Тру
Шрифт:
— Так получилось. У них не было времени сделать расшифровку записи и загрузить её в базу.
— Прошло больше часа. — Даркнес обратился к Джастису. — Самцы утверждают, что обязаны человеку жизнью. Ты читал их заявления, после того как они были освобождены из Дреквуда, описывающие всё пережитое там?
— Нет.
— Прочти, прежде чем это всё станет проблемой. Она не опасна и под охраной двух самцов. Не будет свободно передвигаться по территории Хоумлэнда. Я лично это гарантирую. Женщина не является угрозой, и для неё же лучше оставаться там, где она есть.
Мужчина приблизился.
— Сейчас?
Коротким кивком Даркнес позволил ему говорить.
— Я из Дреквуда. Лаборантка Шивер никогда не причиняла вреда кому-либо из Видов там, и я разговаривал со многими оттуда. Даркнес приказал связаться с Видами, находящимися в Резервации, до кого можно было дозвониться, и я опросил тех, кого держали в этом месте. Никто не сказал о ней ничего плохого. На самом деле они забеспокоились из-за того, что её взяли под стражу, и спрашивали, как она после всего этого. — Он помолчал. — Многие из них предложили выступить в её защиту, если у неё проблемы с законами Видов. Двое, самки, хотели приехать сюда из Резервации, чтобы быть с ней. Они волновались, что она будет напугана. Это их расстроило.
— Я тоже звонил в Резервацию, пока просматривал отчёты, — заявил Даркнес. — Я поговорил с несколькими недавно освобождёнными Видами. Они высокого мнения о Шивер. Одна женщина очень рассердилась из-за такого обращения. — Он уставился на Тима. — Тебе действительно надо взяться за кое-кого из членов команды. Недопустимо, что человек едва не умер, когда её арестовывали, и что к ней с серьёзными травмами применяли грубую форму допроса.
— Я уже надрал им задницы, — сердито пробурчал Тим. — А Джастис надрал мне. Мы не стреляли в неё.
— Это прозвучало весьма двусмысленно, — заявила Миднайт, выходя из кухни с миской мороженого. — Я проголодалась, пока ждала. — Она встала рядом с Даркнесом. — Привет. — И помахала ложкой Джастису, Фьюри и Тиму.
— Ты что здесь делаешь? — нахмурился Фьюри. — У тебя же дежурство в медцентре.
— Я женский голос разума, а это мой ланч. — Она сунула ложку в миску. — Мне не понравилась человек, когда её привезли. — Миднайт пожала плечами. — Потом под действием лекарств она стала говорить с Тру. Это оказалось по-настоящему интересно. Я изменила своё мнение насчёт неё достаточно для того, чтобы прийти сюда и вразумить всех, прежде чем мужские эго столкнутся.
— Что было сказано? — Джастис прислонился к спинке дивана, расслабившись.
Миднайт поставила миску на стоящий рядом столик.
— У неё началась паническая атака после допроса в подвале. Старый доктор Харрис был в твоём офисе, так что с ситуацией пришлось справляться мне. Я думала, что половины дозы успокоительного, которое мы держим под рукой для потерявших контроль самцов, как раз хватит, но, кажется, ей надо меньше. — Миднайт поморщилась, взглянув на Фьюри. — Помнишь, когда Элли рожала? Тебе давали то же лекарство. У неё была такая же реакция. Она почти теряла
— Не вижу тут ничего важного, — заявил Тим. — Эта Джини Шивер… -
— Хватит, — приказал Джастис, выпрямляясь. — Это важно, потому что этот человек важен для наших людей, и я хочу понять почему. — Он кивнул Миднайт — Продолжай.
— Она описала эффект от препарата для размножения.
Джастис сжал кулаки.
— В каком смысле?
Миднайт колебалась.
— Кажется, по какой-то причине в Дреквуде захотели протестировать препарат на человеческой самке. Видимо, она решила стать этим человеком и позволить им использовать себя, в обмен на жизнь Тру.
— Он сказал, что никогда не спаривался с ней, — нахмурился Джастис. — Он мне соврал?
Миднайт помотала головой.
— Нет. Мы не знаем, спаривался ли с ней кто-то из наших мужчин. Я подумала об этом, так как Тру забрал её. Самец под действием препарата убил бы человека. Они недостаточно сильны, чтобы пережить самца, потерявшего контроль и поглощённого похотью. Там, в Дреквуде было всего несколько самок. — Миднайт замолчала, мрачно рассматривая Джастиса.
— Чёрт, — прошипел он. — Вместо этого они вводили препарат ей. Даже те, кто ненавидел людей, почувствовали бы жалость, глядя на её страдания, особенно если она вызывала симпатию у кого-то из них, или им давали препарат раньше.
Фьюри зарычал.
— Для них было бы искушением просто убить её, чтобы прекратить страдания, но некоторые могли сделать другой выбор — залезть на неё, если она хорошо обращалась с ними.
— Или не смогли устоять, если у них давно не было доступа к самкам. — Даркнес вздохнул. — Она привлекательна и, кажется, нравилась всем в Дреквуде. Мы сделали бы то же самое для наших самок, чтобы облегчить боль от препарата. Они могли позаботиться о том, чтобы не навредить ей, если она что-то для них значила. Это объясняет, почему её не убили.
Миднайт привлекла внимание мужчин.
— Она продолжала говорить об агенте Брайсе и отвечала на некоторые вопросы Тру. Он никогда не понимал, почему в Дреквуде изменили свои намерения насчёт его убийства. Ты знаешь, я часто говорю с недавно освобождёнными Видами. Я помогала Тру привыкнуть к свободной жизни. Знаю его историю, и всё сходится. — Она помолчала, будто обдумывала что-то, прежде чем продолжить. — Я заинтригована, Джастис. Кажется, это был человек с бейджем, который убедил ее, что она на самом деле работает на нас, помогая тем Видам обрести свободу. Когда она говорит, что он существует — я ей верю.
Фьюри сменил позу.
— Ты уверена, что она была честна?
Миднайт взглянула вниз на его штаны.
— Хочешь вывернуть свой левый карман и показать всем, что там лежит? Я уже знаю, и знаю, почему тебе нужно держать запах Элли всё время рядом с собой. — Она ухмыльнулась и подняла взгляд. — Это успокоительное по-настоящему сильная штука, и заставит кого угодно быть честным и делиться такими вещами, о которых не рассказывают в нормальном состоянии.
Краска залила щёки Фьюри когда он зарычал.