Тьма

Дружинина Александра

— Прости, что я спросила… Просто мне необходимо было знать, виновато произнесла я.

— Ничего, — улыбнулся оборотень. — Ты имеешь право знать.

— Скажи, а что было в той шкатулке? — решилась спросить я.

— Философский камень, — серьезно ответил король, и вновь перевел взгляд за окно.

А за окном начался мелкий, холодный дождь.

Глава 15

От свиньи до сала — один хрюк.

NN

Я

тенью скользила по городу, задерживала дыхание при встрече с делающими обход стражниками и скрывалась за поворотом, услышав шаги. Сердце готово было выпрыгнуть из груди и начать бить в барабан — чтобы все слышали, чтобы все узнали. Глупая человечка в третий раз за свое пребывание в этом мире делает опасную ночную вылазку. Хотя, у меня есть оправдание, по крайне мере в первый и последний раз. А вот во второй — лезть за смолой на кладбище было ужасно глупо. Хотя, и в ту вылазку неожиданно узнала много полезного.

Дорога до дворца, где должен находиться мой сын, заняла почти пол ночи, ведь я не знала куда идти. Решила пойти по самой большой и красивой улице, и в результате пришла к городским воротам. Рассудив, что дорога от ворот и ведет ко дворцу, развернулась и пошла обратно. Рассуждения оказались верны, и скоро показался шпиль дворца, увенчанный половинкой звезды — знаком короля кочевников.

Когда до дворцовой площади остались считанные метры, впереди послышались шаги — очередной патруль делал ночной обход. Пришлось спрятаться за толстый ствол дерева и переждать, пока силуэты мужчин не скроются за дальним поворотом, а голоса не стихнут.

Вообще, здесь очень добропорядочные граждане — ни одной души на улице, все соблюдают закон и сидят по домам. Видимо, здесь очень строго с комендантским часом, прямо как у нас в садике было.

Дорога опустела и я заскользила вдоль стены, огибая площадь с тенистой стороны, где меня не могли заметить дозорные. Добравшись до дворца я несколько раз обошла его там, где меня было не заметно. Правда, никакого смысла в этом не оказалось — западное крыло замка было глухой каменной стеной, без окон, и, естественно, дверей. Только под самой крышей было нечто вроде чердачного окна, но забраться туда не представлялось возможным — рядом не росло ни единого подходящего дерева, только низкорослые мирты, а в стене не нашлось ни одного выступа, так гладко отполировали камни.

Хм… дерево, дерево… точно! Как я сразу не догадалась? Ведь можно вырастить его, кажется у меня еще осталась та жидкость, которую изобрел Ганс.

Я пошарила по карманам, но ничего не обнаружила. Ну конечно, глупая, невнимательная Кира! Ведь пузырек с зельем остался в сумке, сама же его туда и переложила. Ну это надо же так сглупить! Ну ничего, сейчас вернусь за зельем и тогда…

От прикосновения за плечо я не просто вздрогнула — я подпрыгнула, резко разворачиваясь.

О нет… я попалась… теперь главное, не выдать себя. Только не выдать.

— Алутен сиоли? — спросил стоящий передо мной стражник, сурово глядя из-под сдвинутых бровей.

И

что мне делать? Ответить да или нет? Что он спросил?

Решив, что с лицами, исполняющими служебные обязанности, лучше не спорить, утвердительно кивнула.

Охранник нахмурился еще больше.

— Таура, — он подтолкнул меня в спину и кивнул куда-то в сторону.

Я непонимающе на него посмотрела и осторожно пожала плечами.

Мужчина покачал головой, но лицо его посветлело. Еще бы понимать, чего он хочет — было бы просто замечательно!

Пока я размышляла о то, что к чему, охранник взял меня за руку и потащил за собой. Думаю, пока сопротивляться не стоит, все равно попалась. Может еще обойдется?

Странно… мы идем точно по той же дороге, откуда я пришла. Как он узнал?

Спросить этого я не могла по двум причинам: не знаю языка, и женщинам здесь право голоса не дается. Так что пришлось молча удивляться до самого постоялого двора. Охранник завел меня внутрь, и мы подошли к человеку, который дежурил на входе — невысокому старичку с блекло-желтым лицом и таким же цветом оставшихся волос. Я видела его уже несколько раз, и, думаю, он меня тоже запомнил. Вот только он весьма удивился, что я среди ночи оказалась на улице. Еще бы — ведь вышла-то не отсюда, а через окно в коридоре.

Охранник что-то сказал старичку и тот, неодобрительно посмотрев на меня, ответил. Мужчина, который привел меня, удовлетворенно кивнул и повел меня к нашей комнате, где должен был спать Нерон.

Собственно, за этим занятием мы его и застали — он спал.

Увидев меня в сопровождении представителя закона, он так же, как и все остальные до этого, нахмурился и так посмотрел на меня… мурашки по коже. Лучше бы меня в темницу отвели на пятнадцать суток.

Охранник что-то сказал Нерону, вампир ответил извиняющимся голосом, и представитель закона, оставив меня в комнате, вышел в коридор.

— Ты опять искала неприятностей среди ночи? — наигранно ласково поинтересовался вампир, скрестив руки на груди. Господи, надеюсь он не станет меня убивать? Да, знаю, я могла попасться, но ведь это мое дело — искать сына или ждать у моря погоды.

— Ты могла не только попасться, но и подставить всех нас, — тем же тоном произнес вампир, но в голосе проскользнули ледяные нотки.

С кресла на меня посмотрел заспанный люм, и я услышала его мысли:

«Ты уж извини, хозяйка, но вмешиваться в ваши семейные разборки я не собираюсь».

«Что?!», — меня возмутило не только то, что зверек меня бросил на произвол судьбы, сколько слова о «семейных разборках».

Но наглая нечисть ничего не ответила, накрыла голову лапой и тут же задремала вновь.

— Тебе идет халатик, — заискивающе произнесла я, глядя на пестрый, как оперение попугая, шелковый халат.

Жалкая попытка увести разговор в сторону провалилась.

— Тебе бы тоже пошел гораздо больше, чем черный плащ и сопровождающий в виде охранника, — вампир по-прежнему был сердит на меня.