Траун
Шрифт:
— Не нужно, ведь это плоды вашей сообразительности. — Он собрался было убрать планшет, но тут перед его глазами всплыло новое сообщение. — Постойте, тут еще что-то пишут. Контейнеры с тибанной...
Он умолк.
— Полковник, что-то случилось? — проявил инициативу Траун.
— Случилось, еще как. — Набрав побольше воздуха, Юларен снова передал чиссу планшет. — Двенадцать из двадцати спасенных вместе с «Дромедаром» контейнеров оказались пусты.
У Илая отвисла челюсть.
— Пусты? Это невозможно. Они были за электрозавесой.
— Как видно,
Илай поморщился. Траун сам озвучил эту идею в присутствии бандита.
— Через обшивку?
— Нет, обшивка цела, — качая головой, ответил Юларен. — Придется разбирать все до винтика, чтобы понять, как он это провернул.
Долгую секунду все трое только молча переглядывались.
— Зато вы спасли корабль, — наконец утешил их офицер службы безопасности. — Вместе с половиной груза и всем экипажем. И арестовали почти всю шайку пиратов.
— Если вспомнить, что Верховное командование ценит тибанну выше всего прочего, — проговорил Траун, — то в их глазах, как говорится, невелика победа.
Голос его не дрогнул.
Но от выражения на лице лейтенанта у Илая по спине побежали мурашки.
В некоторых легендах говорилось, на что способны чиссы, если их загнать в угол или перехитрить. Все эти сказания заканчивались печально.
— Отношение можно переломить, — выдавил Юларен. — Не берите в голову. Еще не вечер, и лично я считаю, что половина хлебной горбушки — это лучше, чем без хлеба вовсе. Прорвемся. — Он криво улыбнулся Трауну. — А если флот решит, что вы ему не нужны, ИСБ примет вас с распростертыми объятиями. — Он похлопал себя по груди, затянутой в белый мундир. — Бьюсь об заклад, в белом вы будете сногсшибательны.
— Благодарю, полковник, — ответил чисс. — Но мои способности и умения лучше всего применимы в космических сражениях.
— Тогда приложим все усилия, чтобы вы остались на своем месте. — Полковник окинул взглядом зал. — Кажется, я приметил вон там военного министра. Чего мелочиться, будем сразу брать крупные цели. Если нам повезет — и если он уже успел набраться, — то процесс против вас прекратят по одному его слову.
— Прошу вас, ваше превосходительство, — пролепетала Аринда, пятясь к двери. Нечаянно втянутый с дыханием спайс жег и одновременно холодил легкие. Что это на него нашло?
В любом случае она мало что могла поделать. Дверь, надо полагать, заперта, окна не пробить, да и этаж все равно пятитысячный.
— Ах, какой умник ваш сенатор Ренкинг, — с прохладцей, словно в обыденной беседе, проговорил Ради. — Он что, и правда думал, что это сойдет ему с рук?
Девушка тряхнула головой:
— Простите, ваше превосходительство, но я понятия не имею, о чем вы.
— О том, что он пытался моими руками записать подложные данные в компьютер высокопоставленного чина Империи, — выдал мофф голосом тихим и зловещим. — Очевидно, сенатор думал, что я так увлекусь вами, что и не посмотрю, какую карту выгружаю в систему.
Аринда вытаращилась на
— Минуту. Подложные данные? А в чем их подложность?
— Вот что вы сейчас сделаете, — продолжал Гади, оставив ее вопрос без ответа. — Возьмете эту карту, — он апатично махнул рукой на инфоноситель, который девушка все еще сжимала в руке, — и отнесете туда, куда он приказал. Оставьте на его столе, положите к другим, спрячьте под ковер — в общем, туда, куда он и сказал. И не вздумайте рассказать ему о подмене или о нашем разговоре. — Мофф приподнял брови. — Если будете следовать моим указаниям, вам ничего не грозит. В противном случае я позабочусь, чтобы вас арестовали за хранение спайса. Выбор за вами.
Легкие потихоньку очищались, но в то же время гостиная заиграла перед глазами девушки до странности четкими линиями, выпуклыми цветами, текстурами и пульсирующими светотенями.
— Что со мной сделает эта дрянь? — воскликнула Аринда, отметив про себя, что голос идет волнами в такт пляске света и теней.
— Ничего страшного, — протянул Гади. — Чтобы получить максимальную отдачу, его нужно нагреть. Естественно, в свете этого вас будут считать не потребителем конечного продукта, а продавцом или доставщиком сырья. А это куда более серьезный срок. Говорите быстрее, что решили.
Девушка зажмурилась, но яркость обстановки, казалось, пробивалась даже сквозь веки.
— Какие гарантии, что вы сдержите слово? — спросила она, раскрыв глаза.
— А почему я не должен его сдержать? — пожав плечами, бросил он. — Вы такая мелкая рыбешка, потрошить вас — никакого удовольствия.
— Ясно, — проговорила Аринда. — Что было на карте, которую я принесла?
Мофф нахмурился.
— Слишком много вопросов, госпожа Прайс, — глубокомысленно заметил он. — Неужели вы хотите, чтобы мне стало интересно вас выпотрошить?
— Вы вынуждаете меня проделать с Ренкингом то же самое, что он пытался проделать с вами, — упрямилась девушка. — Не хочу угодить из огня да в полымя.
— Выполняйте свою работу, и он даже не догадается, что это вы его подставили, — велел Гади. — Кроме того, у вас и выбора-то нет, правда?
Аринда оглядела свое платье, обсыпанное порошком. Ярко-белые пятна уже начали бледнеть, впитываясь в ткань, но она знала, что с надлежащим оборудованием следы запрещенного вещества можно будет найти и по прошествии многих дней.
— Пожалуй.
— Вот и не забывайте об этом. — Гади улыбнулся натянутой, ожесточенной улыбкой. — Добро пожаловать в мир политики, госпожа Прайс. Добро пожаловать на настоящий Корусант.
Аринде удалось выскользнуть из отеля под носом у Джуахир с Дриллером. Поймав аэротакси до офиса Ренкинга, девушка опустила инфокарту моффа Гади в специальное окошко во встроенном сейфе на столе сенатора. Затем на другом такси она вернулась в квартиру Дриллера. Меньше всего на свете ей хотелось возвращаться в Центральный квадрат, но она знала, что бегство оттуда только подтвердит ее мнимую вину.