Тупик
Шрифт:
— Двадцать третьего мы должны были взять на «Люселлу» груз зерна.
— Это тот самый день, когда в трюмах обнаружилась вода? — Шеридан кивнул. — Может быть, остальные числа тоже связаны с какими-то подобными инцидентами? Они где-нибудь регистрируются?
Бледсоу наморщил лоб, потом покачал головой:
— Вряд ли. На озерах слишком много пароходных компаний, огромное количество портов. Если речь идет о серьезном повреждении корпуса судна или порче груза, об этом сообщает газета «Вестник Великих озер». Попробуйте посмотреть там. Свежие
Мне начинала чертовски надоедать пустая беготня — результатов ноль. Ну, допустим, пороюсь я в подшивке «Вестника Великих озер», выясню, что в интересующие меня дни действительно произошли какие-то аварии. И что дальше? Может быть, Бум-Бум раскрыл преступную сеть, занимающуюся вандализмом на кораблях? Одна информация об инцидентах с кораблями ничего мне не даст.
Винстейн спустился на палубу, и к нам присоединился капитан Бемис.
— На этом корабле инцидентов больше не будет. Когда закончат погрузку, я прикажу организовать охрану.
Бледсоу кивнул.
— Пожалуй, отправлюсь с вами в плавание. — Он усмехнулся: — Не то чтобы я не доверял тебе, Джон, но «Люселла» слишком дорога для нас всех. Хочу посмотреть, как она произведет выгрузку в Сент-Катарине.
— Никаких проблем, Мартин. Скажу главному коку, чтобы приготовил тебе комнату.
— У нас на фрахтерах стюардов нет, — пояснил Бледсоу. — За капитаном и гостями обычно ухаживает главный кок. Остальные заботятся о себе сами. Когда собираешься отплывать, Джон?
Капитан посмотрел на часы:
— Погрузка продлится еще часов одиннадцать. «Зерно трех штатов» не собирается платить за задержку — максимум за час-два. Стало быть, отплываем завтра в девятнадцать ноль-ноль.
Бледсоу сказал, что покажет мне корабль, если капитан не возражает. Бемис снисходительно кивнул. Мы спустились вниз по узкой деревянной лестнице, главный механик следовал за нами.
— Хочу показать даме машинное отделение, — объяснил он.
Капитанский мостик находился сразу над штурманской рубкой. Корабль состоял из четырех уровней, причем каждый последующий был меньше предыдущего. Капитан и главный механик жили на третьем уровне, под капитанским мостиком. Шеридан открыл дверь своей каюты, чтобы я могла посмотреть на нее.
— А я думала, что на корабле все спят в узеньких койках и никакой мебели, разве что умывальник в углу, — удивилась я.
У главного механика была трехкомнатная каюта, спальня с большущей кроватью, огромный кабинет, заваленный бумагами и инструментами.
Бледсоу рассмеялся:
— В прежние времена так и было, но теперь все иначе. Матросы спят по шесть человек в каюте, но зато в их распоряжении большой зал для отдыха. Там даже есть стол для пинг-понга. Представьте, как забавно играть в пинг-понг, когда на море большие волны.
Прочие офицеры и главный кок жили на втором этаже, рядом с апартаментами, предназначенными для почетных гостей. Камбуз и столовые — одна для капитана, другая для команды — располагались
— Надо было разместить офицерские каюты над кормой, — пожаловался Шеридан владельцу компании, когда мы спустились в машинное отделение. — Мы с Джоном по ночам от грохота глаз не можем сомкнуть. Не надо было размещать жилой отсек рядом со штурманской рубкой.
В чрево корабля, где находились машины, пришлось спускаться по скобам, вбитым в стену. Бледсоу покинул нас с Шериданом, бросив на прощание:
— Когда наш механик начинает петь про двигатели, остановить его невозможно. Встретимся потом, на палубе.
Слова «машинное отделение» плохо передавали масштаб того, что я увидела внизу. Сами двигатели располагались в днище корабля, и каждый был величиной с небольшой дом или, скажем, с гараж. Турбины были трехъярусные, я увидела гигантские оси диаметром по два фута, футовые головки цилиндров, огромные клапаны. Работа двигателей контролировалась специальным пультом, находившимся в отдельном помещении. Там во всю стену раскинулась панель, вся утыканная кнопками и переключателями. Отсюда же можно было управлять трансформаторами, сбросом отработанного топлива, балластом и всеми системами корабля.
Шеридан показал мне, как осуществляется управление ходом корабля.
— Помните, как «Лейф Эйриксон» врезался в пирс? Я пытался вам тогда объяснить на пальцах, как это могло произойти. Вот этот рычаг управляет правым двигателем, этот — левым. — Я увидела здоровенные металлические палки, на которых было написано: «Полный вперед. Полный назад. Малый вперед. Малый назад. Лево руля. Право руля».
Шеридан взглянул на часы и засмеялся. Был уже шестой час.
— Мартин прав, я способен распространяться на эту тему целый день. Забываю, что не все разделяют мою любовь к движущимся механизмам.
Я уверила его, что все было очень интересно. Конечно, трудно во всем разобраться за один короткий визит, но звучит потрясающе. Я подумала, что машинный трюм корабля похож на внутренность гигантского капота автомобиля — разве что каждая деталь расположена так, что до нее легко добраться. Нужно быть лилипутом, чтобы так же легко забраться в мотор автомобиля и устранить неисправность.
Потом я вернулась на мостик, чтобы забрать свои бумаги. Погрузка временно прекратилась, и небольшие палубные краны опускали крышки на трюмные люки.
— Нет смысла их завинчивать, — объяснил Бемис. — Ночь обещают ясную. Но на всякий случай прикроем — как-никак внутри на четыре миллиона долларов ячменя.
К нам присоединился Бледсоу.
— Вот вы где... Я должен извиниться перед вами, мисс Варшавски, за то, что тогда, в клубе, испортил вам обед. Может быть, согласитесь на компенсацию? Минутах в двадцати отсюда в Краун-Пойнт есть отличный французский ресторан.
На мне был черный вельветовый костюм, весь засыпанный ячменной шелухой. Я с сомнением оглядела свой наряд.