору встать.