Тройка
Шрифт:
Сегодня она внутри женщины, где когда-то и возникла. И Наоми, сообразила Ева, тоже в ее естественной форме. Сегодня они все на правильных местах. Она только что это заметила.
Дно ущелья покрывал сыпучий песок, заполнивший пространство между двумя скальными стенами. Ветер приглушенно гудел над головой. Ева, сильно вытянув шею и наклонив голову, разглядывала песок между ног. Никто из них не произнес ни слова.
Наоми подняла голову повыше, где бушевал ветер, и, высунув длинный красный язык, слизнула
Ева двинулась вдоль ущелья, обдирая сухие лишайники со скал с помощью перочинного ножа. Она набрала кучу коричневых обрывков и бросила грудой на песок для костра.
Алекс припарковался на плато, поблизости от входа в ущелье.
Звезды сияли. На небе ни облачка.
Внезапно все они вдруг почувствовали, что смерч уже близко.
— Проклятье! — вскричал Алекс.
Они сделали то, что делали всегда. Им надо было свести головы вместе. Это был единственный способ, который позволял сделать ураганную пытку чуть менее мучительной.
Ева выскочила из ущелья и побежала к джипу. Она взобралась на капот и прижалась щекой к ветровому стеклу. Комбинезон не защищал от холодного воздуха сверху, но внизу под собой она чувствовала сухое тепло металлической поверхности машины. Дрожащими руками Ева вцепилась в воздухозаборники. Голова бронтозаврихи угнездилась рядом с ней, она почувствовала теплое влажное дыхание Наоми. Огромное темно-серое тело обвилось вокруг джипа. Хвост Наоми очертил петлю вокруг них и уперся концом в песчаную гряду. Безмолвные пески, безмолвная гряда облаков над ними. Громадный корпус зверя защищал от порывов ветра.
Алекс злобно зашипел на Еву:
— Что это ты не рыдаешь? Делаешь вид, что тебе не страшно? Как бы не так! У тебя внутри все переворачивается от ужаса! Думаешь, нам есть до этого дело?
— Заткнись! — прохрипела Наоми. — Вы оба, что, не можете заткнуться?!
— Надеюсь, этот ураган унесет вас обоих на Луну и сбросит там на скалы, — монотонно бубнил джип. — Там вы можете рыдать, сколько вам угодно, все равно никто не услышит.
Наоми закрыла глаза. Пленка внутренних век, обрамленная складчатой морщинистой кожей, скользнула над громадными глазными яблоками.
Трое путников замерли в ожидании надвигающегося урагана. Чем ближе друг к другу они оказывались во время смерча, тем менее болезненными были ощущения. В противном случае они давным-давно разбежались бы в разные стороны. Эти ужасные ураганы держали их вместе.
Ветер продолжал гудеть ровно, не тише, не сильнее. Грозовой фронт неумолимо надвигался.
Наоми внезапно распахнула глаза и выпучила их от изумления. Она задрала морду к небу, разглядывая грозовые тучи. В их недрах, в глубине серо-сизой поверхности, передвигались сверкающие фигуры. Фигуры с белыми крыльями, сотканными из света, с головами, увенчанными
— Ангелы! — вскричала Наоми. — Я вижу ангелов на облаках!
— Успокойся! — резко осадила ее Ева.
И тут на них набросился ураган. Мощный смерч начал засасывать их внутрь колоссальной черной воронки. Три души — три колючие морские звезды — царапались и скреблись изнутри о швы одного черепа. Все трое рыдали, плакали, стенали, рвали на себе волосы, умоляли, безумствовали, истекали кровью. Потом иссякли слезы, дыхание прервалось, вытекла вся кровь. Только опухоль на голове Наоми все еще кровоточила, но не было возможности достать до нее, сковырнуть ее зубами.
Их выдернуло и скрутило — челюсти, когти, руки, колеса, проволоки, кожа, плоть, Ева, Алекс, Наоми, — вырванные из собственных тел, неслись в неизвестном направлении. Потом они начали падать. Они падали и падали вниз. Не было челюстей, не было осей, не было рук, в отчаянии цепляющихся за воздух.
Наоми с громким хрустом открыла один глаз. Глаз оказался расположен с левой стороны морды на уровне ноздрей. Она снова была бронтозавром.
Ева открыла глаза, сначала один, потом второй, потом все четыре. Ее батареи садились. Она выключила фары.
Алекс очнулся в теле старухи мексиканки, дрожа и задыхаясь. Его голова, как подломленная, упала на грудь. Он в отчаянии закрыл лицо руками.
— Я больше так не могу, — сообщил он им.
Но у него не было выбора.
Небо заполнилось звездами. Это были не те звезды, что можно увидеть с Земли. Они горели ярче, их было слишком много. Металлическая оболочка джипа в холодном ночном воздухе сжималась, издавая время от времени сухие пощелкивания, звучавшие то ли как «пинг», то ли как «понг».
Наоми потянулась, выгибая спину, словно кошка. Потом побрела ко входу в ущелье, бормоча про себя сутры в такт дыханию.
Алекс спрыгнул с капота и упал на колени на белый известняковый склон. Длинные белые волосы упали ему на лицо. Он зарыдал.
Ева поставила на подзарядку магнитные батареи и запустила вхолостую двигатель. Отличная ночка для поездки, если бы не севшие батареи. А так ничего не остается, как только спать.
— Спать, — подумал Алекс. — Какая отвратительная привычка!
— Я еще не сплю, — подумала Наоми.
— Ложись спать, — сказала ей Ева.
— Не могу, — капризно подумала Наоми. — Папка противный, он не хочет рассказывать сказку!
— Расскажи ей какую-нибудь историю, — устало подумала Ева.
— Да! — ободрилась Наоми. — Ну папочка, миленький! Я еще не сплю. Расскажи сказку!
— Да, расскажи какую-нибудь историю, — поддержала ее Ева. — Помоги нам заснуть.
— Я не знаю сказок.
— Ну придумай что-нибудь, — не отставала Наоми. — Расскажи про завод!