Тёрн

Перумов Николай Даниилович

— Вот как, — поднял брови рыцарь. — Дхусс. Из клана Морра. На пороге моего скромного обиталища. Чрезвычайно интересно. Но уверена ли прекрасная сидха, что не ошиблась и что следы её друга оборвались именно на моём пороге? Ждёт, когда я потеряю терпение, подумала сидха. До чего ж это глупо, я, Нэисс, рискую головой ради какого-то дхусса, дикаря, хотя и нахватавшегося где-то кое-каких знаний!

— Может, прекрасная сидха желает войти и осмотреть дом?

Щёки Нэисс запылали. Так её уже давно не унижали.

Неведомо

какие силы заставили её поклониться и сдавленно пробормотать какие-то извинения.

— Принято, — усмехнулся рыцарь, хотя усмешка получилась изрядно ненатуральной. — А дверь… в конце концов давно уже собирался обновить.

Нэисс молча дёрнула головой, изобразив нечто вроде резкого кивка.

Она понимала, что надо было не разводить разговоры, а просто сбить человека с ног стражевой ветвью, перешагнуть через тело — потому что ошибиться она не могла, след дхусса обрывался именно здесь.

Интересно, отрешённо подумала Нэисс, осторожно пятясь к выходу из тупичка и ни на миг не упуская из вида застывшего на пороге рыцаря, а куда делся след Ксарбируса? Почему я ничего не чувствую, ну совсем ничего? Он ведь весь пропах алхимичьей дрянью, не могло всё это сгинуть в одночасье!

Стой, глупая, беззвучно гаркнула она себе. Куда ты направляешься? Обратно в лагерь? И зачем? Опозориться перед Гончей? Видеть её гнусную ухмылку? И выслушивать нотации Кройона?

…Сейчас Нэисс уже не вспоминала, что совсем недавно Тёрн говорил ей о наёмных терциях, не думала о «свободной жизни» в Вольных городах. Нет, она не побежит побитой собакой перед этим человечишкой, она, лучшая чародейка своей Ветви!

Рыцарь с озабоченным видом осматривал остатки съеденных ржавчиной петель.

— О, вернулась, — заметил он сидху. — Чем ещё могу быть полезен, прекрасная гостья?

Это оказались его последние слова. Нэисс пристально смотрела в бесцветные глаза, не отрываясь ни на миг, стражевая ветвь ударила, как и положено, продолжению собственной руки.

Рыцарь свалился, точно куль с мукой.

Нэисс перешагнула через сбитого ею с ног безоружного человека, одним движением оказавшись за порогом.

Темно. И волной накатывающий дурман, диковинный, причудливый запах, словно прогретой солнцем степи, где уже начала сохнуть на корню трава.

Сидха глубоко вздохнула и сделала ещё один шаг.

…И когда завеса мрака уже смыкалась за её спиной, она запоздало подумала, что, быть может, стоило бы затащить поверженного противника внутрь, привести в чувство и как следует допросить?

— Добро пожаловать, последняя из Deleon Xian! — раздался голос только что опрокинутого без чувств рыцаря, и тьма рванулась на сидху со всех сторон.

* * *

— Пропала. Сгинула. Исчезла. Потерялась, — демон Кройон кружил по крохотной полянке, театрально

хватаясь за голову. — Сперва многомудрые Тёрн с мэтром Ксарбирусом, а теперь ещё и сидха! Что это за город, что за бездна, что за глотка?!

Стайни ничего не ответила. Бывшая Гончая застыла точёной статуэткой, обхватив дерево руками, не хуже самой пропавшей сидхи, словно вслушиваясь в движение жизненных соков за бронёй коричневой коры.

Демон всё метался и метался, скулил, стенал, причитал и заламывал руки — когти только скрежетали.

— Дождёмся ночи, — наконец произнесла девушка. — Дождёмся ночи — и пойдём вместе.

— Куда?! — возопил Кройон. — Куда нам идти?! Как их искать?! Как недостойный появится в городе, среди массы людей, несведущих, убогих рассудком и не способных понять теорию множественности бытийных планов?!

— Не трепещи, мэтр, — сухо бросила Гончая. — Конечно, я уже не та, что прежде, но память-то так просто не убьёшь. Дождёмся ночи, говорю тебе.

— Но что, что с ними могло случиться? — вновь принялся за своё демон.

— Что с ними могло случиться? Ты ещё не понял, шипастый? Они попали в засаду, не будь я Гончая, честное слово.

— В засаду? Чью? К хозяевам големов? К Мастерам Смерти?

— Скоро узнаем, — невозмутимо пообещала Гончая. — А пока сядь, мэтр, посиди спокойно.

Но мэтр Кройон не мог сидеть спокойно.

— Многоучёный Ксарбирус… как же я теперь попаду домой?! — безутешно рыдал он.

Гончая вздохнула. Села рядом, положила ладонь на блестяще-агатовую чешую.

— Их похитили, мэтр. Их и сидху. И тебе не вернуться домой, покуда мы не отыщем похитителей.

— Но как это сделать? Ваш мир огромен, а нас всего двое! Да ещё и какие-то призраки за плечами!

— Гончие не отступают и не сдаются, — усмехнулась Стайни.

— Ты ж больше не Гончая!

— Кое в чём мои бывшие хозяева были не так уж не правы. Например, в том, что нельзя ни отступать, ни сдаваться.

— Слова, слова, слова… — скривился Кройон.

— Слова, но не только, — возразила Гончая. — Тёрн и Ксарбирус попали в засаду. Сидха угодила в тот же капкан, её наверняка ждали. А вляпалась она, не сомневаюсь, по собственной глупости и упрямству.

— Не стоит чернить сестру в керване, — оборвал Гончую демон.

— Не буду, — поспешно согласилась Стайни, явно не желая ссориться с щепетильным мэтром. — А мы, как свечереет, полезем через стену. Вдвоём.

Кройон только помотал рогами.

— Ничего у нас не получится, — плаксиво протянул он. — И я останусь тут навеки, чтобы уже никогда не увидеть…

— Хватит! — Стайни потеряла терпение. — До темноты уже совсем немного.

— Хорошо, — уныло согласился демон. — Но всё равно это ведь зря…