ТТТ
Шрифт:
Ребята стояли тихие, ошеломлённые решительным натиском истории. Тишину нарушил Афраний.
– Перед вами, молодые люди, только что прошли отдельные моменты известной вам истории нашей планеты. Это, ребята, не кинокадры, это настоящие моменты истории, специально подобранные для вас. К сожалению, люди очень плохо знают свою историю. Зачастую она пишется либо на основании фальшивых документов, либо на уровне неясных слухов. Вот когда вы вырастете, и кто-то из вас станет историком, имейте это в виду.
Старик замолк в тягучей паузе, а ребят охватила буря необыкновенно интересных вопросов.
– А
– Нет, конечно, – ответил Афраний, – но мы знаем очень много по сравнению с вашими знаниями.
– Но почему вы не передадите их нам, обычным людям? – спросил Паша.
– Если мы поступим так, то вы перестанете уважать себя как часть цивилизации, превратитесь в цивилизацию-иждивенца, подобно известному уже вам народу Эболы.
– А-а, это тот инопланетянин, что ли? – догадался Паша.
– Да, это его планета, умирающая без поддержки извне. Иногда мы помогаем вам с новыми идеями и изобретениями, когда это необходимо для спасения жизни на Земле, – продолжил старик. – Так скоро мы поможем вам справиться со страшной космической инфекцией – со СПИДом. Этот чрезвычайно опасный для людей вирус попал на вашу планету вместе с метеоритом из дальнего Космоса, и в необыкновенно благоприятных условиях тропической Африки мутировал в грозный вирус-убийцу. Но его секрет уже разгадан нашими специалистами, и вскоре лекарство от него будет передано в одну из ваших клиник, где подошли к его разгадке ближе всего. Медлить с этим уже опасно для всей планеты.
Тут не выдержал Сашка:
– Скажите, уважаемый Афраний, а есть ли жизнь на Марсе?
Старик улыбнулся одними глазами:
– А вот на этот вопрос вы вскоре сможете ответить уже сами. Более того, один из вас будет лично участвовать в освоении Марса.
Всё было необыкновенно интересно, но Саше было почему-то не по себе. Он задумался, пытаясь разобраться, в чём тут дело, и вдруг вспомнил про потерявшегося, попавшего в беду чернокожего друга Симбу с его магическим копьём и обернулся к сопровождающему их старику, чтобы спросить о друге. Но Афраний уже понял его тревогу и успокаивающе поднял руку, показав в сторону. Ребята взглянули и опешили. Через другую дверь, если можно так назвать то появляющиеся, то исчезающие проходы в этих необыкновенных стенах, в зал вошёл невозмутимый Симба и за руку он вел, да-да, именно он и вёл, нечто волосатое, огромное и улыбающееся. Ребята кинулись к нему, обнимая его и хлопая по плечу, радуясь, что видят его живым, здоровым и весёлым. Симба тоже улыбался и ответил им на чистом русском языке:
– Я очень рад видеть вас, русские ребята: и тебя, Марина, и тебя, Саша, и тебя, Паша, – старательно выговаривал он.
– Ты куда пропал? Что это за Кинг-Конг с тобой за руку? Где ты успел русский язык выучить? – забросали его вопросами недоумевающие друзья, на что Симба невозмутимо ответил:
– Здесь знают всё и умеют всё. Это Зал Абсолютного Знания. А это мой спаситель, – гордо показал Симба на добродушное чудище. – Там в пещере мне вдруг стало плохо, видимо, был выброс какого-то газа в пещерном ходе, и я потерял сознание от удушья, упал за дальним завалом, и вы меня не нашли. Но это почувствовал мой дедушка Тимбукту, и с помощью камлания вызвал мне на помощь пещерного
– Да кто ж знал, что он с хорошими намерениями к нам идёт, и ещё тебя спасает, – разочарованно вставил слово Саша, – мы уже были готовы ко всему, даже к самому плохому.
– А я пришёл в себя на руках у Батти, хотел вас окликнуть, но вы уже попали в секретный лифт Шамбалы и исчезли. Я остался в полной темноте, с сопящим йети, но я не боялся его. Дедушка Тимбукту мне сказал, что Батти мой друг и поможет мне. Мы с ним уже хотели идти к выходу из пещеры, когда перед нами открылась такая же дверь, как и перед вами, мы вошли в неё и оказались здесь. Это Ша-а-амбала. – Симба даже глаза закатил от уважения. – Мне дедушка очень много рассказывал про неё давно, ещё дома.
– А как ты научился по-русски так хорошо разговаривать? – снова стал допытываться у него Паша. – Ведь ещё полчаса назад ты знал только «карашо» и «много».
– А всё очень просто получилось. Меня дедушка Афраний привёл в Зал Знаний и заговорил по-русски со мной, и я его сразу понял. Я ведь здесь уже целые сутки нахожусь. А как только я увидел вас всех, я очень обрадовался и стал понимать вас. Теперь я даже с Батти беседовать могу. Как тебя зовут? – обратился он к мирно стоящему рядом и внимательно слушающему их разговор лохматому гиганту.
Йети медленно повернул голову, посмотрел вполне осмысленно своими маленькими красными глазками на Симбу, улыбнулся во весь зубастый рот и сипло прогундосил:
– Батти! – затем он растянул свой губастый и зубастый рот в улыбке ещё шире и прогундосил ещё. – Симба – друг Батти! Ма-ри-на – друг Батти. Са-ша – друг Батти. Па-ша – друг Батти. Хорошо.
Ребята удивлённо покрутили головами:
– Да он сейчас шпарит по-русски примерно так же, как Симба три часа назад. Вот чудеса.
Но чудеса только начинались. Улыбающийся Батти вновь взглянул на ребят, радостно покачал головой, ударил себя в волосатую грудь и произнёс:
– Батти любит. Батти всегда помогать. Если Батти надо, Батти позвать.
Марина улыбнулась Батти и взяла его за руку. Ребята недоумевали. Как Симба может тут сутки гулять, когда они раньше его отбыли в Шамбалу и гостят здесь всего лишь полчаса? И вообще, почему они сюда попали, сюда, куда, по словам Паши, во все эпохи стремились попасть многие, но мало кто увидел эту страну? Но вопросов было слишком много, и они не успевали их задавать. Тут вновь зазвучал ровный притягивающий внимание голос их наставника, старика в белых одеждах:
– Давным-давно, – ребята вышли вслед за Афранием из зала и пошли по светло-желтому мягкому полу длинного коридора, – а если точнее, то 83 тысячи лет назад на третью планету системы жёлтой звезды, известной вам под именем Солнце, опустилась научная экспедиция из соседней галактики, известной на Земле как Туманность Андромеды, из планетной системы, условия на которой были похожи на земные. Научный персонал экспедиции был поражен обилием зоологических и ботанических форм жизни на этой планете и полным отсутствием на ней разумной жизни.