Транс
Шрифт:
– Пугни его, – приказал я пауку.
Трубка дрогнула, и над головой Охотника в стене появилась вмятина. Облачко пыли медленно осыпалось на спинку кресла. Запахло паленым.
Мне очень не хотелось превращаться в человека, но я сделал это. Правда, пришлось помучиться… Чрезвычайно трудно вылезать из шкуры аморфного существа. Слишком силен соблазн оставаться сильным, могущественным, способным управлять процессами. Как лихо я управился с бокалом, разбившимся, вероятно, где-то за пределами Башни!
– Ты разгадал одну загадку. Вернее, я подсказал тебе. Ключ – мерчанка, похожая на твою девушку. Мерцы появляются в городе по моей воле – верно. А кто такой Хогерт?
– Преступник, как, собственно говоря, и все, живущие в городе. Для меня здесь нет тайны, – сказал
Охотник отхлебнул из своего бокала, цокнул языком.
– Правильно. Но… они мертвые преступники. Покойники. Достаточно будет прочитать сообщение в одной из газет трехлетней давности, и ты убедишься, Хогерт погиб при загадочных обстоятельствах – с точки зрения журналистов – в тюрьме, в камере, охраняемой тремя полицейскими… Хогерт обвинялся во взрыве автобуса с пассажирами… Пиру, как тебе известно, при захвате самолета… Кто еще тебя интересует? Я могу перечислить все преступления оказавшихся здесь людей. А ты проверишь, вернувшись в свой мир. О смерти Пиру, кстати, узнаешь из итальянских газет. Там есть и его фотографии.
– Значит, ты можешь оживлять покойников, определяя одних в мерцы, других – жителями города, похожими на людей.
– Определяют приборы, – сказал Охотник, кивнув на корыто. – Лишь они решают, кого переправить в город и в каком виде. А теперь скажи: есть у вас закон, запрещающий снимать копии с покойников? Ведь их тела остаются там, где они захоронены. В городе только копии – клоны, если можно так сказать.
– Но ребенок! Думаю, здесь ты согласишься?
– А что – ребенок? Обычная ошибка, сбой программы, электрон вдруг взял и залетел не туда, куда надо. Стоит ли из этого делать трагедию? Мало ли на Земле гибнет невинных детей в нынешнее время? А сколько их рождается жить, дышать отравленным воздухом, умирать от голода, гибнуть под колесами автомобилей?.. Собственно говоря, ведь и город – часть вашего мира, правда более густо заселенная преступниками. Разве у вас в тюрьмах не рождаются дети?.. Где закон, запрещающий преступникам иметь детей? А теперь посчитай, сколько ваших алкоголиков производит на свет уродов… Программа, которую я заложил в компьютер, с высокой степенью точности исключает возможность появления в городе невинного существа, как, впрочем, и любого умершего естественным путем, не говоря о живущих. Заметь, женщина, опекаемая Хогертом, еще не родила. Да и родит ли?
Он посмотрел на меня, ожидая возражений, готовый разбить все мои сомнения и обвинения, – уверенность светилась в его глазах. Но, клянусь, был в них и страх.
– Формально вроде бы ты прав – законов не нарушал. Но есть ведь законы нравственности. Кто дал тебе право трогать трупы?
– Трупы?.. – Охотник поднес бокал ко рту, отпил глоток, вытер губы тыльной стороной ладони. – Ваша официальная наука не занимается проблемами такого рода… Но я все же постараюсь объяснить. – Он поставил бокал на стол. – Мытари. Так у вас называют тех, кто, наложив на себя руки – преступник, как правило, – не принимается ни в один из кругов духа, где продолжает существовать всякий закончивший телесную жизнь. Ведь со смертью тела жизнь не прекращается… От мерцев же, оставь я их нетронутыми в своих могилах, появлялись бы всякие странности, мешающие течению и пониманию законов в вашем мире. Мерцы – мытари, проклятые людьми и обреченные скитаться меж кругов духа. Вспомни того, кто призывал быть милостивыми к падшим. Этот человек заботился не столько о самих падших, сколько о живущих.
– А эксперименты с кровью – зачем они? – прервал я Охотника, затеявшего разговор о чем-то непонятном для меня. Напрасно он пытается пристегнуть к беседе мистические загогулины. Или он намеренно пытается запутать меня мудреными разглагольствованиями о загробной жизни? – Зачем тебе кровь?..
– Довольно сложный вопрос… Я не специалист и, наверное, вряд ли смогу ответить на него достаточно убедительно.
– Не надо скромничать. – Я усмехнулся. – Если судить по масштабам твоей деятельности… Одни больницы чего стоят!
– Конечно, мои соотечественники – не все, разумеется, – могут популярнее объяснить программу спасения
– Никогда не думал, что земляне однажды станут жить в четырехмерном пространстве… – растерянно проговорил я, глядя в бесстрастное лицо Охотника. – Но как могут помешать этому детские пистолеты?
– Тень – это аналог двухмерного пространства: чтобы ее уничтожить, надо лишь убрать источник света. В трехмерном мире уже может существовать разум, и жителям четырехмерного пространства надо быть чрезвычайно осторожными, чтобы, «выключая свет», не погубить разум трехмерного мира…
– Я – старатель, – напомнил я, запутавшись в пространных рассуждениях Охотника. – При чем тут переход границы в 2072 году?
– К этому времени, если вы не подчинитесь законам Кольца, будете сожжены. Агенты Камоса давно прилетают на тарелках и обследуют Землю, отыскивая особей, способных двигать науку Кольца. Они будут увезены и поселены в научные центры для работы. Остальные земляне по законам Кольца должны быть истреблены. Так уже было на Земле и других планетах… Именно потому я и мои друзья решили спасти вашу цивилизацию. Есть в вас что-то такое, необычное, какая-то внутренняя свобода, дающая вам право нарушать законы Кольца. Такое право имеет лишь Большой Разум, живущий в тридцатидвухмерном пространстве. Это он предложил Камосу послать к Земле Планету Очищения… Но мы спасем вас. Уже найден мир, способный принять людей. Необходимо лишь изменить состав их крови – для успешной адаптации, поскольку в этом мире иная сила притяжения, иной климат, другая вода и растительность…
– А если люди не согласятся? Ведь к тому времени мы, вероятно, сможем противостоять Камосу, – возразил я.
– Цивилизация Камоса существует миллионы ваших лет. Ее агенты не дадут вам развиться, даже если и появится такой шанс, что вряд ли возможно… Вас задавят землетрясениями, авариями на ядерных реакторах и складах с ядерным оружием. А эпидемии?! Ты представить себе не можешь, что они умеют! А Большой Разум, стоящий на стороне Камоса?.. Нарушители законов Кольца караются смертью.
– Сам не боишься? Вдруг вездесущие агенты узнают о твоей, как я понял, тайной «благотворительности»?
– Я и мои друзья рискуем. Но у нас уже есть опыт. Мои предки спасли ваших рептилий – динозавров, птерозавров… Эти существа и сейчас живут и здравствуют на отведенных для них планетах.
Я вспомнил пластик и рисунок на нем в древней больнице, показанной мне Амиром. Неужели все было так, как рассказывает Охотник?
– Странно все это… Камос, цивилизация… А если они все же передумают воевать с нами?
– Воевать? Забудь такое слово. Вас просто лишат атмосферы. Вы сгорите в солнечных лучах, задохнетесь… Как только Планета Очищения приблизится к Юпитеру и ваши астрономы заметят ее, сработают автоматические системы. Начнется массовая телепортация людей на другие планеты. Думаю, к тому времени нам удастся изменить вашу кровь. Потребуется вдесятеро меньше времени, чтобы твои соплеменники стали могучими и сильными… и уважающими законы Кольца.