Ткачиха
Шрифт:
– Тише ты!
– Рубашечник прижал палец к губам.
– Услышат же.
– Откуда ты все это знаешь, парень?
– Мэри-Энн уперлись руками в бока и насупились так одинаково, что в другой ситуации Бетти бы неизбежно рассмеялась.
– Давно хожу в Холмах, - ответил Рубашечник так уклончиво, что всем стало ясно: он врет.
Бетти вспомнила подслушанный разговор с Охотником. Может ли такое быть, что Рубашечник вступил с ним в сговор? Насколько опасно это может быть?
Таобсьер на руках у Бетти вдруг заволновался, плюшевая овечья голова завертелась из стороны
– Что с ним?
– вскрикнула девочка.
– Ветер меняется, - ответил Рубашечник.
– Слишком быстро меняется. Бежим! Нам надо добраться до следующего Холма, может быть, мы сможем укрыться там!
Глава 11.
Очень скоро Бетти и сама ощутила, что такое смена ветра. Она продрогла до костей, и бежать становилось все тяжелее: ее тяжелые ботинки с чавкающим звуком утопали в Топях, а Таобсьер намок и оттягивал руки. Но спустить его на землю она не решалась: ей показалось, что взволнованный ветер ищет у нее защиты.
Рядом ворчала Энн, оставившая надежду спасти туфельки, Мэри спрятала карту в сумку и сосредоточилась на преодолении топей, и только Рубашечнику, казалось, все было нипочем: он запросто перешагивал особенно гадкие места в траве, и шаг его был таким легким, словно он все еще гулял по Лесу в поисках ягод.
– Что за ветер дует?
– крикнула Бетти, и ей в лицо тут же прилетела сияющая паутина нитей. Отбиваясь от нее одной рукой, Бетти подумала, что чьи-то потерянные воспоминания мало отличаются от обычной паутины в мокром темном лесу.
– Опять Татгэвит!
– услышал ее Рубашечник.
– Ты уже встречалась с ним! Он никогда не повторяется! Всегда дует по-разному.
– Мне все равно, как он дует!
– у Бетти слезились глаза, и устоять на ногах становилось все сложнее.
– Я хочу укрыться!
– Пока негде, держись!
– Рубашечник охнул и провалился куда-то вниз.
– Рубашечник!!!
– девочки кинулись к тому месту, где он только что стоял.
Оказалось, что равнина в этом месте заканчивалась резким обрывом. Рубашечник скатился вдоль него и теперь сидел на сырой земле, тщательно наматывая на запястье полезную нить. Он поднял голову на оклик и помахал рукой: мол, спускайтесь сюда скорей! А спуститься было нелегко.
У Бетти все еще были заняты руки: она не могла отпустить Таобсьера. Она осторожно примерилась и попробовала сойти боком. Этот способ ей показал прошлой зимой Артур Ним, когда они сбежали из школы, чтобы пойти на большие горки. Артур Ним еще назвал это 'лесенкой' и объяснил, что так сложнее упасть. Как давно это было! И потом, ведь одно дело - спускаться с городской горки для катания на ледянках, и совсем другое - со скользких и мокрых холмов, где даже за траву не ухватиться, да еще и с грузом в руках. Бетти в очередной раз пожалела, что с ней нет Артура: он бы обязательно что-нибудь придумал! Что-то простое и практичное, что могло бы решить ее проблему намного быстрее. И чего уж точно не
На мгновение Бетти подумала, что слишком много хочет от Рубашечника, но потом поскользнулась, и мысль снова ушла в сторону. Но по эту сторону холма Татгэвит безумствовал намного слабее, и она смогла удержать равновесие и продолжить спуск.
Слева от нее так же осторожно спускалась Мэри, оберегая сумку с картой и чайником. Вдруг со свистом и радостным крикам мимо проехала Энн.
– Ты что?!
– закричала Мэри, а Рубашечник рассмеялся.
Энн поднялась с земли, отряхнула свое белое платье, перепачканное теперь в грязи и зеленых следах, и лучезарно улыбнулась:
– Вспомню себе новое, когда все это закончится!
– Сумасшедшая, - пробурчала Мэри себе под нос и продолжила аккуратный спуск.
Бетти заметила, что ее туфельки никак не пострадали и оставались такими же белыми.
– Идите скорее сюда, - быстро заговорил Рубашечник, когда девочки оказались в низине.
– В этой пещере мы можем переждать очередное явление Татгэвита. По моим расчетам, следом за ним придет добрый Диртгэвит, и мы сможем пойти дальше.
– Тогда пошли скорее, - Энн решительно шагнула в пещеру.
– Незнакомые пещеры... Кто знает, кого мы там встретим?
– покачала головой Мэри, шагая следом.
– И девочка совершенно права, - раздался из глубины пещеры голос, показавшийся Бетти смутно знакомым.
Она увидела, как напрягся и побледнел Рубашечник и как быстро убрал за спину руку с нитью.
Мэри-Энн синхронно сделали шаг назад. Из темноты выступил высокий человек, завернутый с головы до ног в плащ из травы. Капюшон был надвинут так низко, что лицо терялось в тени. Только тут Бетти обратила внимание, что пещера тускло освещена: все те же нити, скрученные в узлы и развешанные по стенам, светили, будто тусклые лампы.
– Кто вы?
– спросила Бетти, решительно шагнув вперед. От Рубашечника все равно мало толку, решила она.
– Смелая девочка, - одобрительно хмыкнули из-под капюшона.
– И куда вас занесло...
– Извините нас за вторжение, - чинно заговорила Мэри, вцепившись в ремешок своей драгоценной сумки.
– Мы всего лишь хотели переждать нашествие Татгэвита. Если мы вам помешали, мы немедленно уйдем.
– Оставайтесь. Татгэвит нынче ненадолго. К тому же когда еще выпадет шанс нам с тобой поговорить, так, Рубашечник?
Бетти вздрогнула. Она поняла, где слышала этот голос! Человек откинул с лица капюшон, и она увидела того самого Охотника с лесной опушки! Эту квадратную челюсть и вытесанные черты она ни с чем бы не перепутала!
– Это Охотник!
– крикнула она, крепче прижимая к себе маленький ветер.
Дымчатая овечья голова обзавелась облачными рогами, устремленными в сторону человека в плаще.
– Догадливая, - без улыбка ответил тот.
– Да, я Охотник. И я предупреждал, Рубашечник: не стоит сюда идти.