Трибунал
Шрифт:
Слова священника имели смысл. Только сейчас Полковник начал понимать, что самим своим существованием нарушает мировой порядок.
— Что я должен сделать, святой отец? — спросил он поникшим голосом.
— Отпустить своих людей.
— Не могу.
— Можете. — Лукас произнес это жестко, безапелляционно. — Только вы их держите здесь.
— Я не могу этого сделать. Они… Они заслуживают отмщения. И они его требуют.
Священник рассмеялся:
— Не они, а вы. Они не больше чем тени. Ваши воспоминания о них. Вы и только вы имеете значение,
Теперь уже рассмеялся Полковник.
— Жаль, что мы встретились при таких обстоятельствах, Лукас, — произнес он как-то грустно, с обреченностью. — Лет пятнадцать назад я отдал бы половину всего, что имею, за такие слова.
— Догадываюсь почему. Отец говорил что-то про негласный запрет какой-то.
Полковник рассмеялся.
— Не запрет. Эдикт Карла IV. О приеме на службу стелландских офицеров с понижением в звании ввиду их ненадежности.
— Не знал.
— Старинный, никому не нужный указ.
Карл был в своем праве, когда Валерий Багунец переметнулся. Вот про это Лукас что-то слышал. Дело было аж две сотни лет назад, еще в первую кампанию.
— Знаете, когда-то давно я завидовал моему другу Анри-Филиппу. Закончили одну и ту же академию, в один год. Я был первым на курсе, он вторым.
Священник не перебивал. Он просто молчал и давал несчастному выговориться о том, что рвало его изнутри все эти годы. В конце концов, он ведь не только охотник на медиаторов, но и рукоположен.
— Вот только различия в нашем происхождении решили многое. Ему доставалось все, мне же остатки. Тогда я злился. Чертовски злился на всех. И только недавно я смог представить тот груз, который давил на него.
— Он мертв?
— Застрелился. Оставил мне записку и покрасил стены в красное.
— Сожалею о вашей утрате.
— Благодарю, святой отец.
Полковник сделал несколько шагов по камере, разминая затекшие ноги. Затем он коротко постучал в дверь. Солдат за ней спешно открыл и выпустил командира.
В дверях Генрих остановился и обернулся к пленному священнику:
— Знаете, святой отец, не понимаю как, но мне немного полегчало.
— Всегда рад помочь, тем более что в ближайшие дни я никуда не собираюсь уходить. Все время буду здесь. Заходите, когда появится нужда поговорить.
— Учту этот факт. До встречи, Гулан.
— До встречи, генерал.
Полковник улыбнулся и закрыл за собой дверь.
— Рядовой, — подозвал он охранника.
— Да, господин Полковник.
— Усилить за ним надзор. Глаз не спускать. Все ясно?
— Так точно. Ожидать чего-то необычного?
Полковник согласно кивнул:
— Только необычного от него и ждать. Мы имеем дело не с обычным человеком, а с ищейкой церкви. То, как легко он принял плен, мне не нравится, а значит и вам это нравиться не должно.
— Вас понял.
— Сменщику это тоже передайте. Глаз с него не спускать! Ни на минуту!
— Так точно.
Солдат вытянулся и отдал честь.
Глава 29
Министерство внутренних дел
Буквально пара часов понадобилась бюрократам в министерстве, чтобы в рекордные сроки выполнить то, зачем они и были нужны. Суммарно всего минут сорок этот приказ носили из кабинета в кабинет, так что буквально за неполные двое суток Камаль стал новым главным следователем по этому делу.
Рекорд!
Но не только стал, а еще и был вынужден выехать на новый труп. Газеты, еще вчера проклинавшие «продажного копа», теперь выражали уверенность в том, что уж кто-кто, а такой надежный полицейский точно сможет остановить террор. Тем более что в группе у Черного Капеллана еще и Стальная Роза. А уж она точно все сделает как надо.
Мари после одного очень острого разговора со святым отцом тоже потребовала место в группе, так что канонический состав их «кружка по интересам» практически собрался. Куколку Йона отправил в Центральную, с заданием проведать раненого Пола Бартона, инспектора из соседнего участка.
Тот подрался черт знает где, черт знает с кем и в качестве «премии за героизм» потребовал к себе в палату рыжую фурию.
Камаль не спорил, полагая, что от двух медиаторов толку будет не намного больше, учитывая, что относительно свежий труп всего один. Дорогу от родной «девятки» до Коулбэй инспектор не запомнил. Практически весь час он молча размышлял над всем, что ему было на сегодня известно.
А это не так уж и много.
Ситуация бесила. Йона в буквальном смысле был всего полтора дня во главе группы, но уже мог получить нехилые проблемы. И никто в министерствах и не подумает о том, что он до вчерашнего дня, вообще-то, «мимо проходил». Мы вас поставили — разгребайте ту кучу дерьма, которая свалилась на нас всех разом, а мы постоим и посмотрим.
Этот странный Полковник времени даром не терял — буквально за два дня он сумел еще громче заявить о себе. Сначала утром в воскресенье, когда его люди похитили министра угля и стали, а затем на следующий день, когда в дежурку поступил звонок из дома фельдмаршала Пулара.
Два дня — два трупа.
Поразительная результативность и эффективность. И в перерывах между этим кошмаром пришло еще одно письмо для Ирмы. В этот раз в приемной «Тарлосс Таймс» догадались задержать курьера. Вот только внутри пакета не оказалось ничего необычного — просто письмо с картой. Курьер — обычный наемный мальчишка, которому странный мужчина пообещал целую марку за доставку письма.
Дикие деньги, если подумать, но когда два дня кряду хочется жрать, то критическое мышление покидает организм едва ли не первым. Следом за ним улетает и зрительная память. Описать нанимателя хоть сколько-нибудь внятно мальчишка не смог или, что вероятнее, просто не захотел. Он постоянно путался да сбивался, что-то явно придумывал на ходу.