Ученик Рун
Шрифт:
— Я просто устал, учитель. Будто только и таскаю бочки на рынке, — ответил я честно. — Эта усатая скотина, командир Агнас, так на меня взъелся, что мочи нет…
Мои жалобы Осиор будто бы проигнорировал.
— Сегодня ничего сложного. Просто проработка теории, только и всего. К печатям погоды мы перейдем не скоро, и уж точно не в комнате. Дождемся серьезных дождей, вот там будет раздолье! А пока… Что совсем худо с Агнасом?
Я утвердительно кивнул. Хотелось жаловаться и жаловаться на то, как меня достает начальник форта, но я понимал, что это было бы не совсем правильно.
— Я схожу в управу, поговорю с главой насчет командира, хорошо? Сегодня же. Думаю, даже помогу тебе. Поделим это поровну, а потом просто будешь ходить и поправлять.
Когда я услышал обещание учителя ходить три раза в неделю в форт вместо меня, я чуть не расплакался. Такая помощь! Я считал работу в форте платой за обучение и проживание, и это было на самом деле так, но как же меня вымотал Агнас…
Видимо, к тем же выводам пришел и Осиор, потому что раньше, как только речь заходила о практической магии, я буквально начинал прыгать на месте, а сейчас только что не поморщился. Колдовство стало в тягость.
Уже к концу занятия, когда мы отработали основу контура печати, который будет способен выдержать в себе хотя бы руну Ос, не говоря о Гирэ или Ман, учитель спросил:
— А что у тебя с практикой исцеления? На печать Ур, я так понимаю, ты уже смотреть не можешь. А что с рунами Бор или Ис? С Эо понятно, тут еще такого хворого поискать надо…
— Вчера Ис колдовал, — честно ответил я. — Марта ножом порезалась глубоко, когда рыбу чистила.
— И как? — спросил Осиор.
Я только пожал плечами.
— Печать получилась сразу, а если бы таким уставшим не был… Но все хорошо, учитель, не волнуйтесь!
Осиор внимательно посмотрел на меня, а после сказал, чего я совсем не ожидал услышать:
— Я вот думаю, научить тебя заряжать целебные амулеты, потому что желтые руны требуют практики еще большей, чем руны защиты. Или может походишь в городской лазарет? Тут у вас вроде есть такой, я могу завтра договориться.
Тут меня осенило. Желание учителя заставить меня заниматься целительной магией я понимал — на самом деле мне настолько опостылел Ур, что я готов был колдовать, что угодно, кроме этой защитной руны. Но вот прямо сейчас мне подвернулся отличный случай.
— Учитель! Касательно амулетов! Помните, я ходил ребят искать, ну, как только вы… — я чуть было не сказал «казнили Рагона», но быстро опомнился, — как только вы сделали меня учеником и дали кольцо… Так вот, есть там торговец, господин Канарат! Он спрашивал, смогу ли я за плату зарядить для них амулеты! Мол, конечно, сделать надо дешевле, чем местные целители, но я, насколько знаю, этим только одна женщина в южной части города занимается,
— Нет! Нет! Никаких амулетов и артефактов этим мерзавцам! — Вскричал Осиор, вздергивая руки, от чего широкие рукава его песочной мантии взмыли, как паруса. — Никогда не продавал ни единого заряженного камушка этим подлецам! И тебе запрещаю!
— Но учитель, они же этими амулетами воду чистят… Для рабов… — вяло пытался возразить я.
Но если Осиор так взвился — то уж точно переубедить его не получится. В последний раз он так громко протестовал против вареной рыбы, которую приготовил Ирман. Мне вот понравилось, а учитель был категорически против и есть отказался, хоть и обидел этим слугу, который старался в первую очередь для своего господина.
На моих словах о рабах поясной маг осекся и прервал свои изречения на тему бесчеловечности рабства как такового.
— Что ты сказал? Воду чистить? Ты про эти амулетики рассказывал?
Я только утвердительно кивнул, от чего учитель призадумался.
— С одной стороны, эти амулеты спасают жизни, а с другой… Нет, никаких артефактов для работорговцев! Пусть в Уставе этого и нет, но я тебе запрещаю, понял?! С другой стороны…
Осиор быстро прошелся по кабинету, один раз, второй. Я же только стоял и наблюдал за метаниями моего учителя.
Наконец–то поясной маг пришел к какому–то выводу и, резко остановившись, схватил меня за рукав.
— Идем, Рей! Быстрее!
Мы спустились вниз, вышли на задний двор, после чего Осиор подошел к бочке, в которой я и Ирман по утрам умывались.
— Ну–ка, что тут у нас… — протянул поясной маг и, одернув рукава мантии, сотворил печать Бор прямо над емкостью.
Маленькую, в половину ладони. Как только учитель разорвал внутренний контур и активировал заклинание — только это я заметить и смог, контуры же появились почти мгновенно, как и руна внутри — сияющая желтым светом Бор потянулась вниз, к воде. Мгновение, и вот, вся емкость светится желтым светом, который, впрочем, через пяток ударов сердца угас.
— А теперь — снять пробу! — воскликнул учитель.
Я даже рта раскрыть не успел, как Осиор зачерпнул двумя руками из не самой чистой бочки и сделал несколько глотков прямо из ладоней, сложенных лодочкой.
— Отлично! — резюмировал поясной маг. — Давай, Рей, сам попробуй.
Я подчинился и тоже зачерпнул из бочки. Вода была чистая и прохладная, как из самого лучшего колодца.
— Вы хотели проверить, не вру ли я? — хмуро спросил я учителя, вытирая губы тыльной стороной ладони.
— Нет, мальчик мой, что ты, — ласково ответил Осиор, широко улыбаясь. — Просто хотел убедиться, что печать без амулета сработает так же, как ты описал. Честно, никогда не использовал Бор в таком ключе, да и знакомые мне маги — тоже. Мы как–то предпочитали устранять последствия… кхм… а не первопричину возможных расстройств.
— Как видите, работает, — ответил я магу.
— Да, работает, — согласился Осиор. — Ну что, Рей. Поздравляю, не будет у тебя выходных между дежурствами в форте. Завтра пойдешь искать работу на невольничьем рынке.