The Prodigy
Шрифт:
– Ну что там? – нетерпеливо спросил Ник. Хоран поправил на переносице прямоугольные очки для чтения и, сверившись с записями, ответил:
– Гэбриэл Кассар, предпочитает представляться именем Киннан. Примерный возраст – триста тридцать лет, стригой. Дата обращения – осень тысяча двести девятнадцатого. Живёт в Тальнере, в других княжествах за последние триста лет ничего противоправного не совершал. Сам понимаешь, информация более-менее точная только за последние лет пятьдесят. Единственное, что точно известно за
– Ну-ка, поподробнее об этой сестре, - нахмурился Ник, - есть что-то?
– Верити Кассар, триста семнадцать лет. От рождения была слепой, после обращения, естественно, прозрела.
– Разве это законно – обращать раньше восемнадцати? – удивлённо спросила Юста, не отрывая, впрочем, взгляда от ноутбука и даже не прекращая что-то набирать на клавиатуре.
– Сейчас – нет, но ты же помнишь, что творилось триста лет назад, - ответил Ник, - ни документации, ни архивов. Даже маленьких детей обращали, помнится… Есть адрес этой сестры?
– Ага. Столица Тальнера, Нирас. Но непохоже, чтобы Кассар с сестрой так уж хорошо общаются.
– Думаю, сейчас у них нет особого выбора. Давай адрес.
***
– Где мы? – спросила Кора, приподнявшись на локтях, но тут же снова упала на сиденье. Пулю пока вытащить было невозможно, магией пользоваться опасно – Райтер наверняка уловил вспышку у границы Хольцрина, и снова прибегнуть к колдовству значило дать понять Безымянному, в каком направлении они отправились.
– В Нирасе, - бросил Кин. Он явно беспокоился, хотя и понимал, что обычная пуля Скарлетт не убьёт, - поедем к моей сестре, она тут недалеко живёт.
– У тебя есть сестра? – Кора поморщилась, сильнее прижав руки к ране.
– Да, мы давно не общались, но она не откажет, я думаю.
– Думаешь? – ехидно уточнила Скарлетт и, чуть подумав, добавила, - расскажи мне о ней. О себе тоже. Что ты делал все эти годы?
– Я… Она… Рити была моей самой младшей сестрой, - начал Кин и, вздохнув, замолчал, - извини, я не могу… Ты ведь мне жизнь спасла, Кора.
Скарлетт фыркнула, уставившись в его затылок.
– И не в первый раз, позволь заметить.
– Но учитывая, что без тебя я не был никому нужен триста лет… - протянул Киннан, и, не выдержав, рассмеялся. Кора последовала его примеру, но тут же протяжно застонала, больше театрально, нежели от действительно сильной боли.
– Хватит на жалость давить, - хмыкнул Кин, - почти приехали. Главное, не попасться никому на глаза.
Спустя минут десять мужчина действительно остановил машину. Лёжа на спине, Скарлетт увидела только небо – вечерело, и оно становилось всё темнее с каждой минутой.
– Подожди, я предупрежу Рити, что ты ранена, - Киннан заглушил мотор и вышел, захлопнув дверцу. Через несколько минут до слуха Коры донёсся
Кин вернулся, со смущённым видом потирая плечо, и, распахнув дверцу, аккуратно поднял Скарлетт на руки.
Дом оказался небольшим одноэтажным коттеджем с гаражом и изумрудно-зелёной лужайкой. Окна, впрочем, были закрыты тяжёлыми плотными ставнями.
– Зачем вам вообще окна в домах? – проворчала Кора.
– Проветривать, - отозвался Кин, то ли в шутку, то ли всерьёз.
На пороге, скрестив руки на груди, стояла воинственного вида девушка с копной мелких пушистых кудряшек такого же, как у Киннана, русого цвета. По её цветастому сарафану слегка старомодного фасона и накинутой сверху кофте можно было счесть её прилежной студенткой, которая никогда не ходит на вечеринки, а из дома отлучается только на учёбу и в библиотеку. Счесть её домохозяйкой мешал юный возраст – вернее, ввиду того, что Скарлетт о ней знала, «юной девушке» было уже за триста, но на вид – никак не больше семнадцати.
– Верити Кассар – Скарлетт Сейберлинн, - торопливо представил их Киннан.
– Я серьёзно, Гэбриэл… - начала Верити, но Кин бесцеремонно отодвинул её с дороги и внёс Кору внутрь.
– Гэбриэл! – рассерженно взвизгнула Верити, топнув аккуратной ножкой, обутой в изящную босоножку на платформе.
– Рити, подожди чуть-чуть, мне нужно помочь Коре, - раздражённо бросил Киннан и положил Скарлетт на диван в гостиной, которая, впрочем, ничем не отделялась от кухни и прихожей. Только в дальнем конце помещения Кора увидела две двери, видимо, в спальню и ванную.
– Что нужно?
– Нож или ножницы, - попросила девушка и, подумав, добавила, - и выпить.
Когда Кин принёс ей столовый нож, а на столик рядом с диваном поставил бутылку коньяка, Скарлетт задержала пальцы на его запястье.
– Гэбриэл?
– Потом поговорим, Кора. Что делать?
– Вытаскивать пулю, надо думать, - проворчала Скарлетт, - и вот ещё, запомни. Мне будет больно. Мне и сейчас больно. Я буду кричать, материться и ругать тебя последними словами в любом случае, так что не тяни и не осторожничай.
Сзади послышался смешок, и в поле зрения Коры появилась Верити.
– Я всё сделаю, иди поставь чайник, - с ноткой холода в голосе велела она Киннану, и тот с готовностью кивнул.
– Вы врач? – спросила Скарлетт, наблюдая за её уверенными движениями, - только не надо мне никакого обезболивающего и так далее. Только время зря потеряете.
Верити улыбнулась и молча положила обе ладони на её обнажённый живот.
Кора поморщилась и стиснула зубы, приготовившись к боли. Но боль неожиданно пропала, словно её и не было. Это не было похоже на эффект от обезболивающего. Просто в одно мгновение рана в животе перестала доставлять ей даже малейший дискомфорт.