Ученик Рун
Шрифт:
— Они… — опять попытался я рассказать все учителю, но очередная волна страха только выдавила из меня несколько нервных всхлипов.
— Рей, чья это кровь? — строго спросил Осиор, отходя к камину, поставить чайник. — И почему тебя стража привела? Давай, по порядку.
— Моя… — всхлипывая, смог выдавить я, — моя это кровь, учитель.
— Только не говори, что опять из носа натекло, — спокойно прокомментировал Осиор, гремя посудой.
— Не из носа, горло порезали, — я сделал характерный жест от уха до уха, все еще разглядывая носки собственных сапог.
В этот момент я услышал звук
— Что ты сказал?! — вскричал маг и моментально подскочил ко мне.
— Учитель, пожалуйста, я не хотел… — начал оправдываться я, пытаясь задушить истерику, что рвалась наружу, — Там это, я шел, а там Гран у моста… Он попросил Раулю помочь, и вот я иду, уставший, а потом… Они амулет забрали, учитель, я даже ничего понять не успел… Простите, пожалуйста… У меня там в тайнике есть сотня, может хватит, а я потом все отработаю…
— Тихо! Стоп! — перебил меня Осиор.
Я только собирался перейти к той части, где уговариваю поясного мага не выгонять меня за такую оплошность, хотя не понятно, откуда эти страхи взялись. Ведь там, в переулке, я больше беспокоился за судьбу нападавших, чем за самого себя.
— Ты сказал, тебе горло порезали?!
— Угу… — кивнул я, поднимая подбородок, — вот тут. Но сначала под ребра ударили, я потому и растерялся, и уставший был, так бы я щиты Ур поднял… Но я на земле печать Ис успел начертить и…
Сейчас, когда мне пришлось поднять глаза вместе с головой, я увидел, каким мрачным было лицо учителя. Заметил я и побледневшего Ирмана, который тихо стоял в дверях, боясь вовсе пошевелиться.
Не говоря ни слова, маг вдруг подхватил меня на руки, будто я вообще ничего не весил, и в три прыжка по лестнице оказался на втором этаже.
— Ирман! Теплую воду и тряпки! Живо! — прокричал на ходу маг.
От такой резкой смены положения в пространстве я чуть не потерял сознание, но смог удержаться.
Поясной маг аккуратно усадил меня на стул, а сам буквально смел на пол все, что было у него на столе.
— Рей, давай, сбрасывай одежду… Ирман! Чтобы демоны твою задницу утащили! И всего твоего семейства до десятого колена! Где вода?! Где тряпки?! Живо! Давай! Шевелись! Так… Рей, давай, снимай… Куда ударили ножом, сюда? Так, печень… А потом по горлу? За подбородок схватили… Ох, мальчик мой, как же ты вообще… кровью на земле нарисовал?! Своей?! Ох! Хвала всему сущему! Какой же ты молодец! Руки холодели, сознание терял? Да понимаю я, понимаю! Ох, Рей… Давай, помогу лечь. Нет! Так надо! Не спорь… Рей! Да утопцы с тем амулетом! Еще раз услышу от тебя хоть слово об этой побрякушке — опять будешь в форте стены чинить! С утра до вечера! Так, все тихо… Ирман! Клянусь собственным поясом, если прямо сейчас твоя тощая задница не принесет мне… А! Ты уже тут! Хорошо, хорошо! Да не смотри на меня так! Помоги лучше кровь смыть… Если они обе артерии повредили… Ох, Рей…
Вот, моей кожи на шее коснулась теплая влажная тряпка, которой учитель стал смывать запекшуюся кровь. Ирман занялся моими ребрами, чтобы очистить то место, куда меня пырнули ножом. Я же все это время пялился в потолок кабинета. Очень хотелось спать.
— Так… Какой же ты молодец, Рей! Только небольшой рубец… Так, момент… Сейчас я тут разведу… Да где
Голос учителя, который говорил без умолку, стал улетать куда–то вдаль и я наконец–то провалился в темное небытие.
Сколько я проспал — неизвестно, но когда очнулся, то лежал уже в своей кровати, а рядом, устроившись на невесть как принесенном сюда кресле, дремал учитель. Сейчас я заметил, что он был в той же мантии — кроваво–бурые пятна на рукавах песочного цвета выделялись, как огромные черные прорехи.
Я пошевелился, от чего Осиор вздрогнул и моментально проснулся. Причем не так, как обычные люди, что еще пару мгновений не могут понять, где они оказались, а целиком, будто еще секунду назад он не сидел в отключке, упершись щекой в собственный кулак.
— О! Очнулся! Ну, ты и любитель поспать Рей! А еще любитель попугать меня… Как самочувствие?
Я прислушался к себе. Дико хотелось есть и по всему телу ощущалась какая–то непонятная слабость, но в целом — все было в норме. О чем я и сообщил учителю.
— Сейчас я скажу Ирману принести, не вставай. Крови ты много потерял, такая лужа натекла… Но ничего, поправишься.
Учитель встал со своего места, похлопал меня по ноге, после чего двинул на выход.
— А что с флягой?! С амулетом?! — вскрикнул я, окончательно проснувшись.
Поясной маг замер в дверях, после чего, не оборачиваясь, ответил:
— Да забудь ты о ней, это всего лишь деньги. Может, потом и найдется. Это неважно. Важно то, что ты выжил. Потом все обсудим, отдыхай.
После чего учитель вышел, прикрыв за собой дверь.
Как только Осиор оказался за порогом комнаты, он замер и сделал несколько глубоких вдохов. Правда, все спокойствие улетучилось, когда он заметил пятна крови на рукаве. Перед глазами промелькнули события прошедшего вечера и ночи, возвращая его в прошлое…
Вот, глаза мальчика стали закрываться под действием успокаивающего отвара. Веки еще пару раз дрогнули, после чего Рей погрузился в глубокий целебный сон.
Осиор же только подтянул рукава, готовясь накладывать печати. Поясному магу нужно было убедиться в том, что ранения пройдут для парня без последствий.
— Ирман, — сказал Осиор, — отойди.
Слуга моментально отпрыгнул на два шага, после чего поясной маг стал колдовать.
Четырехфутовая печать Эо, вторая печать Ис–Бор, чтобы наверняка убрать механические повреждения и убить возможную заразу. Так, добавить во вторую печать Ис руну Ур, укрепить стенки артерий, восстановить жилы… Надо обезопасить мальчика и на будущее, поработать над костями…