Тлеющий уголек

Соренсен Джессика

Существо движется нечеловечески быстро, словно в тумане он обрезает веревки на моих запястьях и возвращает мне свободу. Потом он разворачивается, хватает детектива Краммер за плечи и уносит в небо. Раздается ее болезненный крик, и Жнецы отрываются от земли, пружиня в воздухе и улетают.

– Страстный, когда в бою, - бормочу я и быстро сажусь, развязывая ноги. Затем мчусь к Рэйвен, она лежит лицом в грязи, и я аккуратно переворачиваю её на спину. Её глаза закрыты, и кровь вытекает из открытой раны на шее.

– Рэйв, ты слышишь

меня?

Она вздохнула, и её глаза распахнулись:

– Боже, я думала, я...

Я подсовываю под неё руку, помогая встать на ноги:

– Давай, мы должны уйти прежде, чем они вернуться за нами.

– Слишком поздно, - говорит Гаррик, приземляясь прямо перед нами. У него человеческий голос, но под капюшоном фигура скелета; острые скулы, пустые глаза, бездушное сердце.
– Эмбер, нет смысла сопротивляться. Мы каждый раз побеждаем. И знаешь почему?

Рэйвен навалилась на меня, закрыв глаза, пока я на дюйм отошла к лесу:

– Потому что ты связана с Мрачным Ангелом пока они не сломаются. Ты не сдашься.

Он идет за мной след в след, его плащ шлейфом развивается за ним:

– Потому что зло играет грязно - мы те, кто нарушает правила. – он раскинул руки в сторону, держа нож.
– Таким образом, зло всегда побеждает.

– Иди в лес, - шепчу я на ухо Рэйвен, подталкивая ее вперед.
– Сейчас.

Она моргает на меня:

– Я не оставлю тебя... Они хотят тебя убить.

– Нет, они хотят сделать меня одной из них, - говорю я.- Они не могут убить меня.

Нехотя, она выскальзывает из моей руки и ковыляет в тень деревьев, свободная от власти Жнеца.

Пустота душит мое горло, когда я иду к Гаррику, раскинув руки в сторону:

– Давай, убей меня.

Он ухмыляется, и огонь громко трещит за ним:

– Ты знаешь, я не могу этого сделать. Но я могу ранить тебя, - без каких-либо колебаний от одного из нас, он вонзает нож в мое горло, разрывая кожу и вены. Булькает кровь, и я зажимаю ладонью рану, когда успокаивающий шелест деревьев и цветов, прорастающих из земли, мгновенно соединяется со мной, и накладывают швы на кожу.

Гаррик тихо посвистывает, вытирая кровь с лезвия о плащ:

– Это было быстрее, чем должно было...Нет, ты не можешь быть...могла бы...

Пока он разглагольствует сам с собой, я, воспользовавшись возможностью, бью его коленом в живот, затем я разворачиваюсь и ударяю его локтем в лицо. Контакт кость-с-костью притупляет боль в локте, и я ударяю его кулаком в нос. Тактика барной драки в работе. Гаррик падает вниз, как мешок с картошкой.

Я несусь по лесу прочь от него, но он ползет вперед на животе, его пальцы обернулись вокруг моей лодыжки, дергая меня вниз, на мое лицо. Я бью ногой в его лицо, но он только смеется.

– Ты не можешь убивать смерть вечно, - его голос резкий, и кровь потоком стекает по его лицу.
– Было очень занимательно наблюдать, как ты пытаешься проанализировать тысячи

моих смертей.
– я опять бью его, но он только сильнее смеется.
– Знаешь, у тебя гораздо больше силы, чем ты думаешь, просто ты не знаешь, как её использовать.

Пока я цепляюсь руками за землю, его руки движутся вверх по моей ноге, как тугие веревки, и в это время ворона приземляется передо мной. Тогда он ударяет меня ножом в голень и хватает за волосы, поднимая на ноги, и потянув за собой. Боль стреляет вверх по моей ноге, а кровь хлещет вниз.

– Помоги мне, пожалуйста, - шепчу я птице.
– Пожалуйста...

Она прыгает из стороны в сторону, раздумывая.

– Пожалуйста, птица. У меня ощущение, что ты можешь слышать меня, - шепчу я, прихрамывая, чтобы удержать равновесие.

Я готова сдаться, когда руки Гаррика вдруг оставляют меня, и звук хлопающих крыльев заставляет ворону нырнуть в деревья. Не задумываясь, я рванула в темный лес.

– Рэйвен, - шиплю я, ища за деревьями и возле кустов, заходя глубже в лес. Звезды мерцают между трещинами ветвей над моей головой, и я слышу крики и вопли на расстоянии.

– Рэйвен, - я решилась крикнуть, ветки хрустят под моими ботинками.
– Где ты? Это я, Эмбер.

Я продолжаю идти, зная, куда я иду, но переживаю, что Рэйвен не знает:

– Пожалуйста, ответь мне. Обещаю, никто не причинит тебе боли.

Когда я шагаю на кладбище, я боюсь, что она может потеряться в деревьях. Мне нужен телефон и небольшая помощь, поэтому я быстро направляюсь к железным воротам. Как обычно, на кладбище тишина и смерть. Деревья отбрасывают тени на землю, и забор блокирует большинство уличных фонарей. Мои крылья разорваны, моя кожа пропитана кровью, и я хромаю при ходьбе.

Я скольжу через надгробия, стараясь не наступать на них, и от ветра скрипят петли калитки.

Я иду к воротам, когда я слышу шепот и, быстро развернувшись, бегу к деревьям:

– Эй...Рэйвен, это ты?

Когда кто-то выходит из-за дерева в задней части кладбища, преграды в моем теле рушатся. Одетый в черное, он сливается с ночью, но его волосы белые, как призрак. Его длинные ноги вытягиваются перед ним, как он шагает по траве ко мне.

– Ну, неужели это моя самая преданная фанатка, - говорит Камерон, и мои внутренности прошибает холодом.

Против моей власти, я останавливаюсь рядом с памятником Мрачному Жнецу, будто он контролирует мое тело, но не меня:

– Что ты делаешь здесь?
– спрашиваю я.

Свист и вдруг он стоит прямо передо мной, его глаза темные как угли, его лицо романтично-поэтичное:

– Не притворяйся, что я не нравлюсь тебе, Эмбер.
– губы растягиваются в улыбке.
– Ты можешь притворяться, что не заинтересована во мне, но я знаю, что это не так.

Закрыв глаза, я напрягаю мышцы, чтобы оторвать ногу от травы - попытка заставляет меня снова двигаться в сторону ворот: