Тизер 2
Шрифт:
БУМ!
Огненный камень размером с колесо самосвала врезается в крыльцо. В стороны разлетается микс биологического материала, щепок и песка. Землю вокруг посыпают горящие частицы, огонь охватывает гостевой дом.
Ну это уже слишком! Нахожу в толпе симпатичное личико ведьмы, пальцы отпускают тетиву! Перемещаюсь в стрелу, взмываю над головами сражающихся.
Нападение озверевших девиц напоминает затопление земельного участка. Единая масса обнаженных бедер растекается по периметру учебки. Отдельные возвышенности сопротивляются, но поднимающийся уровень скрывает их
Идеально рассчитал поправку на ветер и смещение, что зависит от силы притяжения. Снижаюсь. Прицел лежит точно между глаз колдуньи.
За миг до столкновения обращаю внимание на стоящую рядом девушку с курносым носом и голубой повязкой на лбу. Держит глаза закрытыми, пальцы на руках оттопыриваются в стороны, ладони смотрят в сторону колдуньи.
До цели оставалось не больше двух метров, когда прозрачный кокон, похожий на плотный полиэтилен, вырвался из ладоней и обволок мага. Врезаюсь. На магической оболочке остается лишь крошечный след, будто кто-то поставил жирный отпечаток на чистом стекле. Это было бы слишком просто...
Оглядываюсь в поисках пути для отступления. Из образовавшегося от падения метеорита кратера поднимается каменное создание. По строению похоже на одного из стражей, что охраняли пещеру к троллю, вот только из щелей между частями тела наружу прет пламя, а вместо копья, камнеголовый орудует двумя здоровенными кулаками, напоминающими боксерские перчатки.
Огненный голем вытягивается на высоту двух с половиной метров, разводит в стороны руки и начинает колотить стоящих рядом. Для чудища, сотворенного из камня, булыжники развивают очень даже приличную скорость. Полет кулака сопровождается трепетом развивающегося на ветру огня. Неудачники, подвернувшиеся под удар, загораются и разлетаются на десятки метров, будто снаряды осадных орудий.
Последствия развернувшейся возле гостевого домика трагедии можно сравнить едва ли не Хиросимой... Потерпевшие орут о помощи, кто-то умоляет, чтобы добили свои.
– Ну, нахрен! – восклицает дядька с седой бородой. – Совсем озверели, куры!
Оборачиваюсь. Обнаруживаю себя и копошащегося во внутреннем кармане мужика почти отрезанными от обоза. С одной стороны хозяйничает камнеголовый, с другой уже приближаются амазонки. Путь к обозу стремительно закрывается, нужно бежать...
– Пошли вы в жопу! – достает из кармана пузырек с коричневой жидкостью. – Хрен вам!
Я нашел такую же бутылочку в ознакомительной локации, а потом ее отжали те странные чуваки. Один из них сказал, что это...
Дядька опрокидывает пузырек, кадык проталкивает жидкость в желудок. Потрескавшиеся губы растягиваются в широченной улыбке, мужик вытягивает в сторону амазонок руку и оттопыривает средний палец. Монумент, посылающих ситуацию в задницу, стоит пять секунд, после чего на лице появляется кривая, как при инсульте, улыбка. Дядька перестает дышать и падает замертво. Это был яд...
Из-за гостевого дома выбегает широкоплечий мужик, кричит что-то оскорбительное, руки сжимают полутораметровую рукоять молота. Голем не обращает
ХРУСЬ! Железный параллелепипед, размером с обувную коробку, врезается в спину. На землю вместе с осколками черного камня летят огненные капли, напоминающие брызги раскаленного железа. Голем опускается на колено. Пользуясь моментом, мужик заносит молот за спину и опускает горящему на плечо. Беспалая рука, весом восемьдесят килограмм, раскалывается на три части под хруст из каменоломни.
– Получил ублюдок?! – огненные брызги отсвечиваются в опьяненных глазах. – Еще хочешь?!
Перехватывает молот и целит в голову. Не знаю как, но камнеголовый сообразил, что можно уклониться. Опускает корпус к земле, пропуская летящую над головой кувалду, встает, наотмашь выбрасывая руку. Обратная сторона ладони, если ее можно так назвать, впечатывается в живот и отправляет мужика в свободный полет. Шевелящий руками и ногами подожженный снаряд приземляется в десяти метрах.
“А ведь чувак не дожал совсем чуть-чуть...” – промелькнуло у меня в голове...
Стоп! Я рано его списал! Мужик поднимается, положив руку на грудную клетку. На лице – звериный оскал, в глазах – ярость! Всем своим видом показывает, что не намерен сдаваться. Прихрамывая, идет к упавшему неподалеку молоту...
С превеликим удовольствием досмотрел бы битву тяжеловесов, но скоро будет уже слишком поздно.
Не издающие звуков ботинки, перелетая через устланную телами землю, несут меня к обозу. Впечатляет насколько сильно развил пассивную способность эффективного бега. Мозг, будто мощный компьютерный процессор, рассчитывает требуемую силу толчка, подбирает ногу и предугадывает отрезки, где могут возникнуть проблемы. На все сто процентов полагаюсь на отточенные алгоритмы и отработанные приемы, основной мыслительный процесс фокусирую на планах ближайшего будущего.
До обоза остается двадцать метров.
Пронырливая заноза с копьем все же успевает встать на моем пути. Делаю ложный выпад вправо, рыжая няшка, скалясь сломанным передним зубом, уводит следом свой шампур. Разворачиваюсь на триста шестьдесят градусов через правое плечо, как делают парни в американском футболе, сверкающий наконечник накалывает лишь всколышенный мною воздух. Равняюсь с ней корпусом и, улыбаясь в сморщенный от напряжения носик, отвешиваю смачный шлепок по упругой заднице. Будет знать, как с папочкой играть!
Забегаю за выстроенный в оборонительный порядок микс охранников, пьяных дебоширов и свежеиспеченных наемников.
– Данила! – орет лидер, указывая вперед лезвием меча. – РАЗВАЛИ ИХ!
– Окей, – читаю по губам парня с каменным спокойствием. – Поехали...
Парниша стоит на телеге, торс закрывает металлический нагрудник, на голове – дряхлая шляпа. Ожидаю увидеть хитрый финт руками и посланную на дикарок огненную кару, но Данька всего лишь достает из-за спины лук. Древко напоминает корень повидавшего жизнь дерева, отличается ассиметричным строением, витиеватостью и, вообще, напоминает скорее нахер ненужную корягу, чем оружие.