Ученик Рун

Якубович Александр

— Да, нормально… — ответил я.

На том и разошлись. Визит к кузнецам был, конечно, абсолютно бесполезным. Оставался единственный человек, что сумеет прояснить для меня, что произошло в коридоре. Но как же не хотелось тревожить учителя!

По возвращению домой я узнал, что поясной маг отправился в управу. Ирман что–то кашеварил, я же умылся и сел обедать. Слуга был поразительно молчалив, хотя обычно отпускал всякие комментарии и колкости в мой адрес, а я старался отвечать ему юношеским, ершистым молчанием. Но сегодня

все было как–то спокойно.

Осиор вернулся после обеда, в ужасном расположении духа. Злой, как тысяча демонов, он вихрем пронесся по дому и заперся в своем кабинете, потребовав на ходу чая и меда — хоть тут ничего не изменилось. Я тоже поднялся к себе — меня ждали несколько недоделанных амулетов, и надо было бы зайти к господину Гандасу…

Короче, смелости пойти к учителю и признаться в том, что, скорее всего, я опять прошел по краю магического выгорания — а другого объяснения у меня не было — я набрался только вечером, после ужина.

— Что такое, Рей?

Сейчас Осиор сидел за своим столом, потягивая из широкого кубка горячее вино с травами и восточными пряностями. Учитель был мрачен, что я сразу же почувствовал, даже не пытаясь разобраться в настроении поясного мага.

— Учитель, у меня есть вопрос…

— Давай завтра, — ответил Осиор, что стало для меня неожиданностью.

Обычно учитель всегда охотно отвечал на мои вопросы, так сказать, делился опытом и мудростью. Но сейчас он только сидел, потягивая вино и глядя куда–то в угол комнаты.

— А, ну хорошо… — я уже развернулся, чтобы выйти прочь.

Завтра, так завтра.

— Рей! Стой! Что же ты за ученик такой… никогда не споришь. Иди сюда, рассказывай! — встрепенулся поясной маг, отставляя в сторону кубок и поворачиваясь ко мне.

Я замер у двери, собираясь с мыслями, а после подошел к своему обычному ученическому месту и, не садясь, стал рассказывать поясному магу о случившимся.

— Вчера утром, когда стража стала ломиться… В общем, я когда вышел в коридор, то столкнулся с этой рабыней…

— Да, я слышал у вас там какую–то возню сверху, — подтвердил поясной маг. — Ты это рассказать хотел?

Я только мотнул головой, сглатывая нервный ком, подступивший к горлу.

— Мне кажется, что я надорвался на пляже… Чуть–чуть, но…

На этих словах маг вскочил со своего места и устремился к стеллажу. Ясно, сейчас будем проверять каналы.

— Желтые печати не отзываются? Слабость? Жжение в руках? Что? Рассказывай! — деловито начал спрашивать учитель, уже смешивая необходимые порошки в небольшой ступке.

— Нет, все отзывается. Слабость, ну, как обычно, на рынке я уставал сильнее… Жжения нет… Тут дело вот в чем, учитель! Мы когда столкнулись, она меня на пол повалила и ударить пыталась… рабыня эта, — начал я свой рассказ спине поясного мага, что был сейчас занят смесью, — вот только она когда замахнулась, я дикую Ур вызвал, просто

инстинктивно уже, на печать времени не было…

— И что дальше?

— А потом девушка кулаком меня ударить попыталась, но удар пришелся по щиту… И вот тут я думаю, что надорвался… Я к кузнецам ходил сегодня, ставил щиты, молотом проверял, чтобы руки не отбить… Даже подмастерье кузнеца помогал, но…

— Рей! Что случилось?! Объясни ты уже нормально! — возмутился поясной маг, заканчивая приготовление напитка, что подсветит мои магические каналы.

— Когда она, ну, девушка, по моему щиту Ур ударила… Она его проломила, — наконец–то выдавил я. — Голой рукой проломила… Костяшки разбила, но смогла…

Поясной маг замер, прекратив возиться у стеллажа, а после медленно развернулся ко мне.

— Это как, проломила?

— Ну, она просто рукой ударила, а потом была вспышка, оранжевая с белым и…

Глаза поясного мага округлились, а в следующий момент учитель стал колдовать какую–то печать.

— Подними щит!

— Большой?..

— Обычный! Печать в ладонь, руна дюйм с третью! Быстро!

Я выполнил требование учителя, подняв перед собой преграду Ур. В следующий момент Осиор закончил свое колдовство, и в комнате внезапно полыхнуло белым, а потом оранжевым — мой щит буквально развалился на части, совсем как когда по нему ударила беглянка.

— Так развалился?! Так лопнул щит?! — чуть не крича, спросил Осиор.

— Да… Но только вспышка белая и оранжевая вместе были, когда она по нему ударила кулаком… — ответил я.

— Дерьмо! — выругался Осиор, а после стал копаться в шкатулках, в поисках каких–то амулетов, — иди, одевайся, живо! Нам надо в городскую тюрьму!

Уже на улице, спешно семеня за широко шагающим поясным магом, я наконец–то спросил.

— Так что такое? Со мной все хорошо?

— Да, все отлично! Рей! Всегда, всегда говори мне обо всем странном, ты понял?! Сразу же! С тобой все отлично… — ответил через плечо Осиор. — А вот девчонка… Прямо сейчас они растягивают на дыбе еще одного дикого мага, Рей! Она сломала твой щит руной очищения Вун! Вот что это была за вспышка!

Глава 25. Рабовладелец

Я замер прямо посреди улицы, как вкопанный. Белый свет! Последние, самые сложные — Белые Руны ряда, которым учат только в Круге… которые даже учитель не может открыть мне, потому что запрещено… Вот что это было! Именно поэтому мой щит рассыпался… Я представил, что со мной могла сделать эта девица, если бы захотела, и поежился… Магия Очищения или магия Упокоя — самые сложные и самые требовательные к силе мага руны ряда. Потому что у них одна задача — разрушать магию прочих рун, упокаивать мертвых, поднятых магической силой призыва или изгонять демонов из нашего мира… Проще говоря — уничтожать все, связанное с магией.