The Prodigy
Шрифт:
– Сюда, - Хоран мягко взял её за руку, и Кора увидела неприметный проход под лестницу.
– У тебя кровь, - мужчина увидел пересечённую руну на её руке; она кровоточила, хотя и не очень сильно.
– Не страшно, идём же! – поторопила Скарлетт.
Они спустились вниз по тёмной лестнице; только внизу слышалось потрескивание факелов и мужские голоса. Кора приложила палец к губам, и Хоран кивнул.
– Слушай, ты стой тут, хорошо? Обещаешь? – прошептала Скарлетт. Ей вовсе не хотелось, чтобы стражники внизу увидели
– Хорошо, обещаю, - мужчина улыбнулся, и Кора, натянув капюшон поглубже, спустилась.
За столом двое стражников, кажется, играли в кости и громко хохотали при каждом броске. Но увидев незнакомую фигуру в плаще, оба тут же вскочили и преградили ей путь.
– А ну стой, - угрожающе потребовал один из стражников, - кто ты такой? Покажи лицо.
Скарлетт, не мешкая, поднесла ладонь ко рту и сделала жест, будто сдувает что-то с ладони. Стражники переглянулись и, словно по команде, упали на пол. Сонное заклинание сработало идеально.
Внезапно сзади послышался удар, лязг и вскрик. Девушка резко обернулась. Третий стражник, который, видимо, до этого прятался в тени, с обнажённым мечом в руке, медленно сполз на пол. Над ним стоял Хоран. Поймав испуганный взгляд, мужчина виновато улыбнулся.
– Прости, я не сдержал обещания.
– Ты его убил? – с ужасом прошептала Кора, - ты с ним знаком?
– Нет, - пожал плечами Хоран, - но даже если и был бы, ради тебя я бы кого угодно убил.
– Ты даже имени моего не знаешь, - потерянно пробормотала Скарлетт, глядя, как он небрежно стирает кровь со своего клинка об одежду убитого стражника.
– Ну и что? А разве имя – главное в человеке?
Кора вздохнула. Оставалось только надеяться, что когда-нибудь у него это пройдёт.
Девушка осмотрелась и вполголоса позвала:
– Киннан!
Несколько секунд всё было тихо, а потом откуда-то из дальней камеры послышалась возня. Кора, не думая, что это может быть и не Кин, поспешила туда.
– Кора? – неверяще пробормотал мужчина, которого в темноте видно не было, но по голосу Скарлетт узнала своего лучшего друга.
– Слава Богу, Кин, - Кора снова вооружилась своим мелком и в этот раз обвела контуром крошечный участок вокруг замочной скважины. Когда там появилось отверстие, решётка распахнулась сама, издав жуткий, почти потусторонний скрежет.
Скарлетт, чуть не споткнувшись, прошла в тёмную камеру и обняла Киннана за пояс. Кину было уже больше тридцати, тогда как Коре – двадцать четыре.
– Ну и как ты попал в эту историю? – от Киннана ужасно пахло, но Скарлетт прижалась к нему только сильнее. Вспомнив, что ей предстоит, девушка чуть не передумала и не вытащила Кина из этой ужасной вонючей клетки с едва покрытым соломой полом.
– Пошли отсюда, ладно? – Киннан поморщился, - не хочу, чтобы ты тут стояла.
– Нет, нет, - Кора тяжело сглотнула и отстранилась, - если мы сейчас уйдём, то тебя будут искать.
– Ну и что? Если не уйдём, меня повесят! –
– Кора…
– Кин, всё нормально, это Хоран, - Скарлетт подошла к другу и взяла его за руку.
– Я знаю, что это Хоран, - прошептал Киннан, - глава Гончих у брата князя, Кора!
Скарлетт резко обернулась и посмотрела на своего невольного помощника.
– Это правда? – испуганно спросила она, - ты главный стражник?
– Да, я глава отряда Гончих у Николаса, - ровно отозвался Хоран.
– Что ты с ним сделала? – прошептал Киннан, но Скарлетт только отмахнулась.
– Неважно, Кин. Сейчас самое главное – тебя отсюда вытащить.
Мужчина кивнул, и Скарлетт достала из-за пояса небольшой пузырёк, полный жуткого вида чёрной жидкости. Впрочем, наверняка на вкус это тоже был не эль.
– Вот, ты должен это выпить, - Кора протянула мужчине пузырёк. Киннан взял пузырёк и недоумённо покрутил. Он не был колдуном, и оттого дело только сильнее осложнялось. Ведьмы и колдуны не собирались заступаться за него, как за своего, а обычные люди не имели даже собственного княжества, чтобы что-то сделать.
– Это?.. – Кин перевёл взгляд с пузырька на лицо Скарлетт, - ладно, неважно.
Мужчина открыл пузырёк и выпил одним глотком. Кора прикусила губу. Зелье временной смерти, вот что было в пузырьке. План её был донельзя прост. Если все подумают, что Киннан умер, то закопают его на местном кладбище изгоев и больше никогда не вспомнят. Будут искать только того, кто пробрался в темницу и зачем-то убил преступника. Никто не подумает на его друзей – скорее на врагов, посчитают это личной местью и, в конце концов, закроют глаза.
Киннан покачнулся, немного испуганно посмотрел на Кору и медленно опустился на колени.
На глазах Скарлетт непроизвольно выступили слёзы, но она смахнула их левой рукой, правой держа друга за плечо.
– Всё будет хорошо, - шепнула она, когда Кин закрыл глаза и перестал дышать, и поцеловала его в лоб.
– И это был твой план? Убить его? – удивился Хоран, не высказав при этом никакого осуждения или враждебности.
– Да, - твёрдо ответила Скарлетт, поднялась с колен и отряхнула верхнее платье от сена, - идём отсюда.
Они с Хораном поднялись по лестнице, и Кора поняла, что ей тяжело идти. Мужчина без вопросов поддержал её за талию.
– Спасибо, - смутившись, буркнула она.
– Не за что, тебе ведь трудно подниматься.
Скарлетт вздохнула. Если бы это было настоящим – но вся эта забота, участие и помощь – ложь, фальшивые чувства, навязанные заклинанием. Ведь на самом деле этот человек – убийца, глава Гончих, самый приближенный к брату князя. Об этом Николасе ходили такие слухи, что даже днём волосы вставали дыбом. Даже если принять во внимание, что большая часть слухов обычно – чушь собачья, то и того, что оставалось, хватало, чтобы у слушателя появилось изрядное количество седых волос.