Триумфатор
Шрифт:
От нечего делать я перечитал газеты. При первом прочтении не обратил внимания на одну деталь: в одном из материалов говорилось, что практически все сотрудники управления арестованы, в офисах идут обыски, создана специальная правительственная комиссия, которая уже вовсю ведет расследование деятельности нашей загадочной организации.
Ага… Значит, не всех убили. Вообще, глупо было бы полагать, что все управление разом выведут в расход. Больно много народу! Получается, прав Разуваев. Мы – не одни такие. Людей, которые знают, чем именно занималось управление,
В четыре пополудни собрались «на дело». С собой взяли Людвига – кто-то в городе обещал ему бланки спецпропусков на транспорт. Тут я сообразил: Игорь останется один, – и шепнул Разуваеву, что это чревато. Ну, то есть, надо бы подумать, как поделикатнее подойти к этой ситуации…
– Ты че, доктор, вскрываться, что ли, собрался?! – не раздумывая, рявкнул Разуваев.
– С чего ты взял?!
Ага, это вот так – поделикатнее?
– Короче! Если бы не твоя помощь: Андрюха бы уже сдох. Да и я, возможно, тоже. Ну – сам же говорил, септик и все такое прочее…
– Сепсис, – машинально поправил Игорь.
– Ну вот, я и говорю. Знаешь: никто тебя нянчить не будет. Хочешь вскрываться: твое личное дело. Но! Только после того, как нас с Андрюхой завалят. Мы воевать собираемся, ты понял, нет?
– Да я, в общем-то…
– Короче! Нам в любой момент может понадобится доктор. Ты понял, нет?!
– Да понял, я понял…
– Ну вот. Ты нам нужен. Так что вскрываться – равно как и вздергиваться, и топиться в ставке – не имеешь права. Мы, может, еще кого найдем, вдруг там тоже раненые.
– Да понял, понял – поезжайте спокойно. С чего, вообще, взяли…
– Все, давай не дури тут. Помни – кроме нас у тебя никого не осталось. Так что твоя главная задача: заботиться о нашем никчемном здоровье…
– Ну, Серый, ты просто невъ… дипломат! – заметил я, как только мы отъехали. – Деликатность прямо из всех щелей прет.
– А некогда тут детсад разводить, – буркнул Разуваев. – Он – факт – нам нужен. И должен понимать это.
– Все было очень правильно, – неожиданно одобрил Людвиг. – Игорь привык постоянно о ком-то заботиться: это смысл его жизни.
– Ага, и когда барыгой был, тоже заботился.
– Ну… Барыгой – да, но… Да вы, наверное, знаете – у него никто не умер от овердоза. Никто не подхватил «гепу», все вовремя падали на ремиссию, а кое-кто вообще завязал. Я понимаю, что это звучит неправдоподобно, но это было. Так что лучший способ удержать его от опрометчивого шага: дать ему понять, что он сейчас остро нужен и без него вы не справитесь…
На КПП нас притормозил дежурный: он же часовой, он же начальник караула – крепенький бородатый дедок с добрым лицом и волчьим взглядом. Людвиг вышел, пообщался, спустя минуту нас выпустили.
– Чего хотел?
– Напомнил, чтобы я пропуск на ваш транспорт оформил. Я сказал, что вечером привезу.
– Понятно… А как, вообще, ты нас представил?
– Зачем представлять? Сказал, что вы будете
– А что будет через две недели?
– Да просто плановая проверка. Точнее, не через две, а шестнадцатого. Два раза в месяц Первый отдел проверяет по списку всех, кто тут работает. Все-таки режимный объект, хоть и на консервации. Думаю, вы до того времени управитесь.
– Да постараемся. Дедок, поди, военный пенсионер?
– Подполковник запаса, комитетчик.
– Ух ты…
– Ага. Тут у нас в охране почти все – бывшие чекисты. Берут по знакомству, все – свои люди, так что волноваться не о чем. Если что – насчет вас я буду знать первым…
Пока ехали по полигону, уточнил у Разуваева планы на будущее.
– Значит, воевать собираемся?
– Да нет, это я так сказал, чтобы доктора в тонус привести. С кем воевать-то?
– Ясно. Я думал – серьезно… А что делать собираемся?
– Понятия не имею.
– Нет, но мы же сейчас куда-то едем? Надеемся там кого-то найти, верно?
– Точно.
– Ну вот найдем мы там кого-то… А дальше что?
– Гхм… Слушай, ты ведь сам не дурнее меня! Чего такие идиотские вопросы задаешь? Если найдем – привезем на объект, дальше будет видно.
– Ага… А тебе не кажется, что все это – бессмысленно?
– Что именно бессмысленно?
– Вообще все эти наши телодвижения. Едем куда-то, суетимся, кого-то ищем, волнуемся, переживаем… Зачем все это?
– Так… Че-то ты меня утомил…
– Нет, ну признай честно, положа руку на сердце: жизнь кончилась. Разве нет?
– А, вон ты о чем… Слушай, а ты, когда вора завалил, не считал, что жизнь кончилась? Ты ж тогда себе подписал смертный приговор. Тебе, по идее, с того самого момента должно быть все по барабану…
– Меня Азаров в управление забрал. Если бы не это, наверное, давно бы уже убили. И вообще, это разные вещи. Одно дело, когда тебя хотят воры шлепнуть. Это, конечно, фатально, но – это же воры. И совсем другое – когда тебя ищет вся страна…
– Не надо страну равнять с этими мразями, – Разуваев сурово нахмурился. – Страна, между прочим, это в том числе и ты, и я, и Людвиг с доктором. Ну и тысячи других, таких, как мы, или даже миллионы. Так что жить можно. И нужно. Надо только голову включить – наверняка из нашей ситуации есть выход, а то и не один…
Мы высадили Людвига неподалеку от города, а сами свернули на просеку и покатили на север, вдоль высоковольтной линии.
По дороге Разуваев в двух словах объяснил, куда мы едем. При формировании управления – еще на стадии комплектации кадров – Азаров приказал Разуваеву оборудовать ЗКП (запасной командный пункт). Расположение не указал – сам большой, выберешь, а требования были такие: место должно быть укромное, в противоположном от Москвы направлении и не на режимной территории. Ну и, понятное дело, чем меньше народу будет об этом знать, тем лучше.