Уакерос
Шрифт:
Но в ту ночь произошло нечто невероятное, ибо Немекене решил закончить свою легенду. Одно было непонятным, почему он не сделал этого раньше, и жители селения, затаив дыхание, слушали, пытаясь запомнить каждое слово мудрого рассказчика…
Немекене снова усмехнулся, слушая, как в покрытой соломой крыше его маленькой хижины, возятся летучие мыши.
– Это произошло на девятую ночь…
…Восемь ночей подряд являлся к Фуратене ужасный змей, терзая тело и душу несчастной девушки, и каждое утро красавица шла в тумане к Зеркальному
Фуратена проснулась.
Едва задремав, она вздрогнула от чьего-то холодного прикосновения. Открыв глаза, красавица с ужасом увидела, как в её спальню заползает гигантский змей. Ведь до этого он приходил к ней только во сне, в тот момент, когда сознание бедняжки балансировало на зыбкой грани мутных кошмаров, где небо неотличимо от земли и где воздух напоминает туман над Зеркальным Озером.
Фуратена впервые видела змея наяву и испытывала она в этот момент не вожделение, а физическое, до спазмов в желудке, отвращение.
Змей заполз в её спальню и принялся сворачиваться в кольца, создавая из своего лоснящегося тела некое подобие живой пирамиды. Девушка загипнотизировано смотрела на чудовище, не в силах оторвать взгляд от диковинных узоров на его тёмно-коричневой шкуре.
Вот живая пирамида поднялась вверх в человеческий рост… Мгновение, и змеиная шкура опала, явив взору красавице прекрасного обнажённого юношу с длинными чёрными волосами, прикрывающими его чресла, словно шерстяная руана.
– Кто ты? – Фуратена испуганно отшатнулась от ночного пришельца, узнав в нём того самого незнакомца, который гулял в тумане по поверхности горного озера.
– Моё имя ничего тебе не скажет, – тихо ответил юноша, садясь на корточки рядом с дрожащей от страха девушкой.
Красавица всё никак не могла отвести взгляд от сморщившейся сухой змеиной кожи, валяющейся в углу её спальни.
– Кто ты? – снова прошептала девушка, обхватив смуглые колени руками.
– Разве ты меня не узнала? – парень игриво улыбнулся, коснувшись рукой волос красавицы. – Я тот самый змей, владыка Зеркального Озера. Ты так часто ко мне приходила, что я просто не смог сдержаться и решил показаться тебе, хотя моя телесная оболочка не имеет особого значения, ведь вы, люди, видите то, что хотите видеть. С вами очень легко играть в эти забавные перевоплощения. Скажи, тебе понравилось?
– Что понравилось? – Фуратену била мелкая дрожь.
– Ну… мой змей? – юноша обаятельно улыбнулся. – Я создал его для тебя. Ты боялась его, но всё же приняла, даже не подозревая, что именно этого тайно желала. Я осуществил твои самые сокровенные фантазии, о которых ты никогда бы не посмела говорить вслух, и теперь я пришёл к тебе за платой.
– Платой? – девушка судорожно дёрнулась. – Какой платой?..
– За мой подарок тебе, – заявил юноша. – Ты подаришь мне ночь своей любви наяву, а не во сне, и тогда я уйду и мой змей, наконец, оставит тебя в покое.
До крови кусая губы красавица лихорадочно соображала, запутываясь всё больше и больше.
– Мне не понятен твой страх и твои странные сомнения, – добавил юноша, –
Сидящий рядом с Фуратеной юноша был настолько прекрасен, что напоминал бога, и если не жестокого Суа то… Да, именно, больше всего удивительный незнакомец напоминал легконогого Чакена, бога покровителя бегущих, лучшего друга бога веселья Ненкатоке.
Девушка перестала дрожать, позволив юноше обнять себя. Незнакомец ловко освободил красавицу от лёгкой одежды. Коснулся горячими ладонями её грудей, дотронулся губами до ложбинки внизу шеи.
– Змея больше нет, – хрипло прошептал хозяин Зеркального Озера, – есть только мы с тобой…
Откинувшись на спину, Фуратена закрыла глаза, позволив незнакомцу делать с собой все, что ему захочется.
Он пришёл за платой, и он её получил, и эта плата в ту ночь была приятна им обоим. Но красавица не знала тогда, что обрекает себя этим на смерть…
Хозяин озера ушёл под самое утро. Не спавшая всю ночь Фуратена, наконец, слегка задремала, как вдруг услышала чьи-то крики.
Через минуту в её спальню ворвались вооружённые гуеча.
Они грубо схватили девушку. Фуратена закричала, пытаясь вырваться из цепких рук гвардейцев Кемунтесусы. Она догадалась, ЧТО произошло, её жуткая тайна была раскрыта.
Но тут воины увидели гигантскую змеиную шкуру.
На лицах гуеча был написан искренний ужас. Отпустив Фуратену, они покинули её спальню, и теперь девушке сделалось, по настоящему, страшно. Ужас недавних дней вернулся, холодным ознобом пробегая по обнажённой спине.
Воины гуеча всегда отличались особым бесстрашием, ведь не даром враги называли их «приносящими смерть». Они ничего не боялись: ни смерти, ни плена, на даже ужасных богов войны Гигвае и Чиба-Фруиме, которым гуеча поклонялись. Но сброшенная шкура гигантского змея напугала их больше, чем все демоны смерти вместе взятые.
Девушка понимала, что теперь её ждёт неминуемая и наверняка мучительная смерть. Коварный любовник обманул ее, специально подстроив всё это перевоплощение со змеиной шкурой и ночью любви, чтобы погубить красавицу.
Зачем ему это понадобилось, Фуратена не знала, но обратного пути для неё уже не было. Ей следовало немедленно бежать, но она опоздала, потеряв драгоценные минуты, минуты равные жизни. В её спальню уже заходили жрецы.
Девушку быстро связали и, накинув на голову чёрный мешок, грубо выволокли наружу, где уже во всю светил бог Суа, с вечным презрением взиравший на жалких смертных.
А дальше была неизвестность.
Не снимая с головы мешка, Фуратену поместили в какое-то холодное сырое помещение, при этом жрецы не обмолвились с пленницей даже коротким словом. Они вообще были в повседневной жизни немногословны, всегда держась в стороне, подчёркивая этим свою особую избранность.