Ты, только ты
Шрифт:
Охранник глухо пыхтел, пока скручивал ее запястья, а потом для верности прикрепил их к вертикальному металлическому стержню, поддерживавшему спинку кресла. Его резкие движения заставили ее болезненно поморщиться. Покончив с этим делом, он сильно толкнул кресло вперед, и оно, набирая скорость, покатилось к стене.
Фэб едва успела выставить ногу, чтобы не врезаться в бетонное перекрытие. Охваченная паникой, она повернулась лицом к своему похитителю.
Она даже почувствовала нечто вроде благодарности к нему за то, что он не связал ей ноги, но провод, врезавшийся в запястья,
Сколько должно пройти времени, прежде чем Рон заметит ее исчезновение? Фэб старалась подавить истерику, сотрясавшую ее грудь. Что бы ни случилось, ей нужно сохранять присутствие духа. Фэб услышала далекое пение горнов и поняла, что на поле началось шоу, предшествующее второй половине матча. Стараясь не обращать внимания на боль в руках, она попыталась оглядеться.
Обшарпанный серый стол, придвинутый к стене, был завален кучами справочников по дрессировке собак, какими-то каталогами и грудами расползающихся бумаг. Небольшой портативный телевизор, на корпусе которого виднелись многочисленные следы жирных пальцев, стоял тут же. Стены помещения были увешаны блеклыми плакатами, среди которых ярким пятном выделялся календарь, где голая девица пыталась разместить между своих более чем пышных грудей пляжный мяч.
Охранник закурил сигарету, держа ее толстыми, похожими на обрубки пальцами.
— Вот таким путем, леди. Как только твой дружок сделает то, что я прикажу ему, тебе не нужно будет ни о чем волноваться.
— Не понимаю, о чем вы говорите.
— Пожалуй, да, но я думаю, это не имеет большого значения. — Он включил телевизор. На черно-белом экране появился поясной портрет комментатора в модной спортивной куртке. Фэб услышала полный самодовольства голос:
«„Звезды“ блестяще провели первую половину игры. Сейчас их нападающие забыли о своих обязанностях. Они неожиданно для нас всех ушли в оборону. „Саблям“ придется попотеть, если они хотят вернуть себе былую славу».
Табло в углу экрана высветило счет: «Звезды» — 14, «Сабли» — 3 очка.
Охранник злобно выругался и уменьшил громкость. Фэб всмотрелась в него, когда он, словно забыв о ней, мерно вышагивал возле ее кресла. В глаза ей вновь бросилась пластиковая табличка: «ХАРДЕСТИ».
И тут до нее наконец дошло. Она вспомнила, как Дэн однажды рассказывал ей о человеке, который шпионил за ним. Кажется, этот преследователь оказался отцом одного из бывших игроков «Звезд».
Огромная запотевшая бутылка пива высветилась на экране, означая рекламную паузу. Фэб облизнула пересохшие губы.
— У меня болят руки.
— Я не собираюсь развязывать тебя.
— Тогда, если можно, ослабьте узел.
— Нет.
Ей просто необходимо заставить его разговориться. Она сойдет с ума, если не выяснит, что он затевает.
— Это все касается вашего сына, не так ли? Он ткнул в ее сторону сигаретой.
— Я кое-что скажу вам, леди. Рэй-младший был лучшим защитником, который когда-либо играл за «Звезды». Не было никакой причины давить на него,
— Тренер Кэйлбоу?
— Он выгнал на улицу моего Рэя. Он даже не дал ему ни единого шанса.
— Это не похоже на Дэна.
Клубы серого дыма окутали голову старика, и он, казалось, совсем не слышал ее.
— Я скажу вам, что я думаю по этому поводу. Этот мерзавец понимал, что Рэй-младший играет лучше, чем играл он сам в свое время. Думаю, он проделал все это из ревности. Пресса сейчас носится с вашим Кэйлбоу, но он — ничто; он слякоть по сравнению с моим Рэем.
Фэб поняла, что этот человек безумен. Возможно, он находится в таком состоянии уже долгое время, а может быть, внезапная смерть сына нанесла ему гибельный удар. Она попыталась скрыть от него свой страх.
— Игроков отчисляют постоянно. Это элемент жизни футбола.
— Вы просто не знаете, на что это похоже! Сегодня вас носят на руках, а завтра никто не помнит вашего имени.
— Вы сокрушаетесь о вашем сыне или о себе?
— Заткнись!
Его глаза выкатились из орбит, а лицо страшно побагровело.
Она боялась рассердить его еще больше и потому замолчала. Он ткнул в нее пальцем.
— Послушай, ты ничего для меня не значишь. Я не хочу причинять тебе вреда, но мне придется сделать это, если меня вынудят. Заруби себе на носу, я хочу во что бы то ни стало вырвать у «Звезд» победу, и потому все средства для меня хороши.
Рон дошел до ведущего к полю тоннеля в тот самый момент, когда игроки вновь побрели на выход. Он боялся того, что должен был сделать. В последнюю неделю Дэн вел себя как разъяренный медведь: его невозможно было усмирить, и сейчас Рон не знал, как он отреагирует на тревожную новость.
Дэн показался из раздевалки, и Рон приноровился к его широким шагам.
— Боюсь, что у нас проблема.
— Уладь ее. Хочу пояснить, если ты не в курсе, что я здесь как бы пытаюсь выиграть ответственнейший футбольный матч.
Рон поднес свой сложенный вчетверо белоснежный платок ко лбу.
— Фэб пропала.
Дэн резко остановился, его лицо побледнело.
— Что это ты тут мелешь?
— Она покинула смотровую ложу во время второй четверти матча и не вернулась обратно. Кто-то нашел ее сумочку в коридоре. Я звонил ей — и домой, и в офис. Я позвонил на пункт «Скорой помощи» и сгонял кой-кого в каждую смотровую ложу. Она исчезла, Дэн, и на сей раз я склонен думать, что кто-то ведет грязную игру.
Рону приходилось наблюдать Дэна в стрессовых ситуациях, но он никогда не видел в его глазах такой откровенной паники.
— Нет! Этого не может быть… Господи! Ты позвонил в полицию?
— Да, но, поскольку с момента исчезновения прошло мало времени, они не восприняли мое заявление серьезно. Я не стал бы тревожиться, Дэн, особенно в середине игры, но мне показалось, что ты, может быть, знаешь еще о каком-нибудь укромном местечке, куда я мог бы заглянуть. У тебя есть какие-нибудь мысли на этот счет? Можешь ты сообразить, где еще она бывает… или вы бываете вместе?
Дэн стоял словно громом пораженный, глаза его были темны, а лицо побелело.