Торнадо нон-стоп

Солнцева Наталья

Смирнов уже навел справки и знал, что Дениса Аркадьевича убили во второй половине дня, в собственном доме, в рабочем кабинете, – стукнув какой-то дурацкой статуэткой по голове. Проломили височную кость. Удар должен был быть достаточно сильным, но в то же время, если знаешь, куда бить, то… Однако, кто стал бы прибегать к такому невообразимому способу? Может, спецслужбы изощряются, чтобы замести следы?

Это предположение, как слишком невероятное, чтобы быть правдой, господин Смирнов после некоторых размышлений отбросил.

Его мысли вернулись к Громову. Игорь Анатольевич объяснил, что Матвеев помог ему вернуть похищенного внука. Он не стал вдаваться в подробности, но Славка умел сопоставлять

и анализировать факты. Прикинув, когда примерно случилась беда с маленьким Артемом, он сообразил, что вскоре в окружении Громова произошли серьезные перемены. Во-первых, отбыл в неизвестном направлении, а потом и вовсе бесследно исчез Штырь, – правая рука и ближайший соратник Громова, его старый друг, с которым многое связывало. Штырь якобы поехал налаживать бизнес в Чехию, открывать там филиал фирмы, и пропал. Сначала думали, что Александр Дмитриевич скрылся с большой суммой денег, но это не подтвердилось. Потом пришли к выводу, что кто-то свел с ним старые счеты. Но и это могло оказаться не совсем так. Наконец, пришло сообщение, что Штырев был найден мертвым в одном из номеров захолустной гостиницы. Причина смерти – кровоизлияние в мозг. Вдова не стала поднимать шум, тихонько похоронила супруга, и на том дело закончилось. Если верить официальной информации, Штырь был похоронен в закрытом гробу, и никто толком не мог подтвердить, он это был или не он. Вдова, заболевшая от горя, уехала за границу поправлять здоровье, наотрез отказавшись от всяких комментариев.

Чуть позже вышеописанных событий с зятем Громова Андреем случилась неприятность. Молодой человек поехал с друзьями на охоту, и там, в лесу у него начался сердечный приступ. Охотники заняли разные места в болотистом леске, у заросшего камышом озера, чтобы стрелять уток, и никто не услышал, как Андрей звал на помощь. Возможно, что он и не звал, а просто упал, когда ему стало плохо. Причем упал он весьма неудачно, – лицом вниз, да еще в лужу, и захлебнулся. Когда товарищи стали его звать, искать вокруг озера, и обнаружили, наконец, что произошло, – Андрей был уже мертв.

Эта трагедия едва не стоила жизни Марине, дочери Громова. Ее первый супруг погиб в автомобильной катастрофе, и второй окончил жизнь вот так нелепо, так ужасно. Громов отправил дочь, жену и внука в Ялту, чтобы они отвлеклись от страшного горя, обрушившегося на семью. Марина была в таком состоянии, что не смогла присутствовать на похоронах. Громов все сделал сам. Он похудел, почернел, – на него страшно было смотреть. Только дела и необходимость заботиться о семье давали ему силы преодолевать все.

Было и еще одно, из-за чего Громов не мог позволить себе опустить руки, заболеть, впасть в печаль и раскиснуть, – Алла Викентьевна. Смирнов не имел никаких фактов, никаких доказательств, никаких видимых оснований так думать. Но он чувствовал и понимал, как один мужчина чувствует и понимает другого, что Алла Викентьевна имела то особое, не поддающееся описанию влияние на Громова, которое только любимая женщина может иметь и оказывать на мужчину.

Если учесть, что перед всем этим Игорь Анатольевич пережил похищение внука, то становилось вполне понятным и объяснимым, что начатая им политическая кампания была приостановлена, а потом и вовсе сошла на нет. Правда, сам Громов сказал Славке другое: он заявил, что происшествие с Артемом было связано именно с политической деятельностью, и что целью шантажа был отказ Громова от политической карьеры.

В принципе, Смирнову были глубоко безразличны эта политическая возня, бизнес и семейные дела бывшего шефа. Он не собирался ломать над этим голову и гадать: что, как и почему. Но в свете полученного задания все вышеизложенное приобретало совершенно новый смысл и могло иметь новую и неожиданную подоплеку.

Славка

задумался над все тем же вопросом: зачем Громову какие-то записки? Какое ему дело, в чьи руки они попадут? И почему это его так волнует? Может быть, происшествия со Штыревым и вторым мужем Маринки не такие уж случайности, как кажется на первый взгляд? Допустим, Матвеев помог Грому разыскать внука. Ну и что? Даже если отбросить вопрос, как ему это удалось, возникает новый. Почему его убили и как это может касаться уважаемого Игоря Анатольевича? И что Матвеев мог понаписывать такого в тех дневниках, чтобы это волновало такого человека, как Гром?

А может быть, Матвеев слишком много знал? О том, например, кто и зачем похитил Артемку? Куда потом делся Штырь? И что на самом деле произошло с Андреем? Или еще про какие дела господина Громова, уважаемого человека, бизнесмена и начинающего политика?

Может быть, Громов имеет самое прямое отношение к убийству Матвеева? А в дневниках или записках, которые он хочет во что бы то ни стало заполучить или уничтожить, содержатся опасные для него сведения? И если эти данные попадут в чьи-то руки, то Громов окажется в зависимости от определенных людей? Он этого, конечно же, не желает. Вот и нанял Славку, чтобы тот таскал для него каштаны из огня.

– В конце концов, какая разница, как зарабатывать деньги? – подумал господин Смирнов. – Если Грому нужны эти записки, я постараюсь их найти!

Но была и еще одна причина, по которой Смирнов принял решение продолжать заниматься «делом Матвеева», – ему стало интересно! Его заинтересовал этот красавец-мужчина, «супермен» Денис Аркадьевич, дрессировщик собак, к тому же еще и сочинитель таинственных записок, за которыми охотятся разные странные ребята.

Кстати, а где такой дядя мог бы хранить эти самые записки? В московской квартире? Не похоже. Он туда редко приезжал, а такая вещь, как дневник, должна быть всегда под рукой. А ну, как срочно что-то записать потребуется? Какую-нибудь гениальную мысль? Нет… В клубе тоже прятать неудобно. Во-первых, далеко; а во-вторых, слишком много посторонних. Хоть у Матвеева и был в клубе собственный кабинет, все равно рискованно. Значит, искать нужно в доме, именно здесь он их и хранил, – никак не иначе.

Если учесть все обстоятельства дела плюс то, что еще кто-то, кроме Грома, мог знать о бумагах и искать их, московская квартира, клуб и дача уже обысканы самым тщательным образом. Смирнов чувствовал, что Игорь Анатольевич прав, – знал кто-то о бумагах или нет, они не найдены. Так ему подсказывала интуиция. И поскольку больше никто ничего господину Смирнову подсказать не мог, он и принял свою догадку за исходное данное.

Славке все сильнее хотелось есть, и он проклинал свою непредусмотрительность. Кто ему мешал прихватить с собой пару бутербродов? Сейчас бы не мучился. Одно утешало, что не надо искать туалет. Тепло, никто не видит, и сколько угодно кустов вокруг.

Ему надоело торчать в зарослях, полных муравьев, и пялиться на дом Матвеева, во дворе которого все так же расхаживал милиционер, и все так же выли собаки. Больше ничего интересного не происходило. Не интересного, кстати, тоже. Просто жара, скука, муравьи и никаких, никаких изменений!

И вдруг, совсем рядом с сараем, за которым прятался господин Смирнов, раздался шорох. Славка насторожился. Кто бы это мог быть? Может, забежал поспать в тени какой-нибудь бродячий пес? Черт, только этого еще не хватало! Если он вздумает лаять, то два буля в вольере Матвеева поднимут такой шум, что мало не покажется. Впрочем, может, и нет. Смирнов вспомнил, как именно воспитывали собак в клубе Дениса Аркадьевича, и несколько успокоился. Псы не должны лаять просто так, без видимой угрозы их хозяину. Но где их хозяин? Его же нет, он убит…