Трюкачи
Шрифт:
Завершив ката, Киоко принялась за отработку энкэй гяку цуки - удар со скручиванием после кругового блока, элемент сложный в такой степени, что многие мастера тренируют его десятки лет, прежде чем остаются довольны своей техникой исполнения. Лично ей энкэй гяку цуки поначалу казался несложным, но только с ростом мастерства пришло понимание собственной неуклюжести. Киоко не раз подумывала о том, чтобы вообще исключить этот элемент из своего арсенала, но в конце концов отбросила эту мысль: путь, огибающий сложные участки - это путь Норихиро Сагары, адепта боевой
Примерно на двадцатом повторении Киоко была грубо вырвана из медитативного состояния воплями, нечленораздельными криками и благим матом по крайней мере тридцати-сорока глоток. Ученики визжали и кричали так, словно перед храмом внезапно появился голодный тигр.
Девочка побежала обратно и выглянула из-за угла. Ее взгляду представилась кошмарная картина всеобщей паники и ужаса. Ученики, до того мирно сидевшие кто где, побросали все и теперь спасались бегством, разбегаясь во все стороны, словно цыплята от коршуна. Мимо, не разбирая дороги, наперегонки пронеслись трое мальчишек из параллельного класса, кто-то, спотыкаясь, мчался к храму в поисках укрытия, из ближайших кустов торчали чьи-то ноги. Киоко созерцала все это в полнейшем недоумении, и тут в ее поле зрения попала причина паники.
На храмовый двор, вопя от бешенства и размахивая топором, стрелой влетел разъяренный Тео-кун, хотя теперь его правильнее было бы назвать Йома. Не тигр, конечно, но немногим лучше.
Последние замешкавшиеся бросились в разные стороны. Йома, не обращая на них внимания, несся прямо к своей цели - девочкам-близняшкам из класса один-три, а те, вначале растерянные, а затем парализованные ужасом, застыли на скамейке, глядя расширенными глазами на стремительно приближающуюся неизбежность. Конечно же, никто и не думал помешать Йоме, а сама Киоко, тоже шокированная происходящим, была слишком далеко, чтобы хоть что-то предпринять.
Она могла только наблюдать за разворачивающейся драмой.
Однако Йома, размахивая топором и свободной рукой, пробежал мимо, всего в нескольких шагах, понесся куда-то дальше, вопя и сражаясь с иллюзорным, невидимым для остальных врагом, и через несколько метров исчез в густом кустарнике.
Тут как раз появился учитель Тадзира, примчавшийся на вопли, и теперь пытался понять, где раненные или пострадавшие и что это вообще такое было.
– Ай!
– крикнула вдруг одна из близняшек, и Киоко, побежав к ней, подумала, что как-то запоздало к ней голос вернулся.
– Ты в порядке? Цела?!
Девочка, все еще глядя круглыми глазами вслед Йоме, равнодушно пожаловалась:
– Меня оса ужалила...
Пока учитель Тадзира доставал из кустов какого-то парнишку и пытался добиться от него членораздельного рассказа, появился учитель Ода, запыхавшийся и тоже перепуганный.
– Что произошло? Где Теодор-кун?
Тут сразу несколько голосов из дверей храма принялись наперебой рассказывать, как бешеный Йома едва не укокошил всех топором. Тадзира начал выяснять, что произошло на террасе, Ода пытался созывать разбежавшихся учеников к себе,
Однако у Киоко не было времени на то, чтобы пожалеть старика. Пока все в шоке, ей надо найти Тео-куна. Девочка уже начала догадываться, что произошло на самом деле.
'Ужасного Йому' она нашла в доброй сотне метров за пределами территории храма, в кустах, главным образом по неразборчивому бормотанию на неизвестном языке и всхлипыванию.
– Тео-кун, ты тут?
– Да тут я, тут...
– затем он снова начал неразборчиво бормотать, судя по интонациям - ругательства.
– Что произошло?!
– Чертовы осы... Я растревожил их гнездо...
Киоко обошла ближайший куст и увидела Тео. Опухшее лицо, полузаплывшие глаза - тот еще видок.
– О, боги, тихий ужас! И зачем ты это сделал?!
– Так я же не знал, что оно там, - запричитал, чуть не плача, Тео.
– Ствол-то полый, а внутри - гнездо... осы появились только после того, как я захреначил топором по дереву, или ты думаешь, я сделал бы это, зная о гнезде?!!
– Бедняжка... Больно?
– Да уж не свербит, черти бы побрали этих ос!
Киоко помогла ему подняться и повела обратно к храму.
– А потом что?
– Побежал я, что мне еще оставалось делать? И бежал, пока не отстали...
Девочка вздохнула:
– У меня для тебя не очень хорошая новость. Топор где?
– Да откуда я знаю? Обронил где-то!
– Ты пробежал через весь двор с воплями, и сейчас учителя, надо думать, вытаскивают из кустов тех, кто туда забился при виде тебя, орущего и машущего топором. Я и сама слегка... остолбенела.
– Ой бли-и-и-ин, - простонал Тео-кун.
– Ты что, не видел, куда бежал?
– Когда за тобой будет гнаться рой ос - я спрошу, что ты видела, убегая!
– Да ладно, досадное недоразумение всего лишь. Правда, ты до полусмерти напугал шестьдесят с чем-то человек, но это дело житейское... А тебе надо в больницу, ты весь опухший.
– Ай, - отмахнулся Тео-кун, - у меня в ранце в аптечке все есть. Антигистаминные препараты в таблетках, обезболивающее, для особо тяжелых случаев дифенгидрамин в ампулах и шприцы...
Киоко вздохнула: предстояло объяснение с учителями и учениками, и девочка опасалась, что учителя-то еще поймут, но вот всех остальных убедить, что Йома только лишь спасался от ос, будет непросто.
***
Прежде всего, чтобы справиться с выродком из картеля, Тирр нуждался в информации. Бить прямо по цели не выйдет, потому что дон Мендес за пятнадцать лет мог сменить десяток адресов, и найти его в Колумбии будет непросто. Сам Тирр на его месте так точно поменял бы место своего базирования, прежде чем начинать охоту на 'эль Диабло'. Раз так - надо вначале добраться до смуглого и уже у него узнать адресок дона Мендеса, хотя это проще решить, чем сделать: в Вегасе отелей тьма-тьмущая.