УБИТЬ РАБА

Щербаков Владлен

Все так же прижимая телефон к уху, Дмитрий зашел в квартиру. Разговоры бандитов уже перешли на темы спиртного и женских прелестей, значимой информации Дмитрий не слышал. Подумал про соседа. Похоже, нету больше Гоши. Жил человек, хоть и алкоголик, и погиб из-за него – Кабанова.

Дмитрий отключил телефон, сжал челюсти.

– Что-то случилось? – Катя смотрела из кухни, в руке эмалированный чайник. Под нежной кожей ленточки мыщц в сетке сосудов. В короткой юбке совсем девчонка-старшеклассница.

– Ничего, все в порядке. Налей кофе, пожалуйста. Я еще раз ноутбуком воспользуюсь.

– Конечно.

Дмитрий открыл ноутбук, зашел в программу. Через

несколько минут на дисплее отразились координаты самопального трекера. Через каждые несколько минут координаты менялись, точка двигалась по улицам. Кабанов настроился на длительное слежение, но точка уже долго не двигалась у строения по адресу: Лунная, 5 . Адрес известный, в радиусе 500 метров других объектов не было.

– Дима, кофе готов. Мы еще поедем куда? Мне переодеться или как Барби ходить?

– Раздевайся и ложись спать. Я отъеду сейчас ненадолго, а ты дома посиди пока. Без меня постарайся никуда не ходить. Если что, я позвоню. И еще, Кать, ты в пиджаке никакую бумажку не находила?

Ночь в большом городе избавлена от тишины. Из миллиона горожан большая часть спит ночью, но меньшая, зато более активная, в том числе в плане правонарушений, ночью работает. Визг шин, тарахтение ржавого глушителя Кабанов разобрал издалека. К звукам, составляющим дятломобиль, примешивался шум, тональность которого возрастала с каждой секундой. «Черные глаза, ай, черные глаза!..» - вот что сопровождало вывернувшую на перекрестке светлую «шестерку».

Ночное рандеву, ночное такси. Как во Франции, вздохнул Кабанов. Почти – зеленого огонька на лобовом стекле нет, водитель не араб, а таджик. Но тенденция на лицо.

Передние колеса оставили часть корда на асфальте, клюнув капотом, «шестерка» остановилась. Дмитрий нырнул на переднее сиденье.

– Поехали, поехали вперед!

Водитель скорее догадался по жестам, чем разобрал слова, вдавил педаль газа. Дмитрий убавил громкость магнитолы.

– Здорова, Хаким-ага! Сразу предупреждаю – такого тарифа, как в прошлый раз не будет.

– Ничего, брат, зато приключение будет!

– Будет, скорее всего. Дмитрий меня зовут.

– Хорошо, брат Дмитрий. – улыбнулся азиат.

Хаким откликнулся на просьбу сразу, Дмитрий даже не успел толком сказать по телефону место назначения.

– Хаким, где морг знаешь? Нам туда.

– Как уже? Даже никого в багажник не положим? – продолжал веселиться потомок басмачей.

Не курит ли он чего, подумал Дмитрий.

– Доедем до городского кладбища по Лунной, там я покажу, где свернуть.

– Я знаю, ездил уже.

Дмитрий подумал и спросил:

– Слушай, ты случайно в бейсбол не играешь?

– Не играю, но бита в багажнике.

Дмитрий внимательно посмотрел на водителя. Дорожное освещение выхватывало короткие жесткие волосы, прищуренный глаз, прямой, чуть приплюснутый нос, впалые щеки, резко очерченный подбородок.

– Ты откуда по-русски так хорошо знаешь?

Хаким отвлекся от дороги, повернул голову, в темноте блеснули зубы.

– Что я чурка совсем? Я в русскую школу в Худжанте ходил!

Все бы вы в русские школы ходили. А еще лучше – в советские, размечтался Дмитрий.

«Шестерка» летела в левом ряду, провоцируя редкий попутный транспорт.

– Хаким, не гони – менты остановят.

– А ничего не сделают! Делаешь вид - моя твоя не понимай, машина не краденная, документы есть. Даже в отделение не повезут, знают, что с меня брать нечего, а протоколы не пишут, Ахмедхан говорит, им потом самим платить по ним приходится – регистрация то у нас левая.

–

Меня могут задержать, так что соблюдай ПДД. – Дмитрий смотрел вперед.

– Останови вон там. – Показал на освещенную витрину с надписью «Аптека».

В аптеке Кабанов не задержался, дальше поехали, соблюдая скоростной режим.

МОРГ

Бюро судебно-медицинской экспертизы, в простонаречии морг, расположен в трехэтажном кирпичном здании за городским кладбищем. Кладбище старое, места на нем на вес покойника, если бы тот был из золота. Территория вокруг тоже дорогая, если бы не санитарные нормы, могилки давно бы окружили многоэтажки. Перенести кладбище не позволит общественность, да и дома на костях сомнительный бизнес – купить квартиру решиться не каждый. Два года назад отцы города все же решили градостроительный вопрос – на пустыре у кладбища постановили отгрохать здание нового морга. Как говориться, мертвое мертвым, а на территории старого морга запланировали построить пару высоток. На пустыре быстро возвели основной корпус с помещениями для проведения патологоанатомических исследований и здание для складирования результатов этих самых исследований, то есть холодильные помещения для трупов. На этом этапе строительные работы затормозились. Вокруг новых зданий высились кучи щебня, тут и там лежали бетонные плиты, из квадратной ямы торчали сваи для будущего фундамента пристройки. В ста метрах от ямы, подальше от всего мертвецкого, в начале работ поставили строительный вагончик. После ударного этапа строители в нем уже не ночевали, срок сдачи объекта полностью перенесен на неопределенной время. Да и куда торопиться? Вскрытия производятся, эксперты акты строчат, справки родственникам в приемной выдаются, платные услуги предоставляются. А покойники лежат себе тихонько в индивидуальных цинковых ящиках, за исключением тех, которые числились неопознанными. Те лежали в навал отдельно. Если кого и опознавали, то по фотографиям в специальном журнале. Хоронили таких покойников за счет государства по мере накопления в холодильнике. Примерно два раза в месяц приезжали работники самого дальнего от города кладбища, грузили в наспех сколоченные гробы и отвозили в безымянные могилы. Оставалась от человека лишь табличка с номером.

Оперуполномоченному Кабанову частенько приходилось в свое время вдыхать сомнительный аромат формалина. Походил и по этажам в кабинеты экспертов и в комнаты для вскрытий и по коридору в холодильник. Дежурный патологоанатом и санитары ночью находятся в основном корпусе, там же в приемной сидит охранник – сотрудник какого-нибудь ЧОПа.

На повороте Кабанов попросил выключить фары. Вдоль кладбища Хаким повел машину медленно, дорога в лунном свете пролегала между кирпичной оградой и неухоженным кустарником. Фонари горели через один, темные столбы напоминали виселицы.

– Совсем близко подъезжать не надо. Здесь развернись, прижмись к ограде.

Хаким сманеврировал, выключил двигатель.

– Ты надолго? – Таджик стал подозрительно серьезным.

– Как получится. Часок без музыки поскучаешь?

– Место здесь не очень веселое.

Дмитрий достал 500 рублей, придется довериться.

– Через час если не позвоню, езжай.

– Хорошо, до трех подожду, потом сам позвоню.

– Ну а сейчас дай-ка я у тебя биту арендую.

С того места, где развернулся Хаким, дорога шла под уклон. Территория морга как на ладони. В главном корпусе горели огни на первом этаже, прожектор над дверью освещал парковочную площадку.