Третья молодость
Шрифт:
— Куда, к чёртовой матери, подевалась моя кровать?..
Диван-кровать найти было действительно трудно: его втиснули между моим топчаном и стеной под окном, да ещё заслонили большой древесно-стружечной плитой, которая согнулась и образовала как бы туннель, куда надлежало вползать от изножья. На следующий день все это уже перетащили в другое место и чем-то заложили. Ежи целую неделю проспал ногами в комнате, головой в прихожей, а я постоянно возлежала на топчане, водружённом точно посередине комнаты. На каком-то таинственном подиуме, не помню уже из чего составленном. На лежбище своё я пробиралась по столику. В общем, для полноты
Работы велись стабильно с самого начала. Рабочий класс начинал в семь утра, отрабатывал своё и в пятнадцать тридцать удалялся. В шестнадцать тридцать приступал к работе Марек и — увы! — я. Моя бывшая профессия оказалась неоценимой.
Сперва я спасла кафель в ванной. Ремонт в принципе делался за счёт государства, но за некоторые излишества жильцы платили сами. К этим излишествам относились, например, умывальники. Я испокон веков не пользовалась раковиной в ванной — труба в стене лопнула давно, текло к соседям под нами, а посему водопроводную трубу замуровали навечно. Я привыкла умываться над ванной. Теперь мне даже трудно пользоваться умывальником, не залив водой всего помещения, а мои дети в умывальнике тоже не нуждались. Поэтому я отказалась его покупать. Водопроводчики решили: денег пожалела.
Когда дошла очередь до трубы с горячей водой и появилась необходимость сбить кафель, к моему предложению провести трубу в стене повыше кафеля они отнеслись не слишком благосклонно. Я настаивала, зная досконально: чёртов кафель положен на цемент номер 450 — такой используют при строительстве мостов — и не уцелеет ни одна плитка.
— Пойдёте вот здесь, — я показала рукой. — Здесь, над кафелем, и спуститесь прямо к крану. Отбить придётся всего две плитки.
Водопроводчик задумался.
— Это нам невыгодно, — решительно заявил он.
— Понятно. А за сколько выгодно? Он снова подумал.
— Тыща, — объявил он, насторожённо ожидая, как отреагирует моя скупость.
Скупость отступила без колебаний, я согласилась на названную сумму, что в бригаде возбудило явное удивление. А я сообщила им к тому же: отдельно плачу за качество. В результате пролетариев охватил энтузиазм, и они сделали все как надо, добротно. Стоил мой каприз тысячу триста злотых.
Когда в свою очередь пришли вентиляторщики и потребовали пробить в ванной две дыры, одну выше, а другую в кафеле, я сразу спросила, за сколько им выгодно подвести вентиляцию к старым трубам, оставшимся от печей. Они попытались убедить меня: старые трубы-де идут рядом, а надо в ванной…
— Вы мне тут арапа не заправляйте, — бесцеремонно пресекла я спор, ведь ремонт был почти закончен. — Пойдёте себе с первого этажа на второй наискосок, а со второго на чердак. Тут и говорить не о чем.
— О, пани понимает в нашем деле? — удивился мастер. — Может, пани строитель?
— Строитель.
— Ну, тогда ладно…
В результате за триста моих кровных они пошли долбить каналы в бетонных балках у соседей внизу. Соседям без разницы, потому как они выехали. К тому же их квартира все ещё представляла собой сплошные кучи щебня.
А самый пикантный анекдот заключался в том, что великий проект ремонта не предусматривал ликвидации щели. Пани проектировщица, можно сказать моя коллега по бывшей профессии, явно дала маху — вообще не осмотрела объект. Ибо при осмотре просто невозможно проворонить расширяющуюся к крыше щель. Каменщик пытался
— Дорогой пан, весь раствор летит на улицу!
Он забеспокоился.
— Не может быть!
— Посмотрите сами.
Он шлёпнул снова и выглянул с балкона, наблюдая, как падает вниз ком раствора. К нам подключился Марек. Оба довольно долго пялились на летящий из квартиры в щель раствор; половину носилок выбросили на улицу, пока каменщик пришёл в себя.
— Но это же невозможно заделать! — опустив руки, возмущённо констатировал он.
— Вот именно! — разозлилась я. — С самого начала говорила — надо проложить сеткой. Где прораб?
Прораб согласился со мной и забеспокоился: откуда взять сетку? Изменения можно было бы внести в график строительства, а вот материал?..
В результате общими усилиями мы спёрли рулон сетки с соседней стройки, и я сама привезла её на машине. Потом привезла ещё здоровенный моток кабеля для электриков, и между нами воцарилось полное взаимопонимание. Каменщик вместе с Мареком принялись за прокладывание сетки через всю квартиру, что дало сверхпрограммный эффект. Оба взгромоздились на козлы, каменщик покосился на Марека, и в нем взыграла амбиция. Вот ещё, всякий колпак указания даёт, а на что тогда он, старый профессионал? И честно признаюсь: так тщательно и по всем правилам уложенной сетки я не видела никогда в жизни.
Под конец мы пребывали в дружбе со всей строительной бригадой, и парень-водопроводчик из чистой симпатии стащил для меня унитазную трубу со строительства партийной гостиницы поблизости. Я вовсе не собиралась экономить на пластиковой трубе, охотно купила бы её, только купить нельзя было ни за какие деньги. Унитаз заготовила, бачок тоже, а вот связи между этими фрагментами не имелось.
В конце ремонта разыгралась баталия из-за газовых труб. В мои намерения не входило лишаться газовой колонки в ванной — страну свою я знала хорошо, и сидеть месяцами без горячей воды не желала. И водопроводчики по блату провели мне воду через колонку, оставив её на месте. Следовательно, должны были остаться и трубы к газовому счётчику. Не сомневаюсь — я приобрела славу психопатки, запретив убирать трубы из-под потолка и доказывая, что они для меня создают восхитительный декоративный эффект. Люблю трубы, вкус у меня такой, квартира без труб — вовсе не квартира. Правду сказать я не могла, пришлось бы снова получать разрешение газовщиков и собирать всякие прочие справки-бумажки. Для видимости отрезали трубы от счётчика, но как только работа была закончена и принята, посвящённый в дело водопроводчик приварил их обратно. Благодаря такому фортелю отключение горячей воды на целые недели не отравляет мне жизнь, а проблема мытья посуды не висит дамокловым мечом и не нагоняет бессонницу.
Некоторое время, похоже недели две, я жила на одном квадратном метре. Из достижений цивилизации в моем распоряжении находилось лишь электричество. Газ и воду временно отключили. По несчастному стечению обстоятельств у меня как раз работали маляры, воду носили из соседних домов, а клей варили в чайнике на электроплитке, поставленной на подоконник. Воду же для чая я кипятила в кастрюльке. Конечно, я купила бы другой чайник, да чайников в те времена в продаже не имелось, и от привкуса обойного клея я избавилась лишь долгое время спустя.