The Prodigy
Шрифт:
– Интересно. Значит, не такая уж она хладнокровная убийца.
– Нет, она… мне кажется, она не хотела. Я приказал парням убить её друга, и она… не знаю… наверное, поняла, что у неё нет выхода.
– Хорошо. Вставай, едем в замок. Покажу кровь и браслет Юсте, может, она сможет сделать поисковое заклинание.
– Ник, зачем ты приказал мне убить её друга? – Хоран с некоторым трудом поднялся на ноги и отряхнул одежду от грязи и травы. Николас усмехнулся краем губ, но промолчал, рассчитывая,
По дороге – Ник не любил нанимать водителей, предпочитая водить машину сам – князь раздумывал о том, что узнал. Похоже, его ранние выводы были верны: три сотни лет рядом с почти легендарным тёмным магом не прошли для Скарлетт даром. И всё же Безымянного с ней тогда не было. И, судя по всему, пользоваться магией Кора не собиралась, иначе запросто могла бы сделать себя неузнаваемой даже для Хорана, на которого обычные чары, вроде той безделушки, что делала её невидимой, не действуют. Выходит, светиться не хотела. Но перед кем светиться ведьме с такой силой?
Дорога до замка заняла около полутора часов. В замке Николас жил нечасто, там была его лаборатория, там же жили Гончие, прислуга и Юста. Задерживаясь в столице по делам, Ник предпочитал ночевать в квартире в центре города. Туда же иногда перебирался на ночь Эрон, когда особенно сильно ссорился с Илоной.
В замке и на прилегающей территории практически всё осталось как прежде – брусчатка, неасфальтированные дороги, которые во время плохой погоды не размывало только благодаря магии. Мощнейшие чары были заложены в каждом камешке и кирпиче вместе с цементом.
Остановив машину там, где столетия назад находились конюшни, и вместо шума мотора слышался лишь стук копыт, Ник и Хоран вышли.
На ступенях, с ноутбуком на коленях, сидела Юста. Когда-то, поддавшись моде, она отрезала свои волосы цвета тёмного дерева, и теперь они были забраны в две короткие косички.
– Эй, на холодном не сиди, - предупредил Ник, мимоходом потрепав её по голове. Не переставая печатать, Юста потёрлась щекой о его ладонь.
– Ты мне нужна в лаборатории.
– Там Интернет не ловит, - недовольно буркнула девушка, - у меня тут чат. Что тут за глухомань вообще? Только во дворе можно по скайпу поговорить.
Хоран расхохотался и толкнул Ника плечом.
– Ты слышал, князь? В глухомани живёшь.
Николас невольно улыбнулся. День, когда Юста открыла для себя Интернет, она теперь отмечала как второй День Рождения. Сперва она лишь заказывала там какие-то свои ингредиенты, потом переключилась на игры, чаты и социальные сети. Теперь от компьютера её было не оторвать.
Юста нехотя встала. Приказа она решила не дожидаться, да и на улице действительно было довольно холодно.
Хоран отправился
Николас положил браслет на стол; Юста с явно неохотой захлопнула ноутбук и с противным лязгом придвинула к столу железный стул.
– Этот браслет принадлежит леди Скарлетт. Сможешь сделать поисковое заклинание?
– Попробую, - недовольно отозвалась Юста. Видимо, дело требовало времени и отказа от компьютера.
========== –22– ==========
Юста зевнула, запрокинув голову, и подтянула к себе ноутбук. Николас вопросительно поднял брови.
– Готово, кинь туда браслет, пусть впитается. Когда всё испарится, значит, готово, - не поднимая глаз от экрана, пояснила девушка. Перед ней на столе стояли какие-то колбы, штатив с мензуркой и глиняная миска.
Вокруг, в лаборатории, всё представляло собой причудливую смесь науки и магии; рядом с микроскопами, компьютерами и пробирками вполне удобно чувствовали себя глиняная посуда – глина особенно хорошо взаимодействовала с магией – старинные, едва не крошащиеся книги и свечи, расставленные по всему помещению – электричество категорически не приживалось в этих подвалах, где концентрации остаточной некроэнергии хватало на то, чтобы начинали шевелиться скелеты, замурованные в стены.
Николас бросил браслет в глиняную миску и испытал чувство дежа вю – много лет назад он так же бросил в зелье пряжку с гербом Вентроса.
Вместе с этим в дверь вошёл Хоран, на ходу изучая какие-то распечатки. За прошедшие годы Юста и Хор оставались тем неизменным, что поддерживало Ника в постоянном ожидании смерти. Он не готов был остаться один, хотя и понимал, как нелегко Хорану жить столько лет. Теперь, по крайней мере, на вид, Хор, кажется, уже не так сильно страдал от своих чувств к леди Скарлетт. Он много работал, даже слегка посадил зрение – теперь читать мог только в очках – и для Ника стал ещё более незаменимым.
Юста же, получив обычное человеческое сердце и новые воспоминания, заметно ожила и повеселела. К Нику она была привязана как к старшему брату; поначалу его это забавляло, но вскоре Ник перестал относиться к Юсте как к забавному домашнему зверьку. Она была умной, жёсткой и решительной, не боялась брать на себя ответственность. Всё это оставалось у неё от прошлой жизни, о которой Николас ничего не знал, а сама она ничего не помнила. На подсознательном уровне Юста по-прежнему с недоверием относилась к мужчинам, да и из дома предпочитала не выходить.