Топ-модель
Шрифт:
Мои размышления на волнующую тему прерывает Евгения. По её взволнованному виду я понимаю, что проявился мой "поклонник". И угадываю.
– Говори с ним подольше, - горячим шепотом говорит сестра.
– А я - к соседям, попытаемся определить номер телефона.
– Вот сволочь неугомонная, - злюсь я.
– Сейчас все скажу, что думаю...
– Не вспугни, - советует Женя и кидается тенью в прихожую.
– Говори нежно...
Телефонную трубку подношу к лицу, будто это ядовитая степная гадюка. Слышу знакомый голос, дребезжащий, гниловатый и похихикивающий:
–
– А это кто?
– действую, как подсказывает интуиция.
– Наверное, вы ошиблись?
– Я никогда не ошибаюсь, Маша.
– А-а-а, это извращенец, старый и облезлый, - смеюсь я, как бы вспомнив.
– Импотент который...
И слышу булькающие звуки в трубке, словно мой собеседник заливает телефон "царской водкой", состоящую из соляной и серной кислот.
– Храбрая девочка, - наконец говорит "поклонник".
– И кошечка её не напугала.
– Какая, - спрашиваю, - кошечка?
– Кошка Маша.
– А-а-а, так ты, дядечка, ещё и живодер.
– Она умерла естественной смертью, - считает нужным поставить меня в известность.
– Хотя согласен: шутка неудачная.
– А с журналами тоже твоя шутка?
– Моя, - честно признается.
– Хочу, чтобы ты, Мария, научилась принимать всевозможные художественные, так сказать, позы.
– Зачем?
– Исключительно для красоты. Учись, Маша, учись, это тебе пригодится в жизни. Говорю это, как истинный ценитель женской красоты.
Я заставляю себя держать телефонную трубку близ уха и спокойно продолжать диалог:
– А одежду из раздевалки, зачем воровать, ценитель?
– Ха-ха, - заливается смехом.
– Как это зачем? Я все делаю для удовольствия, Маша. Знаешь, чем твои трусики пахнут? О, это такой божественный запах... Я их сейчас нюхаю... и получаю удовольствие, теребя себя...
– Идиот, - не выдерживаю я, и делаю нелогичное заключение.
– Значит, и фотографа убил ты, нюхач?
– Э, нет!
– протестует.
– Вешать этот труп на меня не надо, как новогодний шар на елку. Я так пошло не играю, Мария. Это игры простаков. Но обещаю тебе: трупики будут... Прости, девочка, что-то я заговорился...
Я слышу в трубке шумный прибой вечерней фиолетовой улицы, потом короткие гудки. Как себя можно чувствовать после подобного разговора? Правильно - отвратительно, будто твою душу окунули в раствор все той же "царской водки". Бр-р! Что же добивается этот психопат, поломанный на сексуальной почве? Моего внимания или меня саму? Кто он такой? Без всяких сомнений, имеет отношение к миру Высокой Моды. Мало того, что шкодливо ворует тряпки, так, вполне вероятно, знает, кто убил фотографа. Он их назвал, кажется, "простаками"... Хороша простота: перерезать горло от уха до уха... Что же делать?
Прежде всего, уничтожить отвратительное чувство беспомощности. Маньяк мечтает поиграть со мной в игру, правила которой мне неизвестны. Что ж, поиграем, любитель порнографических картинок, поиграем...
Размышляя на столь актуальную тему, иду
Сладко-приторное вино истребляет запах серы и вкус соли. Прекрасно! Мой враг допустил главную ошибку - он решил играть со мной в поддавки. Он, наверное, посчитал, что я слабый противник и со мной можно пооткровенничать. Дурак, он не понимает, что даже молоденькая и неопытная девушка способна на инквизиторское коварство.
В кухню вбегает Евгения. У неё такой вид, будто вырвала из преисподней за рога закопченного беса.
– Молодец, Маруся, - кричит она.
– Мы его поймали!
– Как поймали?
– Поймаем, - поправляется и объясняет, что с трудом, но номер телефона маньяка ей удалось добыть на АТС.
– Это во Внуково. Сейчас вызываю Максима, и мчимся туда. Прищучим гадину за хвост...
И убегает в комнату, где находится телефон. Что за чудеса, удивляюсь я, все так просто? Даже испытываю разочарование: готовилась к затяжным боям, а враг уже почти полонен. Подозреваю, что не все так бесхитростно, как кажется на первый взгляд.
– Хватит пить, - снова появляется в кухне Женя.
– Руки в ноги и вперед!
– Куда?
– поднимаюсь из-за стола.
– Во Внуково, балда, - кричит сестра и сообщает, что Максим готов нам помочь - мы его перехватим у метро "Юго-Западная".
– А ты уверена, что маньяк сидит и ждет нас?
– Адрес есть, что еще? Улица Коммунистическая, дом 24.
– А квартира?
– Какая ещё квартира?
– Номер квартиры какой?
– Там частные владения, - отмахивается Евгения, заканчивая сборы. Надо прекращать эту историю - хирургически.
– То есть?
– Кастрируем мерзавца по самое "хочу"!
– цапает со стола кухонный нож для резки мяса.
– Сделаем "не могу", ха-ха!
Я с интересом и удивлением смотрю на сестру: что-то новое и неожиданное проявилось в её поведении. Такое впечатление, что в неё вселился демон. Столь энергичной и решительной я её ещё не видела. Что случилось? Евгения объясняет, что она не любит, когда кто-то пытается играть с ней, как кошка с мышкой. Хватит! Она думала - шутки шутят, коль это не так, то наши действия должны быть равнозначны угрозам.
На улице гуляют сиреневые сумерки - удобное время для мести и кастрации сексуальных маньяков.
Мы запрыгиваем в старенькое "Вольво", и я вспоминаю о двух любяще-семейных "ОО". Они пошли в театр, отвечает Женя, выруливая машину со двора, смотреть премьеру спектакля: "Чисто английское убийство".
Я смеюсь: зачем ходить в театры, если жизнь бывает более занимательной, чем всякие выдумки великих драматургов. Сестра соглашается с одним только уточнением: преступлений в государстве много, а вот наказаний практически нет; населению самому приходится наказывать преступников. Жаль, что огнестрельное оружие не продается на каждом углу: продавалось - порядка было бы куда больше.