Ткач

Робертс Тиффани

— Не спят сейчас.

Ахмья ухмыльнулась.

— Спасибо, — она постучала по переплетенным веткам дверного косяка. — Это Ахмья.

— Входи! — позвала Айви.

Отодвинув матерчатую дверь, Ахмья проскользнула в теплое логово. Его подарили Айви и Кетану, когда они впервые прибыли в Калдарак, и оно было больше тех, что были построены для людей — логово для пары.

Рядом с дверным проемом стояли копья, на стене висели сети и мотки шелковой веревки, а также встроенные карманы и полки со всевозможными предметами, включая инструменты, травы и маленькие баночки. Глиняные горшки и плетеные корзины

стояли в одном углу, а рядом с ними находилась печь, сделанная вриксами из каменных плит. Плиты образовывали коробку, которая была открыта с одной стороны, где стояла чаша с низким сине-зеленым пламенем, горящим внутри.

У огня сидели Кетан и Айви, отдыхая на горе мягкого шелка. Она опозорила бы самое большое и удобное кресло-мешок.

Похоже, кто-то был занят.

Снимая ботинки, Ахмья задумалась, было ли изготовление пушистого шелка инстинктивным занятием самцов-вриксов при подготовке к появлению потомства. Что-то вроде того, что женщины назвали бы гнездованием.

Ступая босыми ногами по мягкому меховому коврику, она приблизилась к паре.

Айви прислонилась к груди Кетана, ее золотистые волосы были заплетены в косу, перекинутую через плечо, а большой черно-фиолетовый врикс сидел позади нее, обхватив ее за талию нижней парой рук. Айви держала на руках завернутый в одеяло сверток.

Ахмья остановилась посреди комнаты.

— Надеюсь, я не помешала.

— Помешала, — сказал Кетан.

Ее глаза расширились.

— Оу.

Айви усмехнулась и посмотрела на свою пару.

— Тихо. Все в порядке, Ахмья. Благодаря Телоку мы смогли немного поспать, не прерываясь из-за нескончаемого потока посетителей.

— Если хочешь, я могу зайти попозже, — сказала Ахмья. — Я знаю, что еще рановато.

— Все в порядке. Мы проснулись некоторое время назад, — Айви поманила Ахмью рукой. — Подойди ближе. Не надо стоять так далеко, — она улыбнулась и похлопала Кетана по руке. — Несмотря на его угрозы, Кетан не кусается.

Кетан щелкнул клыками на жвалах, и его фиолетовые глаза остановились на Ахмье.

— Если я должен кусаться, чтобы ты отдохнула, моя сердечная нить, я сделаю это.

Ахмья вздрогнула. Она не хотела бы оказаться зажатой между его клыками — или клыками любого другого врикса.

Кроме Рекоша?

Заткнись, мозг.

— Он сейчас слишком опекающий, но не причинит тебе вреда, Ахмья, — сказала Айви.

— Не укусишь — не съешь, — весело сказал Кетан. — Не повеселишься.

Женщины рассмеялись.

Он опустил голову и уткнулся носом в волосы Айви, прежде чем снова посмотреть на Ахмью.

— Я не причиню тебе вреда. Подойди. Посмотри на мою гордость, на мои сердца, на мою любовь. Посмотри на нашего птенца.

Не в силах справиться с нервозностью, Ахмья сократила расстояние между ними. Ее беспокойство было вызвано не Кетаном. Вначале он определенно пугал ее, но с тех пор стал членом семьи. Она знала, что он не причинит ей вреда, знала, что его угрозы были шуткой. Она воочию убедилась, насколько самоотверженным он был, когда дело доходит до защиты Айви, других людей и своих друзей — своего племени.

Нет, беспокойство Ахмьи было вызвано исключительно

ребенком на руках Айви.

Когда Ахмья подошла ближе, она отметила более бледную, чем обычно, кожу женщины и темные круги под глазами. Айви явно была измотана, но все еще излучала жизненную силу и была прекрасна, как всегда.

Ахмья улыбнулась и, подняв розовый пряный цветок, протянула его Айви.

— Для тебя. Это немного, но здесь нет такого изобилия цветов, чтобы я могла составить из них букет. Этот зацвел первым.

— О, спасибо, — сказала Айви, беря цветок за стебель и поднося его к носу.

— Как… все прошло?

Когда Айви опустила цветок, Кетан осторожно взял его у нее. Его большие руки с черными когтями на концах деликатно запустили стебель в волосы Айви за ухом, убирая назад непослушные светлые пряди.

— Честно? Было страшно, — сказала она, беря Кетана за руку и переплетая свои пальцы с его. — Были моменты, когда я думала, что не смогу этого сделать. Когда я думала, что у меня… ничего не получится. Сколько бы раз я ни тужилась, ребенок не появлялся. Я была просто так измотана, постоянно приходила в сознание и теряла его, но желание тужиться все оставалось.

Айви посмотрела на сверток, который держала в руках, и улыбнулась.

— Когда он наконец вышел, это было таким облегчением. Потом я увидела его. Он такой красивый. И он… он совершенство, Ахмья.

Айви посмотрела на него, испустив короткий смешок.

— Хотя он порвал меня кое-чем острым. К счастью, Диего быстро подлатал меня, так что да здравствует земная наука. Но, несмотря на всю эту боль… Это стоило того, чтобы просто обнять нашего сына. Посмотреть ему в глаза. Я бы сделала это снова.

Кетан зарычал и притянул ее к себе чуть плотнее.

— Только не снова, Айви. Ты больше не будешь испытывать эту боль.

Айви закатила глаза, отпустила его руку и потянулась, чтобы погладить по щеке.

— Если ты не хочешь отказаться от секса, это обязательно повторится.

Его жвалы опустились.

— Мне не нравится такой выбор.

Ахмья усмехнулась.

Айви ухмыльнулась ему.

— Либо одно, либо другое, человек-паук. Твой выбор. Я знаю, что выберу.

— Я выбираю, чтобы ты была в безопасности, Айви, — его голос был грубым и хриплым, а лицо, хотя и не могло менять выражения, все же умудрялось передавать все эти эмоции и уязвимость. — Тебе было больно, и я не мог помочь. Теперь вы оба в безопасности, — его взгляд метнулся к малышу, — и я больше не буду тобой рисковать.

Ее взгляд смягчился, и она провела большим пальцем по его подбородку.

— Роды естественны, Кетан. Всегда будут риски, всегда будет боль, но они не могут помешать нам жить, и разве они останавливали нас раньше?

Кетан прижал головной гребень ко лбу Айви и заурчал, лаская ее щеку.

Покраснев, Ахмья отвела глаза. Она не могла не чувствовать себя незваной гостьей в этот интимный момент между парой.

Но она также испытывала глубокое желание разделить с кем-нибудь подобные моменты. Испытать привязанность и обожание, которые она видела только со стороны, быть источником чьей-то силы, получать поддержку в собственной слабости. Делиться комфортом, дружбой и смехом. Она страстно желала разделить с кем-нибудь жизнь.