Тупик
Шрифт:
— Вы по-прежнему считаете, что это обычный взлом?
— А что же еще, мисс Варшавски?
— Однако ничего ценного не взято. У Бум-Бума была дорогая стереосистема, несколько золотых запонок и всякая прочая дребедень. И все цело.
— Очевидно, Келвин застиг их врасплох. А когда они поняли, что убили охранника, то перепугались, запсиховали и смылись. Возможно, они боялись, а вдруг кто-нибудь заявится посмотреть, что с парнем, если он не возвращается так долго на свое место?
Что ж, логично. Возможно, я делаю из мухи слона. Смерть Бум-Бума слишком сильно меня расстроила, и я пытаюсь на пустом месте сочинить целую криминальную
— Уж не интересуетесь ли вы этим делом профессионально, мисс Варшавски?
— Интересуюсь, сержант. Ведь это произошло в квартире моего брата.
— Лейтенант не обрадуется, когда узнает, что вы пытаетесь вмешаться в расследование. Сами знаете.
Да, я это знала. Лейтенант Бобби Мэллори терпеть не мог, когда я совала нос в полицейскую работу, особенно если речь шла об убийстве.
Я улыбнулась:
— Если я наткнусь на что-нибудь важное, копаясь в бумагах Бум-Бума, вряд ли это расстроит лейтенанта.
— Просто не мешайте нам работать, мисс Варшавски.
— Я сегодня разговаривала с семьей Келвина. Они считают, что полиция не слишком-то надрывается.
Мак-Гоннигал сердито шлепнул ладонью по столу. Остальные трое полицейских сделали вид, что не прислушиваются к нашему разговору.
— Какого черта? Зачем вам понадобилось с ними разговаривать? Мало того, что один из сыновей убитого приходил сюда и устроил мне целый скандал. Мы делаем все, что можем. Но у нас нет никаких следов — лишь фотографии, на которых ни черта не видно, да отпечаток ботинка двенадцатого размера!
Он яростно выхватил из кипы бумаг на столе папку и сунул мне под нос фотографии. Это был кадр с фотопленки. Двое мужчин — один в джинсах, другой в комбинезоне, при этом оба в спортивных куртках, а лица закрыты лыжными шапочками. Сержант показал мне еще пару снимков. Вот преступники выходят из лифта — спинами вперед. Вот идут по коридору, согнувшись в три погибели, чтобы труднее было определить рост. Видно, что у обоих на руках хирургические перчатки.
Я вернула сержанту фотографии.
— Желаю удачи. Если что-нибудь выясню, сообщу... Когда вы вернете мне ключи от квартиры?
Мак-Гоннигал сказал, что я смогу получить ключи в пятницу утром, и посоветовал соблюдать осторожность. Полиция вечно говорит одно и то же.
Глава 10
В недрах корабля
Из дома я снова попыталась связаться с агентом Бум-Бума, хоть рабочее время уже кончилось. Но Фэкли, как и я, нередко засиживался за рабочим столом допоздна. И действительно — он оказался на месте и сам подошел к телефону. Я сказала, что хочу связаться с Пьером Бушаром, звездой «Ястребов». Пьер тоже был клиентом Фэкли. Агент ответил, что Бушар сейчас находится в своем родном Квебеке, где проходит хоккейный турнир «Серебряное сердце». Фэкли дал мне свой домашний телефон и согласился встретиться в следующую среду, чтобы вместе просмотреть бумаги Бум-Бума.
Потом я позвонила в «Полярную звезду», но там уже никого не было. Других дел на вечер я придумать не смогла, поэтому позвонила Лотти, мы вместе поужинали и отправились в театр на «Огненную колесницу».
На следующее утро в десять часов я забрала ксерокопии контрактов и сунула их в большую холщовую сумку, которую повесила себе на плечо. Оригиналы документов я упаковала в конверт, запечатала и хотела было написать имя Жанет, но сообразила, что так и не знаю ее фамилии. В мире бизнеса женщины обычно существуют без
В порту я оказалась еще перед обедом. Оставила в приемной «Юдоры Грэйн» пакет для Жанет и направилась к главному входу, где находились конторы Грэфалка и Бледсоу. Охранник долго не хотел пускать меня без пропуска, но в конце концов я убедила его, что мне нужно встретиться с руководством «Полярной звезды», он смилостивился и выдал пропуск на два часа.
Компания «Полярная звезда» занимала всего две комнаты в одном из больших песочного цвета зданий на самом дальнем краю пирса. Пароходство Бледсоу куда меньше, чем компания Грэфалка, но и здесь царил точно такой же организованный хаос: компьютеры, телефоны, карты, схемы. Дирижировала электронной симфонией очень занятая, но вполне приветливая молодая женщина. Она оторвалась от телефонной трубки и сказала мне, что Бледсоу находится на «Люселле», возле девятого элеватора. Даже нарисовала мне на листке схему, как туда добраться — вернуться назад и проехать несколько миль вдоль реки Кэлумет, — и тут же схватилась за разрывающийся от звона телефон.
Когда я подходила к машине, из офиса Грэфалка вышел Филлипс. Он не сразу решил, будет меня узнавать или нет. Поэтому я пришла ему на помощь и поздоровалась первой.
— Что вы здесь делаете? — требовательно спросил он.
— Вот решила записаться в секцию синхронного плавания. А вы что здесь делаете?
Филлипс опять покраснел:
— Полагаю, вы по-прежнему задаете всем вопросы про вашего кузена. У гидры выросли новые головы?
Я даже удивилась, что он способен на иронию.
— Хочу довести дело до конца. Мне еще нужно поговорить с экипажем «Люселлы», пока корабль не отправился в плавание.
— Я думаю, вы впустую тратите время и энергию. И надеюсь, скоро это поймете.
— Ничего, может быть, синхронное плавание мне поможет.
Филлипс фыркнул и направился к своей зеленой «альфе».
Я втиснулась в свой автомобильчик, и вице-президент пронесся мимо, плюнув в меня гравием из-под колес.
Девятый элеватор принадлежал не «Юдоре Грэйн», а кооперативу «Зерно трех штатов». Территория элеватора была отгорожена от шоссе цепью. К гигантскому корпусу тянулась железнодорожная колея. У входа — будка охранника, где толстый, красномордый мужчина читал газету «Сан таймс». Проваливаясь в выбоины, я подъехала поближе, и красномордый неохотно отложил газету.
— Мне нужно поговорить с Мартином Бледсоу или Джоном Бемисом, — сказала я.
Охранник махнул рукой, чтобы я проезжала. На мой взгляд, это мало напоминало систему безопасности. Петляя вокруг ям и выбоин, я въехала во внутренний двор. По железной дороге медленно ползли вагонетки. Я посмотрела, как автоподъемник тащит их наверх и ссыпает содержимое в элеватор. Впечатляющее зрелище, что ни говори. Вполне понимаю Бум-Бума, который всерьез увлекся своей новой работой.
Я обошла элеватор и вышла к причалу, где стояла «Люселла». Корабль был настоящим гигантом, и мистическое чувство ужаса вновь наполнило мою душу. Гигант мирно дремал у пирса, прикованный к нему толстенными стальными тросами. Этакий плавающий паучище, запутавшийся в собственной паутине. Но рано или поздно паучище проснется, и в его огромном корпусе пробудится таинственная жизнь. Я посмотрела на черную воду, плескавшуюся о борт, и меня слегка затошнило.