Тёрн
Шрифт:
— Я никогда не отказывался от данного мною слова, — гордо выпрямился почтенный доктор. — Выступим в путь. Тёрн отдал много сил, но большого ущерба не претерпел, во всяком случае, заметного мне. Наше счастье, что его не пытали, я имею в виду — традиционными, обычными методами. А магическую пытку наш достославный дхусс, похоже, успешно отбил. Так что можем неспешно, но и не мешкая, не мозоля никому глаза, но и не забредая в уж совершеннейшие дебри, двигаться ко второму храму Феникса. Конечно, придётся сделать небольшой крюк — эликсиры-то мне всё равно нужны.
— Но
— Верно. Но плох был бы Ксарбирус, имей он всего одно такое место в Вольных городах! — выпятил грудь алхимик. — Небольшой крюк в сторону Ирча, раз уж мы и так поблизости — и назад. Но теперь-то мы будем умнее. В город пойдём только я и ты, мэтр Кройон. Под покровом ночи, а там схоронимся.
Демона подобная перспектива не очень обрадовала, но деваться ему было некуда.
— А ты, прекрасная сидха? Куда направишь ты стопы свои? — высокопарно осведомился Ксарбирус.
Нэисс сжалась, обхватила плечи руками, помедлила.
— Почтенная сидха собиралась отправиться в один из Вольных городов, принять службу в тамошних наёмных терциях, — холодно напомнила Гончая.
— Я… — Нэисс прочистила горло, — я передумала. Я хотела бы остаться здесь. В керване.
Кройон и Гончая переглянулись.
— Что ж. Отвергать просящую разделить с тобою твой путь — против правил кервана, — демон постарался, чтобы слова его звучали по-увереннее. — Тогда в дорогу, друзья, если никто не считает, что нас здесь что-то удерживает! Почтенного Тёрна я, недостойный, понесу на себе.
Керван скрылся. Мертвенно лежала опустевшая крепость, откуда неведомый призрак вымел всю жизнь. Ничто не шевелилось в тёмном провале врат, никто не вышел на свет — за исключением одной-единственной фигурки.
Дитя Гнили, Мелли.
Лягушачий рот растянулся до ушей, губы красны от чужой крови. Пошатываясь, она выбралась наружу, шумно, словно строжкий ушкан, принюхалась.
И двинулась следом за скрывшимся отрядом Тёрна.
Глава 10
Как ни странно, после столкновения с орденом Солнца приключения кервана резко пошли на убыль. О случившемся в Феане словно и не вспоминали, и лишь Гончая с демоном, когда не видел Ксарбирус, кивали в сторону алхимика и понимающе подмигивали друг другу.
Чёрное беспамятство Тёрна сменилось крепким, непробудным сном. Дхусс спал, а мэтр Кройон безропотно тащил его на руках, не позволяя себе даже перебросить через плечо тяжёлое тело.
День сменялся днём, Тёрн не открывал глаз, но дышал хоть и редко, но глубоко и ровно. Мэтр Ксарбирус объявил, что «состояние дхусса опасений не вызывает, скоро должен проснуться».
Раскинувшееся над побережьем моря Мечей лето облегчило дорогу, в изобилии доставляя пропитание. Обычно в селение отправлялись Ксарбирус и Брабер, возвращаясь с туго набитыми и почти неподъёмными
Тише воды, ниже травы держалась сидха. Ни Кройон, ни тем более Гончая с ней не заговаривали и почти что не замечали. Нэисс тоже отмалчивалась.
И Гниль словно бы оставила отряд в покое. Ничего похожего на путь к первому храму Феникса.
Без всяких происшествий, слегка отъевшись и даже отдохнув, отряд добрался до Ирча. К походу в город готовились, как к настоящему штурму, когда наступила ночь, Ксарбирус, демон и увязавшийся с ними Брабер перебрались через городскую стену и скрылись в темноте.
Гончая, спящий дхусс и Нэисс остались одни. Сидха прижалась к древесному стволу, почти слилась с ним — лишь свет пары лун время от времени отражался в миндалевидных глазах.
Молчали. Голова спящего Тёрна лежала на коленях неподвижно застывшей Гончей. Так и не снятый ошейник она спрятала глубоко под капюшон, точно боясь выдать себя случайным взблеском.
Тишина становилась непереносима — и оставалась таковой. Ни Гончая, ни сидха так и не заговорили. Наверное, одна помнила рвущую внутренности боль от настигшей Иглы-до-Сердца, а другая… что помнила другая, нам узнать уже не дано.
Тем не менее к утру экспедиция благополучно вернулась. Демон Кройон удовлетворённо облизывался — он нанёс визит торговцу птицей.
— Но мы честно за всё заплатили! За всё! — не уставал он напоминать.
У Брабера оказались сбиты костяшки пальцев, и только один мэтр Ксарбирус казался самим собой.
— Всё в порядке. Эликсирами я запасся. Теперь хватит и на поход к храму Феникса, и на отправление нашего дорогого мэтра Кройона домой. Вот только эти двое начудили — один отправился в таверну, встретил там сородичей, о чём-то заспорил, и дело кончилось рухнувшей крышей, потому что у кого-то оказалась слишком крепкая спина, крепче потолочного столба. Другой заявил, что умирает от голода, запустил лапу в курятник, а потом и влез туда целиком. На шум прибежал хозяин и — ох, лучше б он этого не делал. Потом мне пришлось улаживать дело и платить за ущерб.
Ни Гончая, ни сидха не улыбнулись.
— Передохнём чуть-чуть, и в обратный путь, — сделал вид, что не заметил этого, Ксарбирус, устраиваясь на лапнике и укрываясь плащом. — Меня прошу не будить до завтрашнего утра! С этой парой сплошные треволнения…
Кройон и Брабер обменялись смущёнными взглядами.
— Гхм… демон! А ты ничего, ты молодец. Когда ты появился и рыкнул на этих тюфяков, я решил, что всё, проклянут меня в родном клане за убийство сородичей…
— Да что ты, не стоит благодарности, — вмиг расцвёл демон. — Ты теперь тоже в нашем керване, так что, увидев тебя преследуемым пятью созданиями, явно не проникнутыми идеями братства и доброты, я счёл своим долгом…